Государственный Алхимик - Анна Кондакова

— сказал он. — Если ты отдашь его, то я отпущу фаро-ди живой и невредимой. Забирай её и делай с ней, что хочешь. Пусть она найдёт для тебя ещё много сокровищ. Но это отдай мне.

Колдун нежно погладил Ольгу по голове рукой в пластинчатой перчатке.

— Фаро-ди, что ты видишь? Как выглядит Кладезь? Это его Тагма? Это ртуть? Или часть его одежды? Или у него что-то в кармане? Что это? Скажи мне, и я сразу отпущу тебя. Что это?

И тут она вдруг прошептала то, чего я совсем от неё не ожидал:

— Это не физический объект, оно неосязаемо. Это знание.

Колдун уставился на неё.

— Что это значит? Какое знание?

Я, если честно, тоже уставился на девушку — сейчас она говорила и выглядела так, будто действительно смотрела на что-то. На то, чего у меня быть не должно, но есть.

От взгляда её белых мерцающих глаз меня пробрал мороз.

— Сокровище, которое ты ищешь — это не камень, не порошок, не эликсир, — всё тем же ровным голосом произнесла Ольга. — Это знание. Сила заключена внутри величайшей алхимической формулы. И этот человек знает формулу. Никто, кроме него, не смог бы её заметить, но он её уже видел. Собственными глазами, и не один раз. Он может доказать это прямо сейчас и сделать из ртути золото. Ему нужно лишь убрать всё лишнее и стать настоящим алхимиком.

Колдун перевёл взгляд на меня.

— Сделай золото! Най-о!

Мне почему-то захотелось расхохотаться в его мерзкую морду.

И этот туда же. Они что, все с ума посходили со своим Философским Камнем?..

Никакой формулы у меня не имелось, и золото из ртути я создавать не умел, что бы там ни утверждала фаро-ди.

Зато это была идеальная ситуация, которой грех не воспользоваться.

— Без проблем, будет вам золото, — откровенно соврал я, после чего положил ладонь на Тагму и взял из неё каплю ртути.

Теперь предстояло сделать то, на что у меня недавно ушло полтора суток мучений, три клинических смерти и более трёхсот попыток.

Только на этот раз реанимировать меня было некому, так что стояла серьёзная задача: сделать всё с первой попытки, желательно при этом не сдохнув. Но и была надежда, что на новом ранге всё должно получиться проще.

Я вытянул вперёд руку с каплей ртути и сосредоточился.

Вокруг несчастной усадьбы больше не грохотал бой, на поле стояла гробовая тишина, а колдун безотрывно наблюдал за моей рукой, прижимая Ольгу к себе.

Моя ладонь похолодела и начала медленно-медленно покрываться инеем. Холод и боль всё-таки охватили тело, однако не так, как было в прошлый раз.

Капля ртути задрожала и — неужели, Господи? — начала затвердевать.

А потом, застыв белой бусиной, снова расплавилась и забилась в мерном пульсе, как маленькое сердце.

Тук-тук. Тук-тук. Тук-тук.

— Сейчас ртуть превратится в золото, — негромко сказал я. — Так работает формула, которую я тебе назову.

Колдун продолжал смотреть на мою руку и на то, как пульсирует капля, как она поднимается над моей ладонью и увеличивается в размерах.

Тем временем звук сердцебиения становился всё громче и чаще.

Тук-тук. Тук-тук. Тук-тук. Тук-тук.

Ртутное сердце продолжало расти и медленно приближалось к колдуну. А тот смотрел на него безотрывно, чтобы не пропустить великий момент превращения ртути в золото.

На этот процесс смотрели все — вообще все, кто сейчас был на поле, все двести колдунов.

Ещё бы.

Такое зрелище! Оно отлично отвлекает внимание.

Ну а я тем временем бросил короткий взгляд на тёмный горизонт за спинами колдунов, заметив то, чего пока не заметили они. Сердце забилось сильнее — не ртутное сердце, а моё собственное.

Слава треклятому золоту, но именно оно помогло мне вытянуть спасительное время.

Во мраке ночи над полями бесшумно летела Стрекоза.

Машина на бешеной скорости неслась по воздуху в сторону усадьбы, а вокруг неё клубилась золотая защитная пыль.

Но это было не главное.

Следом за Стрекозой надвигалась целая армия блестящих крылатых силуэтов, покрытых Костяным Лаком.

* * *

Через несколько секунд в небе прозвучал оглушительный боевой клич:

— Пиюй-юй-юй-юй-юй!

Главарь колдунов успел лишь обернуться и глянуть на приближающуюся армию кочевников.

Всё остальное случилось за секунды.

Забыв про ртутное сердце, я подключился к Режиму Абсолюта, а в следующее мгновение бросился на колдуна, уже в Доспехе и с мечом.

Клинок угодил ему точно в шею.

Только убить я его не успел, лишь плащ разрезал. Колдун исчез в чёрной дымке, а заодно прихватил с собой девушку.

Она вскрикнула.

— Беги-и!..

А потом все звуки утонули в шуме боя.

Армия летающих кочевников обрушилась на колдунов с такой яростью, что под их напором снесло всех, кто стоял на поле за усадьбой.

Блеск крылатых тел, покрытых Костяным Лаком, ослепил даже меня. Кочевников было так много, что они заполонили собой всё небо, хлопая кожистыми крыльями, как гигантские летучие мыши.

Схватка была жестокой.

Две магических расы столкнулись в смертельной битве.

В небо метнулись сотни железных трезубцев и алые потоки Магического Зноя, а с неба на колдунов обрушились гранаты и отравленные иглы с удушающим газом. Сиреневый туман, дым и пыль моментально заполонили пространство.

Земля в очередной раз задрожала от грохота, вспыхнула огнём, по округе загудело и затрещало эхо, воздух вспороли раскалённые осколки, ночь озарилась адским пожарищем, вспышками и искрами.

Колдунам уже было не до меня.

А вот мне было очень даже до них.

Точнее, до одного из них.

Главарь колдунов снова материализовался на крыше усадьбы — его крупный силуэт в плаще сложно было не заметить даже в таком хаосе. Вместе с ним была и Ольга.

Он всё так же крепко прижимал несчастную пленницу к себе.

И я, и он понимали, что сейчас Ольгу никто не убьёт — она до сих пор оставалась товаром для сделки. К тому же, теперь колдун был уверен, что Кладезь у меня, и что я передам ему знание об алхимической формуле в обмен на девушку.

— Прячьтесь! — крикнул я артефакторам, которые от ужаса приникли к земле у калитки. — Уходите к реке! К мельнице! Быстро!

От страха у них появились силы.

Они вскочили и со всех ног понеслись подальше от поля боя, в сторону мельницы — её высокая башня и лопасти отлично было видно, тут не перепутаешь.

А вот жрица Хатхо замерла на месте, лишь прижалась плечом к забору у калитки.