Аспид на крыльях ночи - Павел Николаевич Корнев

кровью палубу, и яхта дрогнула, разом просела вниз едва ли не на аршин. Я покатился кубарем, рывком втянул в себя небесную силу и распахнул крылья, вновь взмыл над палубой.

— Валим!

Самый бесстрашный или же чрезмерно азартный чёрт бросил призрачного ската в пике, намереваясь ударить по кораблю с ближней дистанции, но Кочан задрал ствол крепостного ружья, взял упреждение и пальнул — отлитая из зачарованной стали пуля прошила все защитные барьеры рогатого колдуна, а потом и его самого. Полетел вверх тормашками!

Миг спустя «Репейник» дрогнул и начал набирать ход, троица чертей бросилась его преследовать — и напрасно. Меня дёрнуло, летучий корабль содрогнулся, борта затрещали, мачта переломилась, пространство лопнуло, и яхту выдернуло в астрал, а следом затянуло и наших незадачливых преследователей. Вот только если мы унеслись прочь, то их принялись рвать на куски привлечённые выплеском небесной силы духи.

Чисто ушли!

Ушли — чисто, а вот схватка случилась жаркая: тут и там валялись дымящиеся тела чертей, Вьюн и Ёрш тоже дымились, точнее — дымилась одежда лишившихся магической брони босяков, а сами они хоть и пошатывались, но всё же держались на ногах. Волот и Кочан вроде бы в сшибке с абордажной командой не пострадали, а с растрёпанного Огнича то и дело срывались и рассеивались в серости астрала яркие росчерки искорок. Но вот Кабан лежал, навалившись спиной на мачту, из живота у него торчал трезубец, по длинному древку которого бегали яркие разряды.

Деревенский увалень был ещё жив, руки и ноги его конвульсивно подёргивались, и я мысленно рявкнул:

— Ну вы чего⁈ Дарьян!

Книжник мысленно же отозвался из рулевой надстройки:

— Чего?

Но меня перехватил Кочан.

— Стой! Нельзя! Велели не трогать!

Прежде чем я успел спросить, кто именно отдал такое распоряжение, распахнулся люк, и на палубу выбрался осунувшийся Ночемир.

— Добыл? — обратился он ко мне, а после утвердительного ответа вытянул за собой Дану. — Залатай Тенебора, и приступим!

Барышня подбежала к навалившемуся на мачту Кабану, опустилась рядом с ним на колени и раскрыла саквояж.

— Просто зафиксируйте его! Трезубец не трогайте! — распорядилась она, и Ночемир махнул мне рукой.

— Серый, давай!

— Эй! — нагнал мысленный окрик Дарьяна. — Может, без демонов сегодня? Нам бы до Черноводска доползти!

— Ага! — ошалело кивнул Огнич. — Нас и черти-то чуть на куски не порвали!

— Конокрад, глотай пилюлю! — потребовал из пентакля Волот. — Экранирование кубрика нарушено, и половина команды маяком в ночи для демонов и духов светится, а скорость толком набрать не успели, вдвое дольше прежнего ползти будем!

Парни заспорили, но стало уже не до них — только потянул Кабана от мачты, и бившие того разряды пробежались колючими искорками по чешуйчатому оперению.

Щекотно!

Мне взялся помогать Ночемир, а когда мы оттянули здоровяка от мачты и осторожно уложили его на спину, Дана скомандовала:

— Держите его, чтоб не дёргался!

Кабан заворочался, но мы с Ночемиром навалились сверху и прижали его к палубе. Барышня обеими руками ухватилась за переставшее искрить древко трезубца, упёрлась в бедро здоровяка ногой и высвободила оружие неожиданно уверенным рывком. Деревенский увалень взревел так, что едва не переорал затопившую астрал тишину, а ещё умудрился приподнять отнюдь не хилого аспиранта, но вот мою обросшую магическими мускулами тушу сдвинуть с места не смог — стоило же Дане плеснуть на раны целебным зельем, и Кабан вмиг обмяк.

Увы, действия алхимии хватило лишь на пару мгновений, а потом здоровяка скрутило едва ли не сильнее прежнего.

— Какого чёрта? — мысленно охнула Дана, порылась в саквояже и выуженным из него ножом распорола на Кабане одежду. — Какого….

Раны хоть и перестали кровоточить, но не закрылись, магистр медицины наложила на них руки, на миг замерла так, а затем объявила:

— Повреждена внутренняя энергетика! Задет нижний излив!

— Да как так-то? — удивился я. — Трезубец же не проклят!

— Похоже на действие вложенного в него аркана. Скорее всего это был чей-то артефакт.

— И что делать? — растерялся Ночемир.

— Не знаю! — мысленно выкрикнула Дана. — Я пока стянула разрыв, но если отпущу, он до Черноводска не дотянет!

— Но ты не можешь просидеть так всю дорогу!

— А как иначе? Ему только высшее восстановление поможет!

К нам сунулся Кочан, встревоженно спросил:

— Что с ним⁈

— Отстань! — отмахнулся аспирант. — За обстановкой следи! — И тут же встрепенулся: — Ихор! Серый, ты же набрал ихор⁈

— Набрал!

— Показывай! — потребовала Дана.

Я развернулся к ней, позволяя разглядеть заполненные жидким огнём сосуды алхимического стекла в креплениях на ремне. Барышня тут же ткнула пальцем в один с не самым светлым, но и не самым тёмным содержимым.

— Дай!

Ни о чём спрашивать я не стал, а только Дана плеснула на живот Кабана жидким пламенем, оно моментально втянулось в раны, и залечило их почище сказочной живой воды — на коже остались три бледно-розовых пятна.

— Жжётся! — мысленно завопил Кабан. — Щекотно, ёлки! Заползает и щекочет! Ма-а-ать! — Он отпихнул аспиранта и принялся чесаться. — Оно по этому самому ползёт… По абрису!

— Ничего страшного! Здоровее будешь! — заявил в ответ Ночемир. — Как узлы и меридианы прорабатывать — знаешь. Бери эту щекотку и гоняй по абрису. Об ядре тоже не забывай! Всё, отстань!

Парочка аспирантов похватала медицинский инвентарь и устремилась к люку.

— Серый, спускайся! — позвал меня за собой Ночемир, и я поспешил за ним, желая поскорее избавиться от небесной жемчужины, дабы наверняка выполнить свою часть сделки.

На полу кубрика дымились кое-как затоптанные щепки, а в потолочном перекрытии зияли сразу две обугленных дыры, и стало ясно, что касательно пробоя защитной формации Волот красок нисколько не сгустил.

Только спустился по трапу, и следом в люк сунулся Вьюн.

— Серый! А неустойку с нас большую за отродий слупят?

— Да какие вам ещё отродья с пробитой защитой⁈ — возмутился Ночемир.

— Погоди! — остановил я его, но не тут-то было.

— Никаких «погоди!» — отрезал аспирант. — Мы чуть не надорвались, бортовой щит удерживая, а теперь и вовсе не до того будет! Тут бы до Черноводска дотянуть!

Я зло выругался, глянул вверх и махнул рукой.

— Чёрт с ними! Не обеднеем!

Вьюн кивнул и мысленно гаркнул:

— Конокрад, глотай пилюлю!

Я тяжко вздохнул: ну вот кто теперь