Синдром отложенного проклятия - Анна Денисова

Внуки замерли. Даже Баалбар перестал притворяться, что вылизывается, и навострил уши.

— Да, я Морган Проклятый. Да, я наложил проклятие на королевский род. Да, я забыл его отменить. Да, я идиот. С этим мы разобрались. Теперь о главном.

Он обвёл их взглядом, тяжёлым, властным, от которого когда-то дрожали короли и маги.

— Я собираюсь это исправить. Я отправляюсь в Цитадель, в моё старое логово. Там находится Алтарь, с которого я активировал проклятие. Только с него можно его снять. Я пойду туда, разберусь с последствиями, верну королю человеческий облик, принцессу сделаю снова мягкой, а лозы некусачими. И вернусь к вечерней выпечке. Вопросы?

Агнес подняла руку.

— Дедушка, это называется «попытка скрыться с места преступления». Статья 89, часть 4. От трёх до десяти лет магического заключения.

— Агнес, — Морган потёр переносицу, — ты можешь хотя бы на минуту перестать быть юристом?

— Я не могу перестать быть юристом, дедушка! Это моя суть! Так же, как ты не можешь перестать быть Тёмным Владыкой! Мы — то, что мы есть!

— Я перестал быть Тёмным Владыкой сто лет назад! Я — пекарь!

— Пекарь, чьи круассаны подгорели ровно в момент активации твоего проклятия! Магия не врёт, дедушка! Твоя сигнатура вспыхнула по всему городу! Инквизиция уже наверняка засекла её и идёт по следу!

В этот момент, словно по заказу, с улицы донёсся отдалённый звук, топот множества ног, лязг металла и крики: «ОЦЕПИТЬ КВАРТАЛ! ИСТОЧНИК ГДЕ-ТО ЗДЕСЬ!»

Все четверо — Морган, Агнес, Тео и Баалбар — замерли.

— Ну вот, — обречённо сказал Морган. — Допрыгались.

Тео бросился к окну, отдёрнул занавеску и тут же отшатнулся.

— Там… там целый отряд! В белых мантиях! С мечами! И с магическими жезлами! И… о боги, с ними Инквизитор! Тот самый, из дворца! Который всё время улыбается!

— Фабиан, — выдохнула Агнес. — Верховный Инквизитор. Если он нас найдёт…

— Он нас не найдёт, — отрезал Морган. — Баалбар!

«Да, хозяин?»

— Чёрный ход. Катакомбы. Быстро.

Баалбар, всё ещё в своей полу-демонической форме, развернулся и одним ударом лапы снёс стеллаж с мукой, за которым обнаружилась неприметная дверца, врезанная прямо в каменную кладку. Морган распахнул её, и из тёмного проёма пахнуло сыростью, плесенью и древними тайнами.

— За мной, — скомандовал он. — Живо.

— Дедушка, — Агнес не двигалась с места. — Если я пойду с тобой, я стану соучастницей. Статья 12, «Пособничество лицу, находящемуся в розыске». Это…

— Агнес! — рявкнул Морган. — Если ты не пойдёшь, ты станешь покойницей! Инквизиция не разбирает, кто соучастник, а кто нет! Они сжигают всех! У них упрощённое судопроизводство!

Агнес побледнела, но не сдвинулась с места.

— Упрощённое судопроизводство противоречит статье 2 Уложения о Правах Обвиняемого, — прошептала она. — Это незаконно.

— Вот именно! — Морган схватил её за руку и потащил к проходу. — Поэтому мы и не хотим с ними встречаться! Тео, хватай портфель сестры и за мной!

Тео, который уже нацепил на себя три амулета «Экстренной Крутизны» и один «Для Объёма Волос», радостно кивнул, подхватил портфель и нырнул в проход.

Последним, с трудом протиснувшись в узкую дверцу, в катакомбы втянулся Баалбар. Его демоническая форма пошла рябью, сжалась, и через мгновение в проходе снова стоял обычный чёрный кот, ну, почти обычный. Только глаза всё ещё горели алым.

