Где демон выжигает небеса - Ирина Игоревна Голунцова

Зажмурившись от столь не вовремя возникшей рези в глазах, Шуан Тянь испугался собственных эмоций. Даже изуродованный Ту Син не вызывал в нём столько боли, сколько застывший в вечной безмятежности Хао. Они с Асурой стали для него куда больше, чем просто учениками: он воспринимал их как сыновей.

И теперь один из них лежал мёртвым среди пепла и грязи. Его дух утрачен, тело остыло, а тёмная энергия продолжала тлеть в нём, как напоминание о минувшей битве. И всё потому, что Шуан Тянь позволил Шэнь Цзи увести его. Неужели это его вина? Может, он нашёл бы способ помочь Хао. Но… способа не было, точнее этим способом являлась сама дева Шэнь. И, учитывая то, что его тело не тронул огонь феникса Фэнхуана, этот способ сработал.

Хао погиб вместе с Шэнь Цзи. Он действительно сражался с ней на одной стороне, и, как бы Шуан Тянь ни пытался возненавидеть её, он не мог. Ведь Хао и Асура нашли своё место рядом с Шэнь Цзи и Шэнь Лу, хотя насчёт Хао он бы ещё поспорил. Они с девой Шэнь напоминали старую супружескую пару, которая вечно бранилась и проклинала друг друга на пустом месте.

– Их тела нашли вместе, – вдруг раздался позади голос молодого мужчины, почти юноши. – Они погибли в объятиях друг друга, став эпицентром взрыва, который унёс жизни сотен людей. Как новому главе духовной школы Бянь Сэ Лун, этому достопочтенному следовало выразить недовольство Заклинателем змей, внезапно переметнувшимся на сторону бунтовщиков.

Шуан Тянь с трудом подавил дрожь, возникшую из-за приступа утробной злобы. Он понимал, что, отпуская Хао и позволяя Асуре бежать, отправлял их на путь изгоев и преступников. Будь они помладше, огрел бы обоих бамбуковой палкой, выбив дурь из голов. Но он не мог вечно оберегать их… и не сберёг.

– Достопочтенный Юэ Мэй, – поднявшись с земли, обмолвился Шуан Тянь, придав голосу холодный тон. Обернувшись, он не менее сурово посмотрел на высокого серьёзного молодого мужчину, облачённого в утеплённый ханьфу тёмно-синего цвета с узором из серебряных нитей. Только глава из всех мужчин духовной школы Бянь Сэ Лун позволял себе надевать одежду с вышивкой хамелеона вместо обычной униформы.

Юэ Мэй, отвесив короткий приветственный поклон, без тени радушия посмотрел на Шуан Тяня. Они напоминали два холодных фронта, столкнувшихся над бурлящей пеной зимнего моря. Малец, которым Шуан Тянь никогда не интересовался, вдруг обратился главой духовной школы Бянь Сэ Лун, что не могло не напрягать.

– Примите мои соболезнования относительно кончины вашего отца, а также из-за трагедии, устроенной тёмными заклинателями.

– Главное, что убийцы моего отца мертвы.

– Все? – изогнув бровь, не удержался от вопроса Шуан Тянь.

Юэ Мэй не изменился в лице, провокация прошла мимо, а он лишь с напускным сожалением промолвил:

– Дождь пройдёт, и небо очистится[85]. Как бы тяжело сейчас ни было, мы не имеем права падать духом, проявляя слабость.

– Вы не ответили на мой вопрос, – подметил Шуан Тянь. – Как вы поняли, что погибли все тёмные заклинатели, сбежавшие после ритуала?

Во взгляде Юэ Мэя промелькнуло что-то нехорошее, то, что Шуан Тянь зачастую наблюдал в глазах Асуры, когда тот чувствовал угрозу. Обычно это ничем хорошим не заканчивалось.

– Мы с госпожой Юэ Ин, моей матушкой, понимали, что не справимся в одиночку с хранителями феникса и девятихвостой лисицы, а когда мои люди доложили, что на сторону врага переметнулся Заклинатель змей, пришлось действовать быстро. Нам удалось с помощью служителей храма установить барьер внутреннего отражения, ожидая прибытия подкрепления. Как только молодой господин Ту и господин Кухань из Ланбэй ступили на территорию…

Внезапно фоновый гул оборвался громким, почти рычащим воплем, как если бы кто-то пытал женщину. Шуан Тянь непроизвольно положил руку на меч и обернулся, однако сообразил, что Юэ Мэй едва ли отреагировал на крик, донёсшийся со стороны палаток.

– Как я и говорил, как только люди Тайян и Ланбэй прибыли в храм, ловушка захлопнулась. Они сами пожелали, чтобы мы оставили их один на один с тёмными заклинателями.

– Ту Син ещё неоперившийся птенец, а Кухань из Ланбэй…

– …свиреп, словно буря и ливень, – посмев прервать его, закончил Юэ Мэй с пугающим спокойствием, выдержав возмущённый взгляд собеседника. – Именно поэтому феникс Фэнхуан прибегнул к последнему возможному способу. Кухань бы убил всех внутри барьера и побежал бы за теми, кого не удалось одолеть госпоже Милин.

– Кого не удалось одолеть? – насторожился Шуан Тянь.

Юэ Мэй внимательно наблюдал за ним. Этот вопрос сумел раскрыть брешь в его душе, сияющей столь опасно и открыто, что он просто не мог не воспользоваться этой слабостью. Шуан Тянь постарался придать себе грозный вид, но даже проявленная аура не вызвала у Юэ Мэя волнения. В будущем этот юноша станет ещё более опасным, чем Юэ Гуан.

– Люди из юго-восточных общин воистину удивительны, мощь их духа и тела подобна раскату грома в десять тысяч цзюней[86]. Если бы феникс не обратил Куханя в пепел, тот бы уничтожил всех тёмных заклинателей сопротивления. Его младшей сестре повезло чуть больше. Её крик вы слышали из палатки, в которой наши целители изо всех сил пытаются восстановить её внутренние органы. Этот достопочтенный не знает юго-восточного диалекта, однако имя Асуры нам удалось услышать не единожды.

Услышав имя одного из близнецов, Шуан Тянь едва сдержал порывистое желание узнать, что же с ним случилось.

– Он сбежал. Как и тот высокий тёмный заклинатель, – словно прочитав в его взгляде немой вопрос, сообщил Юэ Мэй. – И мы намерены отыскать их.

Будь Шуан Тянь один, он бы позволил себе расслабленно выдохнуть. Юэ Мэй мог солгать ему, однако сердце учителя наполнилось звенящей верой, что хотя бы одному из учеников удалось уцелеть после серьёзного сражения и скрыться от врага.

Врага… Теперь те, кому Асура служил долгие годы, стали его врагами. Весь мир обернулся против него.

– Что насчёт остальных? Девятихвостая лисица?

Шуан Тянь постарался оградиться от страшных и в то же время облегчающих душу мыслей, что хотя бы Асуре удалось выжить. И, наверное, впервые он порадовался, что рядом с учеником находился тот не в меру неугомонный и эмоциональный тёмный заклинатель. Если в стенах школы Тайян влияние Вэй Лу являлось слабостью для Асуры, то теперь оно обратится его силой и поддержкой. Вэй Лу станет его главной опорой и смыслом жизни, каким до этого для Асуры являлся Хао.

Юэ Мэй вздохнул и неопределённо, задумчиво качнул головой, впервые изменившись в лице и позе с начала их