Фантастика 2026-4 - Артемий Скабер

— А процедурные нарушения? — спросил я, жуя булочку.

— О, тут целый букет! — Сюсюкин разложил список. — Во-первых, вас должны были уведомить о суде за месяц до даты, а не за три дня. Во-вторых, обвинение должно быть предъявлено письменно с подписями свидетелей. В-третьих, арест без решения суда — грубейшее нарушение.

— Но меня же не арестовывали.

— Попытались! — поднял палец адвокат. — И это зафиксировано. Плюс принуждение к ношению следящего артефакта. Плюс ограничение передвижения.

Сюсюкин писал что-то в своей тетради, составляя список нарушений.

— Каждое из них — основание для прекращения дела, — пояснил он. — А в совокупности они дают нам мощное оружие. Ещё я проверил нынешний состав высшего трибунала, который будет вас судить, — адвокат ткнул пальцем в список имён. — Из семи судей только двое имеют военный опыт. Остальные — гражданские чиновники.

— И что?

— А то, что по закону о суде равных вас могут судить только военные аристократы, — улыбнулся мужик. — Получается, пять из семи судей не имеют права участвовать в процессе.

Сюсюкин открыл ещё одну книгу, показал конкретную статью.

— Статья двенадцатая: «Суд равных составляется исключительно из лиц, равных подсудимому по званию и роду деятельности». Вы — военный земельный аристократ. Судить вас могут только военные земельные аристократы.

— А если состав изменят?

— Тогда мы потребуем отложить дело минимум на месяц для поиска новых судей, — немедленно ответил Сюсюкин. — За это время многое может измениться в вашу пользу.

— И наша тактика?

— Многоходовая, — Сюсюкин начертил схему на листе бумаги. — Я подготовил три линии атаки. Первая — требование суда равных с указанием на незаконный состав трибунала. Вторая — процедурные нарушения при организации. Третья — превышение полномочий Жмелевским.

— А если все три не сработают?

— Тогда у нас есть козырь, — Сюсюкин достал последний документ из папки. — Апелляция к закону о военной службе аристократов. Вы исполняли воинский долг, а вашу семью в это время атаковали. Государство обязано было защитить род, но не сделало этого.

— И что это даёт?

— Право на компенсацию, — пояснил адвокат. — В денежном выражении или территориями. А ещё освобождение от дальнейшей военной службы и налоговых обязательств. А что касается недавних событий и ваших слов, что кровяши работали на кого-то в империи… — он поднял указательный палец, как профессор на лекции. — То сможете апеллировать к нарушению пакта о воинской службе земельных аристократов. На ваш род напали, его не соблюли. Также можно обвинить как минимум ставленника императора, а это по факту самого монарха, — продолжал адвокат, разгоняясь. — Что чужая страна нападает на вас, и никто не реагирует. Согласно закону времён Петра Шестого, который никто не отменял, вы имеете право выйти из империи. Ваши земли станут независимыми.

— Серьёзно? — поднял бровь.

— Абсолютно! — кивнул адвокат. — Правда, тогда на вас могут напасть официально как на отколовшуюся территорию. СБИ действовала вне закона, проводя операции на землях аристократа без его согласия, — продолжал Сюсюкин, доставая ещё одну папку. — Даже сам суд организован с нарушениями.

Он сложил все документы в аккуратные папки, подписал каждую.

— Главное правило судебной тактики, — сказал юрист, поправляя очки, — никогда не ставить всё на одну карту. У нас их минимум пять. Не дать им загнать нас в угол, — продолжил адвокат. — У них сильная позиция по факту нападения на императорские войска, но мы можем доказать, что это была самооборона.

— А свидетели? — спросил я. — Они мои люди.

— Тут сложнее, — поморщился Сюсюкин. — Нужны те, кто подтвердят, что люди императора атаковали ваш род. И ещё! По ситуации с орденом магов крови — тоже требуются какие-то свидетели.

Кивнул в ответ. С этим у меня проблем не будет.

— А как с публичными выступлениями? — поинтересовался я.

Сюсюкин сразу скис. Уверенность испарилась, вернулось заикание.

— Это… Это проблема, — пробормотал он. — Когда нужно говорить перед людьми, я… Я не могу…

— Ничего, — успокоил его. — Справимся.

Выпустил морозных паучков из пространственного кольца. Все десять тварей материализовались в разных углах номера. Паучки расползались по комнате, занимая позиции. Двое забрались под потолок, остальные спрятались за мебелью. Один устроился прямо над дверью.

Я проверил Дрозда в пространственном кольце. Некромант всё ещё был без сознания, проклятие затылочника действовало эффективно.

Сюсюкин продолжал работать над документами. Он углубился в юридические тонкости, проверял каждую ссылку. Меня поражала его дотошность.

— А вы откуда столько знаете? — спросил я в какой-то момент.

— Всю жизнь изучаю, — не отрываясь от бумаг, ответил адвокат. — Право — это как музыка. Нужно чувствовать гармонию законов.

К вечеру мы закончили подготовку. Стратегия была ясной, документы — в порядке. Сюсюкин сложил всё в аккуратные папки.

Глаза начали слипаться. Долгий день, алкоголь, напряжение — всё валилось на меня разом. В какой-то момент я просто вырубился прямо в кресле.Проснулся от того, что всё тело затекло. Шея болела, спина ныла, в ногах — неприятное покалывание. Кресло оказалось не таким удобным для сна, как казалось вечером.

— Сколько я спал? — уточнил у Сюсюкина.

Адвокат сидел за столом в расстёгнутой рубашке, волосы его были взъерошены. Перед ним — кучи бумаг, чашка недопитого кофе, несколько огрызков яблок.

— Вы отдыхали со вчерашнего вечера до утра, — ответил он, не отрываясь от документов. — Часов восемь, наверное.

За окном светило солнце. Уличный шум говорил о том, что столица проснулась и живёт своей обычной жизнью. А у меня завтра суд.

Поморщился, попытался размять затёкшие мышцы. Встал, потянулся. Спина хрустнула в нескольких местах.

— Как у нас дела? — спросил, кивая на бумаги.

— Я всё подготовил, — улыбнулся мужик. — Всё подробно расписал. Сделал заранее ходатайства, заявления и прочие бумаги. Так что к началу мы готовы.

Сюсюкин выглядел усталым, но довольным. Время… Завтра уже суд. Меня запрут, и начнётся веселье.

Глянул на адвоката. Странно, почему он не ушёл, когда я уснул. Трудоголик или?..

— К вам кто-то приходил? Запугивал? — спросил я.

Решил проверить, как работают мои оппоненты. Не могли же они оставить адвоката в покое.

— А? — поднял взгляд Сюсюкин. — Нет… То есть да.

— И? — полностью прогнал дрёму.

— Мой офис сожгли, —