Возвращение - Ульяна Каршева

- Что ты делаешь?! – поразился Гарден, тем не менее бросаясь ей на помощь. Ведь уже не имело смысла, с какой целью волчишка тащила громоздкую мебель! Главное – не дать ей мучиться, вытаскивая такую тяжесть!

Зато Ирма, обнаружив в коридоре всю компанию, с болезненным воплем нагнулась, чтобы поднять котомку Вади и изо всех сил, размахнувшись ею, врезать ему по голове.

Отклониться успел. Даже успел перехватить котомку.

- Что случилось, Ирма?!

- Уходи-и!! – истошно завизжала волчишка, чуть не срываясь на сипение, но упорно держась за ручки котомки и выдирая их из рук Вади. – Уходи-и! Видеть тебя не могу-у!! Я! Тут! Радовалась!! А ты мне-е!! Устроил!! Всю радость мне уби-ил!! Отдавай сумку-у!! Убью его-о!!

Бериллу пришлось втиснуться между ними, чтобы скрутить бешено вырывающуюся Ирму, не только мокрую от слёз, но и сопливую от рёва. А потом, растерянный было, Гарден пришёл в себя и поступил так, как видел – поступал старший брат: погладил волчишку по голове, успокаивая.

Вскоре она снова сидела на кровати, а компания стояла перед ней, ошеломлённая, не понимающая, с чего начать расспрашивать.

Гарден вновь осторожно спросил:

- Ирма, что случилось?

- Пу-усть э-этот уйдёт! – заикаясь, рявкнула волчишка, ткнув пальцем в Вади.

- Иди отсюда! – велел Тармо, обернувшись к обалдевшему мальчишке-оборотню.

- Иди-иди… - прошептал Вилл, отвернувшись от Ирмы. – Потом расскажем.

- И дверь за собой пусть закроет!

Увы. Дверь не закрыть из-за застрявшей кровати. Мальчишкам пришлось вернуть её в «палату», несмотря на разгневанное шипение Ирмы. Затихла она, лишь когда дверь была плотно закрыта за вышедшим Вади.

Четверо уселись перед волчишкой в рядок и вновь велели:

- Ну? Чего ты?

- Ашни-ир… - провыла Ирма, закрывая ладонями лицо.

Четверо переглянулись. О проблеме Вади и Ашнира знали, как и все в Тёплой Норе. Только помалкивали. Но такого взрыва тоже не ожидали. Впрочем, и волчишка не закончила отвечать на их вопрос.

- Я думала – у меня теперь целая семья-а!! У меня теперь – младший братишка е-есть!! Мне так нравится Ашни-ир!! А Вади-и… Всё разрушил!!

Она внезапно замолчала, глядя на закрытую дверь. С заиканием втянула воздух, подышала немного, успокаиваясь. Отдышалась и уже хмуро сказала:

- Видеть его не хочу. Берилл, скажи мне, что я дурочка… Намечтала себе, навыдумывала. Селена всегда говорила, что я эта… как её… релистка. Почему мне так хотелось младшего братишку? Глупости, да? Быстрее бы выздороветь…

- Зачем – быстрее? – осторожно спросил Тармо.

- Пойду к Колру, чтобы он меня на спортивном поле гонял, как Коннор Кадма. Чтобы уставала и не мечтала больше. Буду релисткой!.. Размечталась… - уже шёпотом добавила она. – А релистки не мечтают… Всё. Никаких семейных. Никаких младших братишек. Буду учиться в школе – и больше никуда.

- Как это никуда? – удивился Вилл. – А пейнтбол? А скейты?

Волчишка помолчала и легонько пожала плечами. Шмыгнула носом.

- Это тоже мечты. Пейнтбол – мечты выиграть. Скейты – ездить быстрее всех. И зачем всё это? Значит… мечты. Глупости.

Четверо мальчишек переглянулись. Такого вывода никто из них не ожидал.

- Так, значит… - задумчиво сказал Берилл и расправил плечи. – Да-а… Жаль, что Вади уже побитый. Но сказать ему – я скажу.

- Мы скажем, - сурово уточнил Тармо. – Ты ведь, Ирма, серьёзно, да? Насчёт – никаких семейных?

- Серьёзно, - насупилась волчишка.

И мальчишки вышли из комнаты Ирмы, чтобы вразумить Вади насчёт его брата, а волчишка выключила свет и уткнулась носом в подушку – тихонько поплакать о своих мечтах… В школьную библиотеку, где четверо мальчишек орали на ошалевшего Вади, Селена и братство подоспели вовремя. Мальчиков сумели помирить, после чего по-настоящему испуганного мальчишку-оборотня братья увели в мансарду, а Селена поспешила к Ирме, которой сегодня довелось слишком много плакать.

Ирма оказалась права. Как Колин, когда-то чуть ли не одичавший, сумел преодолеть свой барьер одичания, так и Вади в кроватной пентаграмме сумел поймать ниточку, ведущую к прошлому. Впрочем, не совсем сам: помог Коннор, запустив в его сны тот же момент с Тапани, который спасал обломки семьи Вади… Наутро проснувшись, мальчишка-оборотень, робея, сказал, что видел нечто такое, о чём не помнил ранее. Коннору и Хельми хватило этого кусочка сна, чтобы расширить его до воспоминаний о том прошлом, которое даже малыш Вади должен бы помнить. И он вспомнил. Возможно, барьер ещё оставался. Но в нём оказалось столько дыр, что каждую можно было расширить… Во всяком случае на следующий день мальчишка-оборотень не отстранился от Ашнира, но даже встал ему навстречу и стиснул братишку в объятиях сам…

С семейной он тоже помирился. Сближение с братишкой для Вади было не слишком быстрым, но с каждым шагом к нему он больше чувствовал, что начинает ждать, когда малыш прибежит к нему. А то и сам искал Ашнира, если долго его не видел.

…Серый Лабиринт изумил всех, кто знал о переменах в нём. Наблюдатели ездили к границам Лабиринта каждый день и заметили: первые три дня патрули, подвластные новому клану-руководителю, дежурили в этом районе как обычно это делали при Абакаре. Но уже на четвёртый день обнаружили: патрули уже не соблюдали жёсткое расписание и появлялись на местах с опозданием. На пятый день – они поредели в своём составе. На шестой – поредели уже и сами патрули, которых становилось всё меньше.

Стало ясно, что через некоторое время Серый Лабиринт станет обычным городским микрорайоном – не слишком богатым, но влияние на него кланов будет попустительским… Магия хозяина места. Когда Тапани был принят землёй разгромленной деревни, кланы словно осели, да и сама клановость для оборотней не стала главной в жизни.

Неделю старшие школьники Тёплой Норы и взрослые внимательно следили за событиями в городе и под жёсткой охраной встречали и провожали учеников начальной школы. Но никто из Серого Лабиринта больше не покушался на детей, и постепенно за младших успокоились. Лишь снова ввели правило: да, можно ездить из деревни в пригород на скейтах, но сопровождающая машина всегда будет рядом.

…Дальняя, когда-то разрушенная деревня отстраивалась, хотя её будущие жители с тревогой спрашивали Селену, сумеют ли они отплатить за всё: за материалы, за работу… Как ни странно, проблему решил бывший беженец Сири. Узнав, что в отстраиваемой деревне в большинстве своём новосёлы – оборотни, он тут же примчался