«Хозяин, — раздался в голове Моргана его мысленный голос, — должен заметить, что это самый захватывающий вторник за последние сто лет».

— Заткнись, Баалбар, — буркнул Морган, захлопывая за собой дверь.

Сверху, из пекарни, донёсся грохот — это Королевская Гвардия выбила входную дверь.

Морган Дейл, бывший Чёрный Владыка, ныне пекарь в бегах, вздохнул, поправил передник и начал спускаться во тьму.

В конце концов, он обещал внукам пирог с яблоками и корицей.

А свои обещания он привык выполнять.

Даже если для этого придётся сначала спасти мир.

Глава 4

Эвакуация с препятствиями

Капитан Королевской Инквизиции Борегар Громм был человеком простым и прямолинейным. Он верил в три вещи: в Свет, в порядок и в то, что любую проблему можно решить, если как следует по ней ударить. Желательно чем-нибудь тяжёлым. Ещё лучше ногой. В дверь.

Именно это он и сделал.

Дверь пекарни «Теплая корочка» слетела с петель и рухнула внутрь, подняв облако мучной пыли. Борегар шагнул через порог, сжимая в одной руке короткий широкий меч, а в другой магический жезл, настроенный на подавление тёмной энергии. За его спиной в помещение вливались гвардейцы, шестеро отборных бойцов в белых мантиях с золотым шитьём, с арбалетами наизготовку и решимостью во взглядах.

— Именем Короля! — рявкнул Борегар. — Всем оставаться на местах! Пекарня окружена! Сопротивление бесполезно!

Ответом ему была тишина.

В пекарне было пусто. Ну, почти. На столешнице стоял противень с обугленными круассанами, источавшими слабый, едкий дымок. На полу валялся опрокинутый стеллаж с мукой. В углу, у печи, лежала перевёрнутая кадка с закваской. И больше ничего. Ни души.

Борегар нахмурился. Он не любил, когда реальность не совпадала с его ожиданиями. Ожидал он найти злобного тёмного мага, возможно, в окружении демонических приспешников. А нашёл… пекарню. Обычную. Пахнущую гарью и чуть-чуть ванилью.

— Обыскать помещение! — скомандовал он. — Прочесать каждый угол! Следящее Заклинание показало, что источник здесь!

Гвардейцы рассыпались по пекарне. Один заглянул под прилавок. Второй распахнул шкаф с посудой. Третий сунул нос в мешок с мукой и тут же оглушительно чихнул.

— Капитан, — позвал один из них, тот, что стоял у печи. — Тут что-то странное.

Борегар подошёл. Гвардеец указывал на каменную кладку за печью. В полумраке, подсвеченном слабым магическим светляком, была видна едва заметная щель, контур дверцы, врезанной прямо в стену.

— Потайной ход, — пробормотал Борегар. — Значит, птичка упорхнула. Но недалеко.

Он развернулся к отряду.

— Взломать! Живо!

Двое гвардейцев бросились к дверце, на ходу доставая ломики.

И в этот момент из-за печи вылетел мешок муки.

* * *

Морган не планировал вступать в бой. Честно. Он планировал тихо и мирно увести семью через катакомбы, добраться до Цитадели, снять проклятие и вернуться к выпечке. Просто. Элегантно. Без лишнего шума.

Но когда он услышал, как Инквизиция ломится в его пекарню, выбивая дверь, которую он собственноручно смастерил тридцать лет назад из старого дуба, в нём что-то щёлкнуло.

Не злость. Нет. Скорее… профессиональная гордость.

Эта дверь стоила ему двух недель работы. Он подгонял доски, шлифовал, покрывал лаком. А эти… эти напыщенные хорьки в белых мантиях просто взяли и вышибли её с петель. Без спроса. Без ордера. Без элементарного