Мастер драгоценных артефактов 6 - Александр Майерс

— Катарина, будь готова, — бросил я через плечо.

Я поднёс мисочку к морде лошади ведьмы, дал ей отпить. Потом напоил Громилу. Животные фыркнули, забили копытами.

Мы с Катариной запрыгнули в сёдла и рванули с места.

И вот тут началось веселье. Напитанные магией лошади понеслись так, что у меня перехватило дыхание. Они буквально полетели над заснеженной мостовой, как две выпущенные из лука стрелы. Тёмные улицы слились в сплошную смазанную полосу.

Стражники у городских ворот даже сообразить ничего не успели. Кто-то, кажется, что-то крикнул вслед, но ветер тут же унёс его голос.

Дороги за воротами завалило, ехать было тяжело и неудобно даже нашим взбодрённым скакунам.

— Активируй тепловое заклинание! — крикнул я Катарине сквозь свист ветра. — Нужно поскорее добраться до моих владений!

— Погоня⁈ — ведьма на ходу обернулась.

— Нет, просто кристалл под завязку набит энергией, и он не совсем стабилен!

Катарина не стала переспрашивать. Вытянула руку вперёд, и с её ладони хлынула волна тепла. Метров на двадцать перед нами снег и лёд начали таять, расчищая путь.

Грубовато, конечно, расточительно до безобразия. Само заклинание было проще некуда — но применить его вот так, для расчистки дороги на скаку…

Насколько я помнил, никто до такого не додумывался. Чтобы тратить энергию настолько щедро, нужно быть чуть ли не старшим магистром. А если ты уже старший магистр, то знаешь заклинания и поумнее — тот же тепловой купол над собой поставишь и не будешь мучиться.

Но заклинание было донельзя простым, а маны у Катарины — вагон. Поэтому всё работало как надо.

Мы неслись вперёд, оставляя за собой полосу растаявшего снега. Катарина то и дело озиралась, ожидая удара из-за каждого сугроба.

Но никто за нами не гнался. Город остался далеко позади.

И тут пряжка на моём ремне завибрировала.

Я скосил глаза вниз. Один из вмонтированных в неё мутных камушков вдруг ожил и стал переливаться всеми цветами радуги.

Да ладно, вы издеваетесь? Опять хотите подглядывать? Это уже даже не смешно.

Я повернулся к ведьме.

— Катарина! Направь второй рукой энергию в меня! Сколько сможешь!

— Выдержишь?

— Постараюсь! — улыбнулся я.

Она крепче стиснула бока лошади ногами, вытянула ко мне свободную руку, и в меня хлынул поток силы. Я тут же принялся плести заклинание, подкинул в воздух два камушка и вытянул руку вверх.

Энергия ударила в небо сквозь кристаллы, и раздался резкий звук, будто где-то в вышине лопнуло огромное стекло.

Кристаллы треснули в воздухе и осыпались мерцающей пылью. Ощущение чужого взгляда исчезло.

— Не люблю, когда за мной подсматривают, — буркнул я, опуская руку. — Особенно когда не понимаю, кто это делает.

Потом я обернулся к Катарине и подмигнул:

— Можешь не переживать. Наша приватность восстановлена.

Я усмехнулся, довольный собой, и мы поскакали дальше, навстречу разгорающемуся на горизонте рассвету.

Глава 4

Сирена смолкла лишь через четверть часа, когда осколки лопнувших кристаллов вымели с пола, а бесчувственных магов унесли прочь на носилках. В зале остался стойкий запах гари.

Мастер Хольд, сидел на краю ритуального круга, обхватив руками лысую голову. Гладь в центре круга потухла, символы на ней замерли неровными обгорелыми пятнами. Из десяти его подчинённых на ногах осталось шестеро. Двоих откачивали. Ещё двое уже не дышали — их накрыло потоком дикой энергии, когда лопнул главный накопитель.

— Ну что там? — хрипло спросил он, не отнимая ладоней от головы.

Молодой маг по имени Ирвин склонился над уцелевшей частью глади, водя пальцами над тусклыми символами. Руки у него подрагивали.

— Всё плохо, мастер, — выдавил он. — Четвёртый накопитель выгорел полностью. Седьмой треснул, толку от него теперь никакого. Восемь накопителей уничтожены. Основной резерв просел почти наполовину.

— Наполовину, — повторил Хольд глухо.

Он поднялся, покачнувшись, и подошёл к столу, где обычно велись записи. Взял чашу с водой, отпил. Руки не слушались, вода расплескалась по столешнице.

Дело было дрянь.

Вся система держалась на простом принципе. Каждый день с жителей герцогства собирали жизненную силу — по капле, незаметно, через храмы и городские алтари. Хорошая, чистая энергия шла в дело, наполняла артефакты, кормила города.

Но попадалась и дурная энергия — агрессивная, ни на что не годная. Копить такую было нельзя, она разъедала накопители изнутри.

Оттого её и сливали. Далеко, на Брошенные земли, где обитали дикари, брошенные предками после Падения. Пусть у них там бушует метель или засуха, случаются потопы или другие катаклизмы — кому какое дело?

Так было заведено многие годы. А теперь какой-то дикарь на отшибе взял и начал всё портить.

— Ирвин, — Хольд обернулся. — Ты понимаешь, что произошло?

— Наверное, мастер… Этот человек ударил нашим оружием по нам самим.

— Это невозможно, — подал хриплый голос кто-то из уцелевших.

— Трупы на полу говорят обратное, — огрызнулся Хольд.

Он снова подошёл к погасшей глади, посмотрел на то место, где ещё недавно висел шар с изображением планеты. Крошечная деревня на белом континенте. Точка, которую и разглядеть-то было трудно.

— Герцог будет в ярости, — тихо произнёс Ирвин. — Как мы ему это доложим, мастер?

Хольд молчал. Об этом он думал последние несколько минут, и мысли эти были невесёлые.

Гранн не терпел провалов. За выгоревший накопитель он снимет три шкуры. За восемь кристаллов — ещё три. А уж за то, что они не сумели отразить удар этого аномального дикаря…

Наблюдение, которое сам герцог приказал провести, обернулось таким позором!

Мастер Хольд тяжело вздохнул и повернулся к выжившим соратникам.

— Есть два пути, — сказал он, и голос его снова стал твёрдым. — Первый — доложить наверх и попросить отправить группу зачистки. Пусть пошлют через портал боевых магов, и те сотрут этого ублюдка вместе с его поселением с лица земли.

— А второй путь? — спросил Ирвин.

— Второй — справиться своими силами. На Брошенных землях у нас есть свои люди. Натравим на этого умника местных, пусть они сделают грязную работу, а мы посмотрим, чего он стоит на самом деле.

Ирвин задумался, потирая обожжённое запястье.

— Второй путь проще и дешевле, — осторожно заметил он. — И тише. Если доложить наверх, то у нас сразу спросят, как один дикарь умудрился выжечь наш накопитель. Герцога за такое по головке не погладят, а он наши головы и вовсе с плеч снимет.

— Вот именно, — процедил Хольд.

Он в последний раз оглядел разгромленный зал. Багровый аварийный свет ещё мерцал под потолком, отбрасывая на стены неровные тени. Двое погибших магов лежали у стены, накрытые серой тканью.

— Готовь донесение, — велел он. — Только про накопитель ни слова. Напишешь, что