Охотник - Борис Вячеславович Конофальский

Разговор закончился. В комнате было тепло и темно. Близнецы спали. Света пока не хотела их будить. Девочка подошла к окну, там светлее, свет от уличного фонаря падал прямо в комнату, и Светлана снова посмотрела на свои пальцы. Нет, ей не пригрезилось, чернота росла. И это еще не все. Пальцы начало подергивать. Девочка подняла взгляд и посмотрела на улицу, пытаясь в предутреннем сумраке, слегка разбавленном светом фонарей, разглядеть машину с этими людьми. Она искала их глазами, но не находила. Машин во дворе много. А ей так бы хотелось сейчас увидеть их, подойти и спросить: «Что вам от меня нужно? ЧТО ВАМ ОТ МЕНЯ НУЖНО?» Хотя Света и понимала, что ничего хорошего из этой встречи не выйдет. Просто так эти страшные люди сидеть сутками напролет не будут. Но сейчас ей было все равно. Светлана даже уже повернулась, чтобы одеваться, но случайно взглянула на спящих братьев. Остановилась. Они спали, отвернувшись друг от друга. Все время ругаются, но не разлучаются ни на минуту.

Девочка села рядом с ними и вдруг почувствовала их теплый утренний запах. Это был новый запах, вернее, он был и раньше, но так четко Света его не ощущала. Она поправила одеяло на Максе, хотя в этом и не было особой необходимости. И, естественно, на ее глаза снова навернулись слезы.

– Свет… – Макс проснулся, смотрел на сестру. – Что, уже пора вставать?

Она, чтобы не выдать слез, молча кивнула.

– Свет, а ты что плачешь?

Девочка помотала головой: нет, не плачу, с чего мне плакать? Потом провела рукой по волосам брата и, быстро встав, схватила одежду и ушла в ванную. А когда она была одета и близнецы встали и уже умывались, Пахомов позвонил снова:

– Свет, ну, я у подъезда.

Она всего на секунду задумалась. Девочка вспомнила, что вчера кто-то стоял на пролет выше ее этажа, и попросила его:

– Владик, поднимись ко мне, пожалуйста. Сможешь?

– Ок, – ответил Пахомов. – Какая квартира?

– Квартира тридцать два.

– Ок, иду.

И Света не ошиблась, попросив его об этом. Когда они все выходили из квартиры, выше на один пролет снова стоял человек. Он притаился, прилип к стене и почти не дышал. Ни Владик, ни братья этого не почувствовали, они болтали между собой, разговаривали об игровых приставках. О «Сони Плейстейшн», которая есть у Влада дома, и о крутых играх, в которые можно на ней играть. А вот Света их разговор не слушала, она, хоть никто этого и не замечал, была напряжена и даже поглядывала вверх по лестнице и оборачивалась. Девочка знала, что человек там, просто он притих. Света была в этом уверена.

Ему нужна была еда. Еда и кофе. Сигареты, выпивка тоже, но еда и кофе в приоритете. Он уже начинал уставать. Он столько дней спал урывками. По два, по три часа. А остальное время ему приходилось проводить тут, в этом городе, где почти не бывает солнца. Роэман забрел в какую-то забегаловку. На Невском и рядом с ним, как правило, готовят неважно, для туристов. Но ему сейчас было не до изысков. Семь часов утра, чуть больше, все, как правило, закрыто. А ему необходимы калории. Салаты брать не стал, салаты – это для баб, заказал две порции пасты, целую пиццу, кофе. Самый крепкий и очень сладкий. Официант, тупорылое создание, стал рассматривать его все еще перекошенное от укуса аспида лицо, но хватило единственного взгляда, чтобы тот поспешно убрался на кухню. Виталий Леонидович развалился на стуле и стал ждать. Да, он даже заволновался, когда в кармане брюк неожиданно ожил телефон. Еще больше он заволновался, когда увидел, кто его беспокоит:

«Мага! Неужели этот небритый клоун сделал дело?»

– Да, – сухо ответил Роэ сразу, и голос его был бодр.

– Слушай, дорогой… – А вот голос бизнесмена был явно «утренний». – Понимаешь, люди приехали… – Он сделал паузу.

Роэман уже понял, что дело не сделано, что у этого долбаного бизнесмена есть проблемы.

– Мага, говорите, в чем сложности?

– Да сложностей нет, какие сложности, просто люди уже второй день ее пасут, но подойти к ней никак не получается.

– Что значит не получается? – У Виталия Леонидовича настроение и так было не очень, и ему пришлось сдерживать себя, чтобы этот вопрос прозвучал хотя бы не грубо.

– Дорогой, понимаешь, сейчас мне звонили люди, говорят, что эта девка одна никуда не ходит.

– Что? Вы о чем, Мага? – Роэ уже начинал напрягаться. – Вы что, не справляетесь? Я не понял, вы что, решили отползти?

– Нет-нет, я не о том, – сразу принялся успокаивать его бизнесмен. – Дело делается, все на мази, просто с ней трется постоянно какой-то черт. Он ее как будто охраняет.

– Какой еще черт? – Настроение у Виталия Леонидовича становилось все хуже и хуже. Неужели небритый говорит о Хозяйке могил?

– Ну, такой длинный, таскается с ней за ручку, у них любовь-шлюбовь, он с ней братьев в сад водит, в школу ходит, уже в подъезд ее заводит, он от нее не отлипает. Неясно, как людям работать. Они звонят, спрашивают: им что, подождать? Да? Если подождать, они, конечно, подождут, но тогда и деньги будут немного… Надо будет немного людям добавить, сам понимаешь, люди теряют время. А они приезжие. Понимаешь, дорогой?

«Деньги. Ну конечно же деньги. Вы же все предприниматели, я и забыл про это!»

– Послушайте, Мага, – Роэман старался говорить твердо, чтобы до небритого дошло, – ждать не нужно. Делайте дело. Делайте дело не-мед-лен-но. Вы слышите меня?

– Но этот черт, он с ней все время, – начал было бизнесмен. – До двери ее водит.

– До двери! – Роэман уже едва сдерживался. – Мага, делайте дело немедленно, и если он будет вам мешать, решайте вопрос и с ним.

– Но, дорогой, понимаешь… – начал было бизнесмен.

Виталий Леонидович уже знал, о чем будет просить этот небритый.

– Мага, о деньгах не беспокойтесь, если так сложится, вы получите как за две работы. Вы меня слышите, Мага? Вы получите двойную цену. Главное – решите основной вопрос. – Роэман говорил это уже на повышенных тонах. – И побыстрее…

– Я понял, дорогой, понял, – а вот бизнесмен старался его успокоить, – все, я людям так