Повелитель бурь - Е. Юань

Смерив тяжелым взором густо булькающее варево «Мудреца», внутри каждого пузырька которого таился крошечный, прозрачный глаз, девушка с непреклонной, свинцовой суровостью на лице поднесла стеклянный флакон к губам.

Она кристально ясно осознавала: сейчас совершенно не время растекаться слезами и упиваться собственной скорбью. Лишь железобетонная воля и непоколебимая решимость могли проложить ей путь. В конце концов, дабы вырвать великого императора Рассела из лап леденящей скверны и подарить Ему подлинное воскрешение, ей кровь из носу требовался заоблачный статус и всесокрушающая мощь высших эшелонов.

И ради этого она была готова наглухо замуровать свою боль на самом дне души, не позволив ей ни на йоту пошатнуть рассудок. И лишь глубокой ночью, скрывшись от чужих глаз, она дозволит себе извлечь эти кровоточащие раны, чтобы испить чашу горечи в гордом одиночестве.

Едва зелье «Мудреца» обожгло горло, плоть Бернадетт начала стремительно, на глазах таять, наливаясь призрачной прозрачностью.

Её суть с оглушительным треском распадалась на мириады сложнейших, первобытных знаний, неумолимо перерождаясь в бушующий информационный водопад.

Вместе с ней и сам исполинский «Рассвет», и беснующийся вокруг шторм, ураганный ветер, разящие молнии вкупе с ревущими океанскими валами разом утратили малейшую осязаемость. Весь мир словно обнажил свою подлинную, фундаментальную информационную изнанку.

Для львиной доли магов третьей Последовательности из стези «Тайноведа» подобная метаморфоза несла в себе фатальную, гибельную угрозу. Дай слабину воле, отступись фортуна или окажись подготовка дырявой — и твой собственный информационный шторм в считанные секунды будет безжалостно растерзан, смыт и пожран внешней информационной какофонией. Бедолага мигом лишится рассудка, напрочь утратив шанс собрать плоть воедино, и переродится в одну из самых леденящих и зубодробительных бестий оккультного мира:

Фею знаний!

Или, как их еще величают, «Информационное создание».

Бернадетт, в свое время виртуозно оседлав мощь «Диадемы Мудреца», уже не раз обращалась в подобные потоки знаний. И пускай те фокусы длились от силы пару-тройку секунд, солидный багаж опыта у неё имелся. Ныне девушка титаническим усилием воли цеплялась за искру собственного рассудка, намертво связывая её с тем самым информационным следом в мире духов, что был выкован предотвращением заоблачной катастрофы.

Этот след нес на себе её несмываемое, железобетонное клеймо. А благодаря высочайшему калибру вмешательства он обладал поистине монолитной прочностью. Эта броня не позволяла внешнему хаосу сокрушить её в мгновение ока, даровав Бернадетт спасительный шанс стабилизировать сознание и по крупицам стянуть разбегающийся, тающий водопад собственной сути обратно.

Пока разворачивалась эта незримая битва, Клейн, вальяжно восседающий над серой мглой, выцепил взглядом пульсирующую точку её молитвы. Легонько постучав пальцами по краю изъеденного патиной длинного стола, юноша пустил в ход таланты «Чудотворца». Изящно подкрутив ползунки вероятности, он щедро отсыпал Бернадетт толику своей заоблачной фортуны.

Время неумолимо текло секунда за секундой. Девушка раз за разом балансировала на самом краю бездны, грозящей потерей контроля, однако стоически выдерживала удары. Наконец, благополучно собрав все осколки собственного «я» воедино, она приступила к воссозданию физической оболочки.

В этот самый миг сквозь пелену до неё стали пробиваться смутные, но теплые отголоски: жгучая тревога «Адмирала Звезд» Катлеи, искренние чаяния соратников из «Зари Стихий» и те самые рутинные, благоговейные молитвы её верных матросов и экипажа.

