Галя, у нас отмена! - Мия Соул

— Генерал прав, Ваше Величество. Молодые девушки часто совершают ошибки. Особенно если рядом нет человека, который способен вовремя указать им правильную дорогу.

Я чуть не поперхнулась собственным возмущением. Она же сама меня от свадьбы отговаривала и буквально толкала на упомянутую дорогу. А если вспомнить сюжет дорамы, то Гао Лань она травила, обрезала волосы и подставляла.

Но лицо мое оставалось совершенно спокойным. Все их слова не удивили. Поражала актерская игра, с которой они несли этот бред. А ведь мне в этом искусстве придется соревноваться.

Я все ждала, какой вариант предложит Лун Цзюэ, но его прервал наследный принц.

Что за человек, не поругать, не похвалить. Какую интригу создал. Должна же я понимать, какую смертную казнь готовит мне генерал.

Суань Лин, как и все предыдущие ораторы, низко поклонился.

— Ваше Величество, а могу я высказаться? Затронули и мое имя.

Император спокойно посмотрел на сына.

— Да, затронули. В чем-то я готов признать обвинения генерала Лун, — поморщился Суань Вэй. — Если бы свадьба состоялась, как и положено, не противься ты ей, мы бы не оказались в этом тупике.

Суань Лин и ухом не повел. Его голос звучал ровно, без раздражения и вызова, но я успела довольно хорошо познакомиться с ним. Это было спокойствие натянутой тетивы.

— Насколько мне известно, любой подданный Байлин имеет право быть выслушанным прежде, чем над ним вынесут решение. — По залу снова пробежал едва заметный шепот. — Если даже простолюдину предоставляется возможность оправдаться, почему этого права лишают принцессу?

Я поймала себя на том, что глупо улыбаюсь. Лун Цзюэ недовольно поджал губы. Канцлер едва заметно сощурился. Правитель же молчал до последнего. То смотрел на генерала, то на сына, то на меня. Наконец, и его размышления завершились.

— Справедливость действительно должна быть одинаковой для всех. Гао Лань, встань, — позволил он мне. — Я дам тебе слово, можешь ли ты объяснить свои поступки?

Поднималась я с достоинством. Ну… насколько вообще можно подняться с достоинством после того, как несколько минут простояла на коленях на каменном полу.

— Благодарю, Ваше Величество, я готова ответить за каждый свой поступок. — Ненадолго замолчав, я неожиданно хлопнула в ладоши. — Сектор приз на барабане, ой, не так. Внесите мой реквизит.

Все уставились на меня, как на сумасшедшую, а когда из-за дальних колонн появились мои помощники, выкатывающие доску на самых скрипучих колесиках (потому что столяры в дорамах не такие мастера, как это показывают), то перестали совсем сомневаться в здравости моего ума.

Таинственным подарком, что так пугал евнуха Лянь Дэ, оказалась эта доска, из-за которой бедная Мэй Сю сбилась с ног, разыскивая ремесленника, способного изготовить что-то по моим ужасным рисункам. К ней я прибила колышки и развесила всю концепцию будущего праздника в ресторане.

С одной стороны ее вез Жун Мао, с другой Тай Фэн, а Ли Жу семенила следом. Поставив ее возле меня, она театрально вскинула руки и смахнула покрывало, показывая яркие рисунки, листовки, записи, образцы меню и несколько цветных эскизов.

Суань Лин медленно закрыл глаза и потер переносицу. Я почти слышала его мысли:«Она опять превратила государственный совет в представление».

Прости, мой принц, но только так я выиграю свое сражение. Удачной презентацией.

Я медленно вытащила из прически длинную шпильку и подошла к доске.

— Ваше Величество. — Я указала шпилькой на первый рисунок. — Генерал Лун Цзюэ совершенно прав.

По залу прокатился новый ропот. Сам генерал довольно улыбнулся.

Рано.

— Слухи действительно появились не на пустом месте. — Я перевела шпильку выше. — Несколько месяцев назад ресторан «Демонический мурлыка» начал готовиться к большому празднику перед годовщиной основания империи.

Теперь многие придворные начали внимательно рассматривать доску.

— Насколько мне известно, первый император Байлин победил демона-кота, — продолжила я, ожидая реакции правителя. Император кивнул. — Именно поэтому мы решили устроить тематическое представление. — Я постучала шпилькой по одному рисунку. — Вот заказанные художником листовки, в них я предстаю демоницей-искусительницей. — Потом по другому. — Вот эскизы праздничных украшений. В них видны образы котов, которые являются красивыми мужчинами. Вот новое меню. Вот оформление сцены. Вы спросите, а какое это имеет отношение к слухам?

Я улыбнулась и развела руками.

— Разумеется, когда ремесленники, художники, повара и рабочие одновременно начали обсуждать все это по всей столице…Нашлись люди, которые увидели половину картины и дорисовали вторую половину собственным воображением.

В зале кто-то негромко засмеялся. А я дальше развивала свою мысль.

— Одни услышали слово «демон», другие увидели костюмы, третьи заметили моих помощников. А четвертые, как известно, всегда знают больше первых трех.

Император чуть приподнялся. Мне даже почудилось, что он желает подойти и все изучить, но вместо этого он медленно перевел взгляд на канцлера.

— Янь Чжоу, ты донес на принцессу. Почему про это не знал? — Голос его стал заметно холоднее. — Почему мне не доложили, что принцесса сама готовила праздник?

Канцлер растерялся.

— Ваше Величество… сведения… еще проверялись…

— Проверялись?

— Мы…

— Или вы проверяли только слухи?

Канцлер впервые за все заседание запнулся.

— Это…

Но договорить ему не позволил Лун Цзюэ.

— Ваше Величество! — Он выступил вперед. — Даже если все сказанное принцессой правда, это ничего не меняет. — Он резко повернулся ко мне. — Вся столица знает, что принцесса живет вместе с тремя мужчинами!

Я сжала кулаки, но быстро вернула собственное самообладание.

— Генерал ошибается.

Он нахмурился.

— Ошибаюсь?

— Я живу с двумя евнухами. Если вы имеете в виду художника Линь Мо, то он не проживает со мной, он живет в ароматном доме. А ваша информированность в подобном деле играет с вами плохую шутку. Начинаю подозревать, что вы приложили руку, чтобы опорочить меня.

Лун Цзюэ презрительно усмехнулся.

— Опорочить вас? Вы сами неплохо справляетесь. Да и зачем мне это?

— Чтобы обвинить Байлин в моем позоре, вы ведь держите обиду, что свадьба не состоялась. Вы подчеркиваете тот факт, что две империи не заключили окончательный мир. Хотите опозорить меня и испортить имя принца, разве не так?

Пока я это говорила, Суань Вэй все больше мрачнел. Все в зале полагали, что будут ругать принцессу, а я разворошила настоящее крысиное гнездо.

— Это чушь, — разъяренно ответил Лун Цзюэ. — Я генерал, я больше всего хочу мира, чтобы мои воины не умирали,