"Фантастика 2026-191". Компиляция. Книги 1-41 - Александр Фрост

В трюмах оказалось как раз то, за чем пришли. Десять тысяч старых, но надёжных уммаханских винтовок с тремя тысячами патронов на каждую, полсотни пулемётов, тоже с боеприпасами, а ещё пистолеты, гранаты и противопехотные мины. Обнаружилась даже пара списанных, но ещё вполне годных армейских радиостанций.

Маскируясь в тучах, сцепленные корабли прошли на юг, где в оговоренной точке их уже ждала «Ласточка», которая и отвезла перегруженных на неё пленных на восток. Там всех высадили недалеко от ближайшей деревни, одному из уммаханцев кинули нож. Развязывать не стали. «Ласточку» ему видеть не стоит, старушке ещё не раз наводчицей работать. Ну, а пока будет резать верёвки да снимать повязки с глаз – ищи птичку в облаках!

Поднявшись над джунглями, Осрин нырнул в ближайший волчок в Хинтерланд, а оттуда в Рангстаад, договариваться об очередной инвестиции в игорные дома любимого племяша. «Затмение» же, высадив на захваченное судно призовую команду, направилось на север. Шли на малом ходу, без бортовых огней, к Чёрнопартизанску, где Драго с нетерпением ожидал обещанный подарок. Отвалы заброшенных открытых выработок высятся там подобно горам, и пиратский корабль они прикрыли надёжно. Выгруженные с него ящики перевезли на грузовиках подальше, где в старых штреках можно спрятать оружие для целой армии.

Столица Народного Союза и Вендии, Светлоградово

Пейзаж из окна конспиративной квартирки в Рыбном переулке слегка изменился. Популярный у окрестных домохозяек продуктовый магазинчик больше не радовал соблазнительными витринами. Они были пусты, как и прилавки. Ещё за полгода до выборов товарищ Грдамич щедро напечатал денег, повысил всем зарплаты и запретил повышать цены в государственных магазинах. Вскоре те погрузились в летаргический сон, а товары либо расхватывались с раннего утра, либо расползались по коммерческим лавочкам и рынкам.

Вот и сегодня тут лишь хлеб, молоко да подгнившая капуста. За весами мясного отдела дремала толстая продавщица. Рядом развалилась на прилавке и дрыхла столь же упитанная кошка. На ошейнике хвостатой висела бирка: «6 кг 200 г». Отвечать на просьбы взвесить свою любимицу тётка уже задолбалась.

Стену дома по соседству украшал плакат монархистов. Могучий дракон Караджер сбивал с пня кончиком хвоста маленького встопорщенного ёжика, очень похожего на Грдамича. Чешуйчатое страшилище отставной полковник госбезопасности Деян Ранковац и действующий майор Будимир Сокол как раз и рассматривали.

– Не понимаю, с чего они объединились, – пробормотал под нос Сокол. – Ещё с начала эмиграции старшая и младшая ветви династии на дух друг друга не переваривали, и вдруг…

– …Появилась возможность выступить на выборах, – разъяснил старший товарищ. – Где существует такая штука, как проходной барьер. Наберёшь хоть на один голос меньше 5% – и пролетаешь мимо! Опросы показали, что поодиночке списки Божидара и Сретана либо едва проходят, либо проваливаются, зато вместе успех гарантирован. Вот и решили слиться, тем более Сретан вообще в политику пошёл из-под палки Оназисов.

– И тот полагает, что сможет сделать своей марионеткой Божидара? – задумчиво вертя в руках купленную для дочери куколку, майор поставил её на голову, потом перевернул обратно и посадил на шпагат, словно балерину. Водрузил рядом чугунную статуэтку конного витязя и завершил мысль. – Вряд ли выйдет, старик – крепкий орешек!

– Именно что старик! – Ранковац взял со стола пепельницу и кинул щепотку содержимого на чугунного всадника, сделав его седым и дряхлым. – Наследует же ему старший сын Любомир, который ещё больший слизняк, чем Сретан. Подозреваю, что Оназисы, Канарисы и прочие на него и поставили, но это дело будущего. Ну а пока достань-ка с верхней полки четыре синие папки. Яншич получил подробные результаты выборов и дал мне копию для анализа. Вот им-то мы с тобой и займёмся…

Результаты смотрелись где-то, скажем… неоднозначно, а где-то и вовсе хоть в петлю лезь.

– У Тогтареи 24 депутатских кресла, выделенных в Союзном Вече из 400, пропорционально численности населения республики, – изрёк полковник, придвигая самую тощую папку. – Все они – и от Народно-Революционной партии, и единственный человечек от оппозиции – в кармане у товарища Амнева. Прикажет объявить себя псами, залают, велит обернуться котами – замяукают. И станут драть того, на кого хозяин укажет. Зато с делегатами от Вендии обратная ситуация…

– У них нет хозяина? Не может быть! – возразил майор, запихивая куклу в портфель. Не хватало ещё оставить тут и явиться домой без обещанного подарка, вот рёву-то будет! – Наверное, вы хотите сказать, что их много…

Хозяин квартиры кивнул.

– Так и есть! У Народно-Революционной партии 83 места. Вместе с марионетками из Демократической и Крестьянской партий – 108 из 152. Вроде бы беспокоиться не о чем, но среди этой сотни и сторонники Грдамича, и склоняющиеся на сторону Зленоваца, и замшелые дедки, мечтающие о добрых старых временах, и просто беспринципные карьеристы, всегда готовые примкнуть к сильнейшему и затоптать ослабевшего.

У оппозиции тот же бардак. Дюжина от Партии Свободы едина, поскольку куплена Лигой на корню. Зато среди 32 монархистов из Партии Великой империи есть и люди Сретана, и ставленники Божидара, и пока не определившиеся. Как они станут голосовать, предсказать невозможно – хоть и орут о порядке больше всех!

На Хоноре Народно-Революционная партия провела всего пятерых, зато у Партии возрождения во главе с Белояном 54 из 68 мест. Под видом Партии национального пробуждения прошёл и запрещённый «Сполох», от которого можно ждать любой пакости. Хонорцам обещано, что сразу после выхода из Союза их примут в Лигу, импортная одёжка и машины тут же подешевеют, а добрые олигархи инвестируют в местные заводы миллиарды. Ну и, конечно, злые союзные власти перестанут отбирать у этих предприятий налоги на прокормление вендских и джалнутских дармоедов!

– Депутатов у нас арестовать нельзя, если коллеги большинством голосов не снимут неприкосновенность. Между тем Белоян всё ещё сидит, срок следствия продлили в очередной раз. – Сокол накрыл перевёрнутой рюмкой лежащую на столе монету. – Вот и вопрос: что предпочтёт Грдамич? Освободить его или попытаться продлить арест через Вече? Про смерть в камере от сердечного приступа я не говорю, Хонор взорвётся, и партнёры из Лиги… не поймут!

Бывший шеф рассмеялся.

– Они вчера как раз договорились! Узник, в обмен на свободу, пообещал Грдамичу, что не станет требовать отделения Хонора.

– И вправду не станет?

– А зачем ему? После избрания старейшиной хонорского Веча он велит поставить вопрос об отделении кому-нибудь из своей фракции. Или это сделает кто-то из «Сполоха», тогда товарищ Надар окажется вовсе ни при чём! Так что Хонор мы, считай, потеряли. И, вероятно, хонорские районы Невриды – там победили сторонники независимости под предводительством головы Винджуваца Ливадича.

– Стоило туда столько