Белая птица судного дня - Екатерина Витальевна Белецкая

— Вот даже как, — протянул Овела. — И каким образом вы сейчас можете трактовать то, что произошло?

— Надо подумать, — Скрипач дёрнул плечом. — Трактовок получается очень много на самом деле. То ли мы отпустили её на волю, то ли она обрела свободу самостоятельно, то ли она указала нам некий новый путь, то ли кто-то из нас поставил в тот момент некую финальную точку. Мы не знаем, Овела. Мы много лет думали об этом, но к однозначному выводу так и не пришли.

— Может быть, она указывала вам на опасность? — спросил Овела вкрадчиво. — Или о чём-то предупреждала?

— Там не было никакой опасности, — возразил Ит. — Не было фантомов, не было внешнего воздействия. Это было… как вокзал, с которого ушел последний поезд, как пристань, от которой отчалил последний корабль. Я сейчас говорю про ощущение, а не про то, чем это было в реальности. Потому что на счёт реальности тех событий у нас по сей день большие сомнения.

— Это закономерно, — покивал Овела. — Потому что если говорить о реальности, вы в тот момент находились в блоках поддержки, стоявших на корабле «Сансет», а ваши сознания пребывали в локации, созданной, опять же, кораблём «Сансет», а именно системой «Альтея», которая была на нём установлена. Так что о реальности не может идти и речи. Момент переноса вы, видимо, не застали, и об этом, как я предполагаю, позаботились системы корабля.

— Вероятно, — кивнул Скрипач. — К сожалению, мы не можем вам ответить на этот вопрос. Хотя… — он помедлил. — Думаю, о Метатроне вы в курсе, и, как мне кажется, Метатрон тоже причастен к тем событиям, о которых мы сейчас рассуждаем.

— Возможно, возможно, — покивал Овела. — Но я бы не рискнул утверждать это со стопроцентной уверенностью.

— Неужели это сделала Новая Эра? — спросил Скрипач.

— Нет, — покачал головой Овела. — Увы, но нет. Во-первых, наши возможности велики, но отнюдь не безграничны. Во-вторых, в наши планы подобное, разумеется, не входило, и не могло входить. Наоборот, происшедшее в тот период эти планы как раз изменило и спутало.

— Вот даже как? — искренне удивился Скрипач. — Неужели?

— Да, вот так, — развел руками Овела. — Впрочем, сейчас это неважно. Важно другое: человек, точнее, фрагмент души этого человека, из локации пропал, оставив вас наедине с картиной, и на этом ваша история, выходит дело, заканчивается. Всё верно?

— Да, — кивнул Скрипач. — После того, как Киую покинула нас, прошло некоторое время, и мы…

— Мы отключились, или кто-то нас отключил, — подсказал Ит. — К сожалению, ответа не существует. Мы не знаем, кто это был, кто получил каким-то образом доступ к блокам, и к системе в целом. Мы не знаем, кто сумел убедить Альтею в том, что с нами надо сделать то, что было сделано. Так что, гражданин Овела, тут мы бессильны вам в чем бы то ни было помочь. Увы.

— Хорошо, — кивнул Овела. — Вижу, что вы не лжёте. Давайте вернемся к вашим ощущениям во время этих событий. Коротко: что вы чувствовали?

— Смятение, — тут же ответил Скрипач. Ит согласно кивнул. — Мы не понимали, что происходит.

— А ещё мы в какой-то момент ощутили радость, — вдруг сказал Ит. — Мы порадовались за Киую, которая обрела свободу. И неважно, как это произошло. Мы в тот момент увидели, что она была вольна выбирать некий новый путь, и что больше ничего её не держит.

— Даже вы, — заметил Овела.

— Даже мы, — согласно кивнул Скрипач.

— Хорошо. Давайте подведем итог, — Овела нахмурился. — Тем или иным образом, но все девушки в результате покинули свои локации, и обрели свободу. Так получается?

— Ну да, — пожал плечами Скрипач. — Получается, что это так.

— Фрагменты сознаний этих девушек являлись частью эргегора планеты, — продолжил Овела. — Если они покинули локации, и отправились куда-то дальше, это можно понимать, как… как факт того, что они покинули эгрегор, как вы думаете?

— Видимо, это так и есть, — кивнул Скрипач. — Или, возможно, это был демиург. Он освободил их, и больше не удерживал.

— То есть в данный момент здесь этих фрагментов быть уже не может? — спросил Овела.

— Понятия не имеем, — сказал Скрипач.

«Имеем, — подумал Ит. — Их здесь нет. Давно нет. Подтверждение тому — Дана Ким и Вета Штерц, которые родились там, куда попали мы, Архэ, который они пытались найти таким образом. Да, здесь их нет, вот только Овела эти подробности не обязательны. Но для чего он так настойчиво об этом спрашивает?»

— Мы не можем это знать, — сказал Ит. — У меня есть предположение, что они могли отправиться на так называемый Берег, но это не достоверно, разумеется.

— О, да, про Берег мы в курсе, — покивал Овела. — Ри Торк длительное время изучал его, и материалов достаточно. Вы думаете, они там?

— Возможно, — пожал плечами Ит. — Не испарились же они бесследно?

Овела усмехнулся.

— Да, скорее всего, не испарились, — покивал он. — Что ж, наша беседа окочена. В следующий раз, по всей видимости, мы встретимся для окончательного разбирательства. И, да, не пытайтесь нас покинуть. Я вынужден вас об этом предупредить, потому что, разумеется, наши разговоры вас испугали, и вы, как вам кажется, предусмотрели для себя такую возможность. Ведь так?

Ит с интересом посмотрел на Овела, тот ответил ему безмятежным взглядом.

— Возможно, это действительно так, — кивнул Ит. — Но если вы просите, мы, пожалуй, останемся. Хотя наше пребывание здесь, по общему мнению, лишено смысла.

— Вы так думаете? — спросил Овела.

— Да, — кивнул Скрипач. — Преступлений мы не совершали, считки вам предоставили, подробности рассказали. Что ещё от нас требуется?

Овела не ответил. Он смотрел сейчас на Скрипача невидящим, словно бы враз утратившим осмысленность взглядом, а затем молча указал рукой на открытую дверь каюты.

* * *

— Ит, вы снова идёте в рубку? — спросила Элин. — Зачем?

— Покурить, — ответил Ит. — Не хотим прокуривать кают-компанию.

— Лжёшь, — сказала Элин в ответ. — Ит, что вы там делаете… на самом