Возвращение - Ульяна Каршева

и им хорошо. Может, потом они будут и ругаться между собой, но так нельзя – чтобы братья не знали друг о друге! Нельзя! Если вы будете сомневаться, я сам это сделаю! Нельзя, чтобы Вади чувствовал себя одиноким, а Ашнир боялся, что однажды ему придётся покинуть нашу Тёплую Нору!

- Откуда ты знаешь о Вади и Ашнире? – нерешительно спросил у Мики Тапани.

Вместо младшего брата ответила Селена:

- Братья узнали о том по их снам. У нас хорошие сновидцы, - добавила она со вздохом.

Тапани помолчал немного, а потом махнул рукой и, обратившись к вывезенным семьям, попросил:

- Как только машина подойдёт, поезжайте со всеми. Я приеду следом, но чуть позже.

И пошёл следом за Селеной и Микой.

Селена постучалась в палату и вошла первой. За нею – Мика и Тапани. Оказалось, что Бернар собирался снимать с Вади лишние перевязки под хихиканье и ехидные шуточки Ирмы. При виде странных гостей он вскинул брови. А вот Ашнир немедленно спрятался за спиной мальчишки-оборотня. Туда же, к нему, хихикая, забралась Шамси.

- Уважаемый Бернар, мы ненадолго, - утешила его хозяйка места. – И постараемся побыстрее покинуть вас, чтобы не мешать.

Старый эльф-целитель пожал плечами и сел на стул.

Послушав тишину, Ашнир, всё ещё будучи на кровати Вади, осмелился-таки вылезти из-за его спины. Кажется, Шамси понравилось прятаться – она осталась там же. Ирма с любопытством следила за происходящим. Тем более Селена села на её кровать.

- Вади, ты вообще ничего не помнишь о своём прошлом? – обратилась к мальчишке-оборотню она.

- Нет. Когда хочу вспомнить – как… сон. А в нём ничего непонятно, - сказал мальчишка-оборотень с интересом глядя на Тапани, о котором ему, кажется, поведал Ашнир – нетрудно представить, в каких жутких красках.

- Ты жил в стареньком домике, - негромко сказал Тапани. – Там были две женщины и один младенец. Это ты помнишь?

В комнате стало тихо. На лице Ашнира уже не было страха – только странное выражение, словно мальчик-оборотень после слов Тапани прислушивался к чему-то знакомому, но далеко знакомому. Но Вади покачал головой.

- Вы меня знаете? – улыбаясь, спросил он. – Как тот… Абакар? Но я в самом деле ничего не помню. Вам, наверное, уже рассказали, что я начал дичать…

Старый Бернар вдруг встрепенулся и поднял глаза на Селену. Правда, хозяйка места не совсем поняла его… Мика внезапно спокойно сказал:

- А ведь Ирма знает.

- О чём? – не понял взрослый оборотень.

- Она узнала Ашнира, но не поняла – кого именно в нём узнала. Она целый день никак не могла вспомнить. Поэтому Коннор и посмотрел её сны.

- Мои? – удивилась волчишка. – И что там было?

- Вспомни, Ирма, - настаивал Мика. – Помнишь, когда ты впервые увидела Вади и где?

- Ну, тогда Колин держал его на поводке, потому что Вади… - безмятежно начала Ирма – и осеклась, вытаращившись на Ашнира. А потом беспомощно обвела всех вопрошающим взглядом и договорила: - Они что – братья?

После смятенных мгновений тишины старый Бернар вдруг поднял руку.

- Подтверждаю. У Вади на левой лопатке непонятный мне знак. Впервые я увидел его, когда снял с него рубаху, чтобы вылечить ему рану на животе. Вчера тот же знак я увидел на левой лопатке Ашнира. Что, кстати, он обозначает?

- Клан – он и есть клан, - буркнул Тапани. – Я не знал, что Ловота всё-таки осмелилась на такое. У всех ближних родичей Димира на лопатке был знак клана – буква «д» в треугольнике. Вади родился в мирные времена и получил этот знак в три года. Но я не думал, что мать Ашнира захочет татуировку для младенца Ашнира…

- Вот теперь уходим все! – скомандовал Мика. – Ой простите, уважаемый Бернар, вы-то, наверное, останетесь?

- Да что мне тут делать… - проворчал старый целитель. – Можно и позже прийти.

Селена за руку увела недоумевавшую, ничего не понявшую Шамси, а Мика прицепился к Тапани, пообещав проводить его донизу, до калитки в изгороди, а то и самолично отвезти его на место будущей стройки, благо у него, у мастера, есть личный транспорт.

…Оставили в комнате только братьев, которые в тревоге смотрели друг на друга, и волчишку, которая легла и горестно смотрела на обоих… Один – никогда не видевший родных, а только знавший о них по рассказам Тапани. Другой – вообще не подозревал о том, что у него есть младший брат.

- А ты правда мой брат? – нерешительно спросил Ашнир.

Плечи Вади дрогнули. Наверное, он хотел пожать ими. Но мальчишка-оборотень смотрел на младшего, и постепенно его глаза наполнялись слезами.

- Иди сюда, - хрипловато велел он ему, в очередной раз постучав ладонью по постели. И взглянул на Ирму. – Значит, ты видела…

- Он сидел на полу в детской гостиной, - повторила волчишка. – А я проходила мимо. И он посмотрел на меня снизу вверх. Так ты посмотрел на меня, когда сидел между креслами. Помнишь? Ты ещё хотел меня укусить! Ну и вот… Я его увидела… увидела, как он смотрел наверх… Прямо как ты.

Вади растерянно посмотрел на Ашнира, который притаился возле двери, готовый сбежать в любой момент…

- У меня есть брат, - медленно сказал он, глядя на волчонка. И ладонью провёл под носом, одновременно стирая с лица слёзы. – Иди сюда, Ашнир. Посидим, поболтаем.

Глава 26. Последствия-2

Несмотря на открытие, что они оба братья, сближение Вади и Ашнира пошло не слишком гладко. Сначала Вади вроде обрадовался тому, что у него появился младший братишка… Но всё чаще мальчишка-оборотень смотрел на младшего со странным выражением. Будто не мог чему-то поверить.

Настоящее имя мальчика-оборотня, как сказал Тапани, – Гери, но все привыкли его называть именно Ашниром – так, с каким именем узнали. Да и привыкли к нему…

Ашнир несколько раз в день прибегал к старшему брату – то один, то с подружкой – с Шамси. Он оказался очень эмоциональным – и часто бросался обнимать Вади, ожидая от него того же.

Когда Вади смог нормально передвигаться, он, естественно, начал столоваться уже не в «палатах» Бернара, а в Тёплой Норе. И часто столовая наблюдала, как младший, войдя в столовую, лихорадочно, чуть