Бензин в крови - Дмитрий Прост

Опасения по поводу повторного старта не оправдались, со второй попытки всё прошло намного спокойнее.

Правда Култхард, будто ему было мало первого раза, пробовал сунуться внутрь на входе в первый поворот и пройти Шумахера, но немец довольно жёстко захлопнул калитку и шотландца вперёд не пустил.

А вот дальше в первой десятке события развивались куда оживлённее. Две Ferrari позади обменялись позициями — Алези протиснулся мимо Бергера — Херберт обогнал Хаккинена за шестое место, а Брандл не удержал восьмое, уступив его Ирвайну.

За пределами первой десятки тоже хватало смен позиций, но механики Simtek следили только за своими пилотами, счастливо избежавшими проблем в стартовой толчее, а за счёт того, что Мика Сало второй старт принял с пит-лейн, оба отыграли ещё по одной позиции.

Основная часть пелотона шла плотной группой и за три первых круга не успела растянуться, лишь два лидера умчались вперёд, опережая шедшего третьим Култхарда на четыре секунды! Шумахер вплотную преследовал Хилла, не давая тому оторваться — Benetton явно был чрезвычайно быстр в гоночных условиях, но прессинг пока результата не давал.

К шестому кругу отрыв между двумя лидерами стабилизировался на полутора секундах, плюс-минус. Немец, не сумев пройти соперника первых кругах, похоже, сознательно увеличил дистанцию, чтобы охладить свой болид. Преследование вплотную, в потоке «грязного» воздуха, снижало прижимную силу и усложняло пилотирование, одновременно не позволяя нормально охлаждать двигатель, шины и тормоза.

Так что Михаэль, с одной стороны, дал Дэймону немного отъехать и непосредственного давления не оказывал. С другой стороны — держался рядом и сохраняя стабильный отрыв, постоянно мелькал в зеркалах заднего вида британца, готовый воспользоваться любой его оплошностью.

К десятому кругу Доминико и Йос отыграли ещё два места — сначала шедший на шестнадцатом месте Footwork Морбиделли заехал на ранний пит-стоп из-за прокола, а McLaren Хаккинена потерял мощность и застыл с отказавшим двигателем в кармане безопасности у Sainte Devote.

Для Мики это был уже второй подряд технический сход, третий с начала сезона. Пять сходов из десяти стартов — катастрофа для команды, ещё недавно доминировавшей в чемпионате.

Четыре года подряд, с 1988 по 1991 бело-красные забирали и пилотский титул, и Кубок конструкторов, но сейчас…

Да, в 1992–1993 годах они уступили Williams, лучше справившемуся с переходом на активную подвеску, но всё равно заканчивали те сезоны вторыми в чемпионате. А потом начался спад.

Напрашивались прямые аналогии с прошлым годом, когда Рон Деннис заключил контракт на поставку двигателей с Peugeot. Маломощные и крайне ненадёжные, они постоянно выходили из строя. Тогда болиды команды из графства Суррей сошли семнадцать раз в шестнадцати гонках.

Так что претензии Мэнселл, похоже, были вполне обоснованными — MP4/10 не получился ни быстрым, ни надёжным.

Круг спустя из-за отказа тормозов припарковал в том же Sainte Devote свой Forti Роберто Морено. Бодро боровшийся с двумя Pacific бразилец шёл на двадцать первом месте и ни на что не претендовал.

На двенадцатом круге в ход вошедшей в привычную монегасскую колею гонки неожиданно решили вмешаться судьи. Спустя почти двадцать минут гонки они вдруг выяснили, что целых шесть пилотов допустили фальстарт!

Брандл, Баррикелло, Панис, Френтцен, Морбиделли и Монтермини получили десятисекундный стоп-энд-гоу и теперь обязаны были отбыть его в течение трёх кругов!

Цирк! Большой цирк!

«Как всё знакомо…» — мысленно усмехнулся Коллинз. «Тридцать лет пройдёт, а так толком ничего и не изменится…»

Непоследовательность судей, видимо, это часть ДНК Формулы-1 — иначе не понятно, почему система штрафов и практика их применения так и оставались вещью в себе, несмотря на все попытки улучшить, изменить, автоматизировать…

Да и судьи что — неужели ничему не учатся? В морском воздухе княжества, щедро сдобренным выхлопом болидов и резким запахом жжёной резины отчётливо повеяло Сильверстоуном-1994 года (7).

Если хотели наказать — почему это не сделать раньше? Пелотон уже растянулся и после заезда оштрафованные потеряют не так много времени, а воспитательный эффект… Наказание, конечно, не потеряло смысл, но заезжающие для отбытия штрафа пилоты из-за позднего оповещения команды смогли свести потери к разумному минимуму.

Морбиделли и Монтермини и так шли позади пилотов Simtek, но первые четверо — впереди!

Сначала в боксы юркнул Брандл. Его Ligier успел выехать из боксов за несколько секунд до Доминико, а вот отбывшие наказание кругом позже Jordan Баррикелло, вторая Ligier Паниса и Sauber Френтцена — уже позади!

Так что к пятнадцатому кругу Доминико и Йос, не совершив ни единого обгона на трассе, занимали двенадцатое и тринадцатое места!

И это уже хорошо. А если Антуан справится со своей частью плана — станет ещё лучше.

* * *

Антуан сделал несколько медленных вдохов-выдохов, заставляя себя успокоиться. Решимости ему было не занимать, но руки всё равно било мелкой дрожью. Всё тело затекло, а ног он и вовсе не чувствовал.

Вовсе не от нервов — просто последние десять часов он просидел, скрючившись в тесном канализационном колодце.

Это место — здесь хотя бы было сухо — Антуан нашёл сам, ещё вчера. Когда закончился очередной гоночный день и ограничения движения по городу сняли, он на такси доехал до крохотного парка Carrousel Monte Carlo и за полчаса наметил несколько укрытий, где можно было бы спрятаться до начала гонки.

Кусты или здания казино отпали сразу — Сюрете (8) наверняка их проверит, просто на всякий случай. Да и маршалы или обслуживающий персонал обратят внимание на постороннего и точно вызовут охрану. А вот смотровой колодец у фонтана в северной части парка подошёл идеально, хоть и тесно тут было как в гробу. Ни вытянуться, ни толком размяться.

Мужчина медленно выпрямился и поднёс часы к отверстию в центре люка, сквозь которое пробивался столбик солнечного света. 16:10. Нужно начинать. Рёв двигателей пробивался даже под землю — Антуан отсчитал ровно тридцать минут с первого проезда, как договаривались.

Хлопнул себя по карману штанов — документы на месте, пригодятся в участке. Подтянул поближе скрученный цилиндром плакат, на всякий случай завёрнутый в полиэтиленовую плёнку и осторожными движениями стал разминать ноги.

Никаких сомнений. Он делает это не ради других — ради себя. Если не сработает, то не сработает уже ничего.

Пора.

Одним резким движением Антуан приподнял тяжёлую крышку люка и сдвинул её в сторону. Четыре ступеньки лестницы — и он выбрался в парк, на ходу разминая затёкшее тело и разворачивая плакат.

* * *

Плотной борьбы на трассе пока не было, поэтому режиссёр