Эта эгида веры подействовала как спасительный якорь. Духовное состояние Бернадетт мгновенно налилось железобетонной стабильностью, позволивя играючи давить ту самую первобытную, чужеродную волю, что исподволь пыталась прорасти в её нутре.

Но именно в эту секунду из неоткуда ревущим потоком хлынула целая лавина сокрытых, леденящих душу знаний. Воспользовавшись уязвимостью перерождения, они хищно вцепились в девушку, отчаянно силясь слиться с её сутью.

То был вероломный удар самого «Скрытого Мудреца»!

Будучи живым воплощением всей информации мироздания и сущностью, чья мощь вплотную подбиралась к нулевой Последовательности на стезе «Тайноведа», этот мастодонт козырял властью наглухо подавлять и извращать рассудок любого мага своей ветки, чей ранг не дотягивал до божественного.

Не дав Бернадетт ни доли секунды, дабы пустить в ход свою бледную маску, Клейн, скрытый под покровом серой мглы, властным жестом вскинул тот самый таинственный «занавес».

Пространство и время вокруг «Королевы Мистики» мгновенно скрутило в гротескную воронку. Её пятачок реальности оказался наглухо, железобетонно отрезан от остального мира, оборвав малейшие, даже самые призрачные информационные мосты.

Вырвав эту внезапную, спасительную передышку, Бернадетт молниеносно завершила ковку своего физического тела. Опершись на монолитный фундамент своих якорей, она триумфально подавила и сбалансировала ту самую хтоническую волю в собственной крови.

С этого мига она перешагнула роковой рубеж. Простая смертная переродилась в Истинную Сущность, увенчав себя статусом ангела второй Последовательности стези «Тайноведа». Отныне она по праву числилась в лиге тех самых мастодонтов оккультного мира, перед коими благоговейно трепещут, величая их «Сокрытыми Сущностями».

В следующее мгновение искаженный пространственно-временной купол рассеялся, вернув реальности первозданный вид. Девушка воочию узрела, как та самая лавина сокрытых знаний вновь устремилась к ней.

Ни на йоту не растерявшись, она изящно выбросила правую руку вперед. Играючи, словно пушинку, перехватив этот смертоносный поток, она виртуозно выжала из него всю бесценную, прагматичную оккультную суть.

Только-только изготовившись выскользнуть из мира духов и низвергнуться обратно в материальную реальность, Бернадетт внезапно ослепила вспыхнувшая прямо перед ней колонна оранжевого света.

Свечение вмиг обрело плотность, вылепив фигуру донельзя тучного, пухлого старца с аккуратной белоснежной бородкой.

Дедуля расплылся в благодушной, лучезарной улыбке и подал голос:

— Леди, позвольте представиться. Я — «Оранжевый Свет» Иларион.

«Оранжевый Свет»… Бернадетт впала в легкий ступор. Девушка решительно не брала в толк, с какой стати этот мастодонт соизволил явиться пред её очи, ведь в былые времена их пути практически не пересекались.

Будучи предводительницей «Зари Стихий» и прожженным «Ученым-мистиком» в прошлом, она знала Семь Светов мира духов как облупленных. В её арсенале даже пылились дотошные ритуалы, дабы возносить Им мольбы и выуживать откровения. Девушке было кристально ясно ведомо: эти семь столпов чистейшего сияния служат подлинными воплощениями самого духовного измерения. Они таили в себе бездонные пучины знаний из самых разных доменов, а Их статус железобетонно приравнивался к ангельскому эшелону.

«Оранжевый Свет» Иларион, не стирая улыбки, поспешил разъяснить:

— Некая заоблачная, великая Сущность милостиво поручила мне слить вам весь пласт тайн, касающихся «Древних», Внешних божеств и самих «звездных высей». Дабы впредь вы могли с кристальной ясностью и без розовых очков препарировать подлинную картину этого мироздания вкупе с его леденящей скверной.

— И что же это за Сущность? — с параноидальной осторожностью и нескрываемым любопытством закинула удочку Бернадетт.

Её интуиция уже смутно