Фантастика 2026-4 - Артемий Скабер

прикрывая лицо. Сквозь неё проглядывали идеальные черты. Чёрная помада делала губы похожими на сгнившие ягоды. На шее поблёскивало ожерелье из чёрных камней — каждый размером с ноготь большого пальца.

Если бы я был суеверным, подумал бы, что она собралась на похороны. Проблема в том, что покойником, скорее всего, должен был стать я сам.

— Что с ним и моими?.. — кивнул на бессознательного Сюсюкина и неподвижных паучков.

Внутри вспыхнуло раздражение. Утро определённо задалось не лучшим образом. Сначала известие об уничтожении моих групп со свидетелями, теперь вот это, будто специально все проблемы решили свалиться на меня перед судом.

— Этот человек жив, — улыбнулась Василиса, и в её голосе прозвучали медовые нотки. — Пока… А что касается твоих монстров, я не стала их убивать. Так, слегка вырубила. Милашки. Такая отрада видеть, что мой сын уже научился подчинять тварей.

Она произносила слова медленно, смакуя каждый слог. В её речи чувствовалась та особая интонация, которую используют хищники, играющие с добычей перед решающим ударом.

— Что ты хочешь? — задал прямой вопрос.

Хватит хождений вокруг да около. У меня скоро суд, а тут материализовалась мамочка с явно недружелюбными намерениями.

— Мы же с тобой договаривались? — надула она губки, изображая детскую обиду.

Это было настолько неестественным для женщины её возраста, что выглядело почти кощунственно. Как будто кукла пытается изобразить человеческие эмоции.

— Сходим в ресторан, покушаем. Ты мне расскажешь о своей жизни, я же столько пропустила. А я поделюсь своей. Может быть, мы станем ближе?

В её голосе звучала насмешка. Она играла роль любящей матери примерно так же убедительно, как медведь изображает балерину.

Я подавил раздражение и заставил себя думать трезво. Информация — вот что меня сейчас интересует. Нужно больше узнать о Зле, серых зонах и остальном. И ещё… проверить одну теорию насчёт нейтральной магии и существа, которое сидит внутри неё.

Кроме того, под угрозой находятся мой адвокат и монстры. Если я откажусь, неизвестно, что Василиса с ними сделает. А мне они нужны для суда.

— Пойдём! — кивнул на дверь.

План уже созрел. Рискованный, но если сработает, то я получу гораздо больше, чем просто информацию.

Василиса улыбнулась, и на лице появилось выражение искреннего удовольствия. Грация её движений была на высшем уровне — каждый шаг выверен, каждый жест изящен. Она может сводить мужиков с ума, а потом их убивать. Классическая хищница в красивой упаковке.

Женщина взяла меня под руку, и я почувствовал прохладу её кожи даже сквозь ткань платья. Температура тела явно была ниже человеческой нормы.

Мы спустились вниз, в холл гостиницы. Администратор открыл рот, увидев меня с незнакомой дамой, а потом тут же его закрыл. Лицо мужика побледнело, глаза округлились от ужаса. Он попытался что-то сказать, но из горла вырвался только сдавленный хрип. Затем мужик сделал вид, будто нас вообще не существует. Отвернулся к стойке и принялся судорожно перебирать какие-то бумаги дрожащими руками.

Отлично! Похоже, она уже успела с ним «познакомиться» и произвести должное впечатление. Интересно, сколько времени понадобилось, чтобы превратить профессионального администратора элитной гостиницы в запуганное существо?

На улице нас ждала роскошная машина — длинная, чёрная, блестящая. Хромированные детали сверкали на солнце.

Мужчина во фраке открыл дверь. Лицо его было каменным, но в глазах читался страх. Видимо, тоже успел оценить особенности характера своей хозяйки.

Василиса села в салон с грацией кошки. Я последовал за ней.

Внутри царила атмосфера роскоши. Кожаные сиденья цвета слоновой кости были мягче пуха. Пол покрыт густым ковром, стены обиты шёлком. В углу — небольшой бар с хрустальными графинами и серебряными стаканами.

Василиса тут же взяла бокал шампанского с подноса. Пузырьки поднимались к поверхности золотистой жидкости, создавая завораживающую игру света. Она сделала небольшой глоток, и я заметил, как её язык на мгновение коснулся губ. Движение было настолько чувственным, что могло свести с ума любого мужчину.

— Рамонтье! — бросила водителю звенящим голосом.

— Да, госпожа, — кивнул мужик и тут же закрыл нишу, которая соединяла салон с передней частью.

Мы остались наедине. Василиса устроилась на сиденье так, чтобы платье подчёркивало все достоинства её фигуры. Она явно была мастерицей обольщения. Может, ей сказать, что мы типа родственники и все её манеры на меня не действуют?

— Сыночек… — начала Василиса медовым голосом.

— Хватит! — оборвал её резко. — Давай ни ты, ни я не будем играть в эти игры?

Терпеть её притворство не было ни времени, ни желания. Если уж мы сошлись в этой роскошной клетке на колёсах, то пусть хотя бы говорит честно.

— Почему? — снова надула губки с видом обиженного ребёнка. — Знаешь, я только привыкать начала, что у меня есть взрослый сын. А ты хочешь лишить этого удовольствия?

В её голосе прозвучали нотки искренней боли. Если бы я не знал, кто она на самом деле, то почти поверил бы в эту материнскую тоску.

— Знаешь, что? — повернулся к ней всем телом. — Меня тоже особо не спрашивали о судьбе. Ты поскакала на ком-то, а сыночка отправили в другой род. Жил я там себе спокойно, никого не трогал. И вот дед решил открыть источник сыну твоей сестры. Раз, и его нет — убили.

Повезло же мне тогда занять это тело.

— На мой род нападают, всех убивают, а меня притаскивают к Магинским. «Теперь ты Павел!» — сказали тогда. Выбора не дали.

— Так было нужно… — хмыкнула она, делая ещё глоток шампанского.

Простота её ответа поразила. Никаких объяснений, никаких извинений, только лишь констатация факта.

— Дед при смерти, — продолжил я, чувствуя, как внутри поднимается старая злость. — В роду предатели, все пытаются разорвать Магинских на части. И это только начало проблем.

Машина плавно скользила по столичным улицам. За тонированными стёклами мелькал утренний город, но внутри салона царила почти гробовая тишина.

— Когда я появился, охотников почти не было, у нас воровали монстров прямо из серой зоны. Восстанавливал всё с нуля. Пришлось даже на войну ехать, чтобы доказать лояльность империи. И вот теперь появляешься ты и заявляешь, что я должен отдать свою силу? Просто потому, что тебе очень хочется?

— Именно так, — кивнула Василиса и допила шампанское одним глотком.

Прямота её ответа была обескураживающей. Никаких попыток оправдаться или объяснить свои мотивы. Лишь чистая, неприкрытая алчность.

— Спешу тебя разочаровать, «мамочка», — посмотрел на неё