Фантастика 2026-134 - Мария Заболотская

хотят тебя поймать. Одно дело, когда о их бесчинствах говорит простой торговец, другое, если обвинение выдвинуто главой могущественного клана вампиров, – он кинул многозначительный взгляд на меня, – они рискнули напасть на тебя, значит, крепко пустили свои корни. Другое дело, что серых они не ожидали увидеть и теперь всячески будут пытаться убить и нас тоже.

– Еще бы. Одно дело отряд серых, другое армия жнецов, что придет на зачистку территории. Вам ведь все равно, кто дикий, а кто нет. Всех сотрете на своем пути, – я не могла скрыть горечи в своих словах.

Но еще больнее было от того, что я сказала истинную правду. Если орден серых даст приказ о зачистке, никто не будет разбираться и искать виновных. Они просто всех уничтожат.

– Может наши методы и жестоки, – голос Мака стал сухим, – но они эффективны и помогают избежать еще больших жертв.

– Чьих? Человеческих? – я пыталась сдержать себя от криков и обвинений, и пока мне это удавалось. И тут причиной было даже не пари, а бессмысленность истерики.

– В первую очередь, да, – он даже не стал увиливать. Сказал все, как есть.

Меня одновременно и бесит его твердость убеждений, и восхищает. Мак не из тех, кто будет кормить ложными обещаниями мира, когда он невозможен. Жнец прямо сообщит, что настал конец.

– А как же столько невинных душ. Неужели оборотни не достойны спасения? – я внимательно посмотрела на Мака и увидела лишь твердость и непоколебимость, – я в это не верю.

Я четко обозначила свою позицию. Если он устроит зачистку, в стороне стоять не стану. Слишком хорошо я знаю, что это такое.

Хитрый Рах, за что ты сделал моим мужем жнеца?

– Нам пора.

Я встала с пледа и направилась к Дижи. Фляга с водой и жареное вчера на костре мясо были прицеплены к седлу скакуна, а мне срочно нужно было промочить горло. Лучше бы чего покрепче, но выбирать не приходилось.

Сзади послышалось шуршание одежды, а после и шаги. Мак подошел ко мне вплотную и еле-еле касался своей грудью моей спины. Каждый его вздох приближал горячую кожу к холодной моей, а выдох неумолимо разлучал их. Это так странно, любить вопреки всем доводам разума и предстоящим опасностям. Я практически ненавижу его сейчас, а тело отзывается на его близкое присутствие и желает быть еще ближе. Парадокс разума и чувств. Сути и внешних проявлений.

– В городе держись рядом со мной и не отходи ни на шаг, – серьезно предупредил Шут, – не делай глупостей.

– У нас разные взгляды, но я не самоубийца, – и развернулась, чтобы твердо взглянуть в его глаза.

Шут поднял свою настоящую левую руку и повернул запястьем ко мне.

– Я хочу, чтобы ты была во всеоружии, – и тонкая кожа коснулась моих губ.

В месте прикосновения сразу закололо, а клыки непроизвольно удлинились. Я давно не ела. Глупо было отталкивать такой дар. Пол литра крови ничуть не сделают этого несгибаемого серого слабее.

До города мы ехали на Дижи. Нерационально расходовать наши силы, когда они могут пригодиться в битве. Это даже скарх понимал, отчего легко согласился везти нас. К тому же, ему было стыдно за свое явное недовольство нашими нежностями. По большому счету, Дижи просто в какой-то момент начал ревновать, поскольку я почти перестала уделять ему время. Глупо, и скарх осознавал это. Сейчас он вел себя покорно, словно обычная послушная зверушка. Не знай я, как хорошо ему дается эта роль, поверила бы в его полную неразумность.

Рилук представлял собой большое поселение с одноэтажными домиками и гравийными дорогами. Никаких площадей, памятников или увеселительных заведений. Загон, вот единственное место, где развлекались оборотни. Бои на выживание, за самку или за титул в стае – все это происходило здесь и собирало уйму народа.

Оборотни сильно отстали от нас в развитии. Их города не растут, не совершенствуются, страна в упадке и без единого правителя. Каждый клан за себя, никто не помогает друг другу. Неудивительно, что накопилось достаточное количество диких для осуществления переворота. Эти не понаслышке знают цену стаи. Вот почему они сплоченная, сильная и озлобленная армия, что так опасна.

Перед нами прямой пример угасания расы. Печальный и почти необратимый.

– Ты смотришь на них, как на осиротевших детей, Раэль, – прошептал на ухо наемник.

Я сидела перед ним, так что ему легко было незаметно общаться со мной. К слову, мне пришлось накинуть сворованный у первого же дома проеденный молью плащ с капюшоном. Нельзя, чтобы меня узнали. По крайней мере, сразу.

– Не забывайся, они звери, что в любой момент растерзают тебя, потому что ты нарушаешь установившийся порядок. Дрянной порядок, но он для них уже привычен. Такова природа всех существ. Ты можешь быть тысячу раз права, но это ничего не изменит.

Он говорил жестокие, но верные слова. От этого мне хотелось кричать.

Я знаю, что такое быть под гнетом. Возможно, мне суждено было сгнить в Сальши, если бы удар со стороны Алиира не побудил меня к действию. С тех пор я не покоряюсь судьбе, я предпочитаю сражаться, даже если поражение неизбежно.

– Перестань говорит мне, что мир черный, – горько выдохнула я, – он такой, если ты веришь в это. А я не верю. Исход не ясен до последнего вздоха последнего существа.

– Ты говоришь в точности, как моя мать, – хмыкнул Мак, и больше я не слышала от него ни слова.

Наемник просто ушел в себя, не отвечая на мои вопросы, а я и не стремилась переспрашивать или лезть в его переживания. Чужая душа – потемки. Это истинно так, вот только душа Мака сплошной мрак, в котором мне никогда не разобраться.

Интересно, что за женщина была его мать.

На удивление, на нас никто не обращал внимания. Наоборот, все отводили от нас взгляд и старались убраться подальше.

Похоже, все в курсе, кто мы и кто за нами охотится. От запуганных жителей помощи нам ждать не стоит. Хоть не нападают, и то хлеб.

– Мышка, – вырвал меня из мрачных раздумий шепот жнеца, – сейчас вы с Дижи со всех ног поскачете прямо по этой дороге, – он незаметно указал пальцем на ответвление, что уходило немного вправо от центра города.

– В конце улицы стоит древняя арка портала. Вас попытаются остановить дежурные оборотни, но вы скачите напролом. Я задержу их и сразу следом.

– Может, лучше с нами? – нервно спросила я, сглатывая вязкую слюну.

– Нет, мышка. Тогда никто не уйдет. Запомни, "Уваил грэм Сальши"[1]. Произнесешь это, когда попадешь в портал, –