Дикси. Рейнджер - taramans

— Нет, ты посмотри-ка, какой он нахал! — всплеснув руками, уперлась ими в бедра женщина, при этом сев настолько плотно, что получилось… х-м-м… глубоко.

Прикрыв глаза и прислушавшись к себе, Сюзанна удовлетворенно вздохнула, открыла глаза и продолжила:

— Ты на себя посмотри: сам вовсю милуется с этой рыжей дрянью, а мне смеет еще претензии высказывать!

— Но ты меня обманывала, все обещала и обещала! — шепотом завопил Гюнтер.

И настолько по-детски это прозвучало, что и сам сконфузился, и тетю рассмешил. Успокоившись, она предложила:

— Давай прервемся. С разговором я имею в виду. Нам нужно закончить кое-что другое. Вот после этого — еще поговорим.

Через некоторое время, раскинувшись по сбившемуся одеялу, Сюзанна простонала:

— У тебя есть пахитоски? Курить захотелось — просто удержу нет.

— У меня и пахитоски есть, и хороший виски во фляжке найдется, — самодовольно хмыкнул Гюнтер.

— Да-а-а? Смотри-ка ты — какой запасливый! Ну, тогда угощай меня. Только немножко, а то завтра хлопот опять на весь день.

Когда она курила возле окна, опершись на стол, красивые ее ягодицы, бедра, изгиб тела были настолько привлекательны, что Кид не удержался.

— Кидди… — негромко засмеялась она, — Ну что ты делаешь? Прекрати, слышишь? Ах… Ну зачем… М-м-м… А это что такое? Ты совсем стыд потерял, да? О-о-о… М-м-м… Не останавливайся… Еще Кидди…

Снова валяясь на полу, он спросил:

— Тебе понравилось?

— Глупый… Как это может не понравиться? Но это же так… Бесстыже. Это — верх разврата, я так думаю.

— Ну так может… Может, и ты…

— Ох и хитрец! Ну какой же развратный хитрец. Такое предлагать своей тете?! Это же только шлюхи в борделе делают. А я все же хоть немного, но — приличная женщина. Как ты посмел такое предложить?

А сама все сползала и сползала по телу парня, покрывая его живот поцелуями.

«М-да… Ну, после такого-то — кто откажет? Даже приличная женщина почувствует себя обязанной ответной лаской!».

Он все-таки выбрал время и попросил прощения у Марты. Девчонка, поначалу натянувшая на физиономию оскорбленную мину, быстро отошла и нарочито чопорно известила Гюнтера, что прощает его, ибо понимает, что все сейчас нервничают по поводу предстоящего мероприятия. Развеселилась, слушая его невнятное бормотание, что, дескать, «ага, оно же вон как, а я чего? я же — ничего, только вот нервотрепка эта, да и вообще, ну и… прости, в общем, дурака!».

Марта вообще в последнее время была… Как бы это? «Вне всего» — вот так, наверное, будет близко к теме. Она то вспыхивала как маков цвет, сама себе о чем-то задумавшись, то задыхаясь, закатывала глазки, восторженно щебеча о том, как Кейтрин…

«Завидует сестре, что ли?».

Кейти, кстати, казалась более сосредоточена, хотя тоже часто впадала в романтическую задумчивость и улыбалась чему-то своему. Серьезной, нацеленной на успех выглядела тетушка Сюзанна. Гюнтер предполагал, что это деловитое спокойствие дается Сюзи тоже непросто, но что уж теперь? Надо терпеть. Как говорили хохлы: «Шо робыты? Це — життя!».

Тетя Амалия, хоть иногда и вздыхала тяжко, но поддерживала Сюзанну, помогая той во всем. Лишь мужская часть населения фермы Майеров носила один отпечаток эмоций на челе: «да когда же это кончится?». Чаще лица мужчин напоминали лики несчастных, которых заставляют пить старое, скисшее пиво.

И опять Гюнтер отличился: ляпнул, не подумав, Генриху и Паулю, назвав предстоящее бракосочетание Кейтрин «торжественной сдачей пи*ды в эксплуатацию». Вроде меж собой обозвал, но почему-то выражение «ушло в народ». Снова Кид оказался в опале у Марты и Сюзанны, а уж Кейти и вовсе надулась как мышь на крупу. Опять пришлось извиняться, сетуя на слабый ум, отбитые мозги и упавший в среде рейнджеров уровень воспитания и культуры.

Снова быстро оттаявшая Марта нашла для братьев новое «наказание»:

— Вы чего же, про танцы забыли, что ли? И вообще… Наша семья в округе известна своими музыкальными способностями. После ужина будем собираться, порепетируем и танцевальную музыку, и песни, в том числе и те, что сочинил Кид.

— Но Марта… — попробовал промычать Генрих, — Так оркестр из Кристиансбурга будет, дед же договорился.

Оркестром это было названо с явным преувеличением: человек пять разного возраста мужичков, игравших на немудренных инструментах.

«Не «Виртуозы Москвы», явно — нет! Сельский оркестрик, не более того!».

Но для этой местности уровень мастерства приглашенных «деятелей культуры» был — вполне. Сыграть ирландскую джигу или клог, лендлер или новомодную польку они могли, это было для них знакомо и давно использовалось.

«Чай не первую свадьбу отыгрываем! Не беспокойтесь, мамаша, все будет шик-модерн!».

Вот Марту и закусило: братья же, как настоящие деревенские увальни, танцевать вовсе не умеют. Стыд-позор, что подумают люди?!

Поразмыслив, Гюнтер понял, что сестра не так уж и неправа: хоть какие-то навыки местных танцев нужно было иметь, чтобы при случае не пасть мордой в навоз. Он понимал, что за столь короткое время ничего толком не разучат, но ведь их и не на сцену Большого театра приглашают — деревенские танцульки всего лишь.

«Джимми, Джимми, Джимми! Ача, ача, ача! Ай эм э диско-дэнсер!».

И несколько вечеров подряд во внутреннем дворе усадьбы разыгрывалось целое представление: Марта учила Гюнтера, Генриха и примкнувшего к ним Шепилова…

«Отставить! Пауля Киршбаума, конечно же!».

Марта учила их танцевать. Было интересно — а откуда она сама все это знает? Покопавшись в памяти, Кид не смог найти сведений, когда сестра научилась всем этим «выкрутасам» и «выкаблучиваниям». Может, их, девчонок, то есть, в местной школе всему этому учат?

В качестве инструктора по ирландской джиге была привлечена и Гленна. Хоть и косилась Сюзанна на Рыжую недобро, но не позволяла себе… В общем, делала вид, что ничего не знает. Для старшего поколения Майеров это стало своего рода отдушиной: поглазеть на забавное представление, посмеяться удивительной неповоротливости обучаемых.

«Или — совсем необучаемых? Да нет, у меня выходит неплохо. Вроде бы… По крайней мере, куда лучше, чем у Генриха. А вот Пауль, скотина такая, оказывается, чему-то такому обучался ранее. Вон как ловко у него получается!».

Сюда же приходили поглазеть и ирландцы Келли. Лиам с Нэнси даже отплясали пару раз. И Сюзанна сплясала, и Кейт вытащили в круг. В общем, отдушина для Майеров получилась неплохая. Было весело и продуктивно.

«Но, наконец, настал тот час, когда я здесь и вижу вас!» всплыло что-то в голове Кида.

Некоторые, как казалось, в ту ночь совсем спать не ложились. Сюзанна и все ее «подчиненные» уже были