Канун летнего солнцестояния - Джин Фукадзава

– Кай…

– Чего?

– Мои физические силы правда ограничены.

– Ты это только сейчас понял?

– Я давно заметил, но не хотел сообщать об этом в Бюро.

Я опустил руку, в которой держал вилку. Наши взгляды пересеклись.

– Что ты имеешь в виду?

– У анти-Фантазмов два раза в год настает напряженное время.

– И этот период, конечно, сейчас?

Лэнс кивнул.

– Перед летним солнцестоянием… они подходят ближе всего.

Он говорил невнятно, слегка хрипловатым голосом, а его взгляд был устремлен куда-то в сторону. Иногда казалось, что его сознание уносилось далеко в старые воспоминания.

– Но даже в пик сезона, при обычных обстоятельствах, Фантазмы не так часто случаются один за другим, как сейчас… Так что весьма вероятно, что в Витсберри происходит что-то, кроме приближающегося летнего солнцестояния, – пробормотал он себе под нос и глубоко вздохнул.

Я слушал молча.

Лэнс необщителен и скрытен, поэтому обыч– но не раскрывает того, что потом не сможет объяснить. Короче говоря, раз он завел этот разговор сейчас, значит, собирался мне все рассказать.

– В ночь перед летним солнцестоянием наш мир и Страна фей сближаются.

– Страна фей? Такая вообще есть?

– Конечно. С наступлением летнего солнцестояния травы возвращают себе изначальную силу, и в свои права вступают древние законы. Восславляются всевозможные виды магии, а волшебные существа широко празднуют…

– Какое отношение все это имеет к Витсберри?

Взгляд темно-зеленых глаз мягко опустился на меня. Мечтательное выражение лица Лэнса постепенно сошло на нет, в голосе вновь зазвучала усталость.

– В этом году путь в Страну фей откроется где-то здесь. Другой причины для появления всех этих Фантазмов я не вижу.

Глава 2

Привет, околдованный феями

Я до сих пор помню день, когда Синтия переместилась в другое место.

Ноябрь прошлого года. Было холодно, и вдобавок шел дождь.

– Я хочу, чтобы она скрылась до появления людей из Бюро. – Это было первое, что сказал Лэнс после того, как чуть не умер в озере.

Синтия – дух воды. Она жила в небольшом озере на территории Университета Витсберри, которое планировалось засыпать во время зимних каникул. Духи обычно привязаны к месту, где живут, и, потеряв свой дом, умирают сами. Именно поэтому Лэнс заставил Синтию выпить его кровь, что дало ей возможность переместиться к другому источнику.

– Университет будет под пристальным вниманием начальства. Синтии там находиться не стоит, – сказал Лэнс, видимо уже решив, куда можно было бы ее отправить.

В Эшвонском лесу был источник, до которого от университета можно было добраться сначала на автобусе, а затем пешком. Всего путь занял бы примерно два часа. Учитывая, что Синтия была довольно слаба и ей физически была необходима вода, для перемещения выбрали дождливый день.

Вот и получилось, что холодным ноябрьским днем мы тащили на себе духа воды – я ведь не мог позволить тому, кто еще недавно был на грани смерти, делать это в одиночку.

В тот день синоптики предсказывали дождь на полдня. Мы с Лэнсом подготовились: надели плащи и ботинки и отправились в университет.

Синтия ждала, немного высунувшись из воды. Увидев нас, она тревожно наклонила голову. Ее небесно-голубые глаза пристально смотрели на Лэнса. Его лица я не видел из-за капюшона, но что-то мне подсказывало, что особых изменений в его выражении и не было.

– Испытывая чувства к человеку, дух получает душу, – однажды выпалил юноша, словно бы признаваясь в грехе.

Это и произошло с Синтией.

Лэнс обернулся. Я подумал, что, возможно, он тоже испытывал к ней какие-то чувства, ведь выглядел он довольно угрюмо. Фарлонг велел мне подождать неподалеку, а сам направился к воде. Он опустился на колени перед источником, посмотрел Синтии в глаза и что-то сказал.

Та на мгновение заколебалась, но кивнула. Она обернулась, протянула правую руку и провела кончиками пальцев по поверхности покрытого рябью источника так мягко и красиво, словно по чему-то очень хрупкому. Тогда я впервые задумался, как долго она там прожила.

Она родилась в этом озере и никогда его не покидала. Сколько лет прошло? Десятилетия? Университет был основан в начале ХХ века, но источник, возможно, был здесь задолго до него. Я не мог поверить, что духи живут так долго, но я не так много знаю, чтобы доказать обратное.

Лэнс протянул правую руку и снова заговорил. Синтия посмотрела на него и снова кивнула. Ее взгляд казался более решительным, чем прежде. Тонкая, почти прозрачная ладонь схватила юношу. Я подумал, как было бы драматично, если бы Лэнс приподнял ее и обнял, но этого не произошло. Они медленно сблизились, Синтия положила левую руку на правое плечо Лэнса. Тот поднял духа и осторожно вытащил из воды.

После этого события развивались стремительно. По обыкновению бесстрастный, Фарлонг подошел ко мне. Я носил Синтию на руках, поэтому знал, какая она легкая – всего несколько килограмм, – поэтому даже Лэнсу не должно было быть тяжело. Он предлагал мне взять ее на спину, но я не хотел чувствовать прикосновение ледяной кожи – это бы высасывало из меня силы.

– Ты должен нести ее от начала и до конца, – сказал я, и парень кивнул.

Глаза у духа были закрыты, но казалось, что она не спала. Лицом она уткнулась в грудь Лэнсу – возможно, плакала, но из-за дождя понять было сложно.

– Пойдем, – пробормотал он.

Я сдвинулся. По пути никто не говорил.

Пока мы шли под проливным дождем, я чувствовал себя так, будто мы совершили преступление и идем в лес прятать улики. Такая тяжелая атмосфера царила между нами… или, скорее, между Лэнсом и Синтией.

Интересно, сколько дней прошло с путешествия в Эшвонский лес?

На следующий день после разговора о Стране фей и способе попасть в нее из Витсберри мы отправились проведать Синтию. Зачем – я не знал, потому что Лэнс сказал, что все расскажет уже на месте. Какой бы нелепой ни была история, какими бы нереалистичными ни были события, меня больше ничего не удивляло, так что я решил подчиниться.

Днем я вышел из дома и пошел к автобусной остановке. На улице было солнечно и, в отличие от других дней, не холодно. Отличная погода для прогулки.

– Слушай, когда ты в последний раз там был? – спросил я шедшего рядом Лэнса. Он ответил, не глядя на меня:

– Две недели назад, когда мы ходили вместе.

Скорее всего, это была правда. Я заметил: если Лэнса спрашивали о чем-то, на что он не хотел отвечать, он