Любовь, горькая и сладкая - К. Ф. Шредер

– Отойди, – прошипела она Наэлю. И потом вскинула подбородок. Ей нужна была Чичико и войско клана, и был только один путь заполучить то и другое.

– Я принимаю вызов Генджи. Я завоюю кровью управление кланом, как того требует традиция, – сказала Кари и указала сперва на его безжизненное тело, а потом на его отсеченную голову. – Поскольку он больше не может сражаться, я выступлю против любого из вас, кто усомнится в моем праве.

Первые два воина вытянули оружие.

53

Вы хотите боли – я хочу того же

Наэль

Широкоплечий воин прицелился в Кари.

Она отпрыгнула в сторону, чтобы избежать пули. Покатилась по земле, поднялась до того, как раздался второй выстрел, и ткнула на ходу локтем меньшего воина. Когда его тело качнулось вперед, она вырвала у него оружие, повернулась, стоя позади него и используя его в качестве живого щита. Прежде чем широкоплечий снова смог выстрелить, она нажала на спуск. Воин издал крик, когда пуля вонзилась ему в колено, и осел.

Одновременно Кари держала пистолет у головы меньшего бойца.

– Я принимаю это как признание твоего поражения, – сказала она, кивнув в сторону осевшего мужчины, из ноги которого била кровь. – А как с остальными?

Она щелкнула спуском пистолета, после чего худощавый воин, у лба которого она держала дуло пистолета, тоже опустился на колено.

– Моя кровь принадлежит тебе, Кари Немеа, – пролепетал он.

Трое других последовали его примеру, но еще один, жилистый бритоголовый парень, все-таки вытянул традиционный меч и бросился на нее. Кари нацелила оружие на него и дважды выстрелила, но тот умело уклонился в сторону. Первая пуля пролетела мимо, вторая задела руку, что лишь незначительно замедлило его. Тени Наэля вздыбились внутри него, когда солнечный луч упал на лезвие и заставил его светиться. Он должен был что-то сделать! Помочь Кари.

Тут Файола встала прямо перед ним и оскалила зубы. Тени завибрировали в ритме ее рычания. Послание Файолы было ясное: Отступи назад! Ему нельзя было вмешиваться. Кари должна была выиграть этот бой одна, должна была кровью завоевать власть, только тогда воины-скарабеи признают ее в качестве предводительницы и последуют за ней на битву против «Горящей лилии».

Но знание этого ничего не меняло в том, как погано он себя чувствовал, бездействуя и глядя, как вооруженные воины атакуют Кари – его Кари. Тени отражали мысли Наэля. Они безудержно шумели по его венам и давили изнутри на его кости, чтобы принудить его к нападению.

Бритоголовый воин настиг Кари и нанес удар мечом. Кари пригнулась в сторону и легко ускользнула от напавшего.

Тени Наэля взревели, когда острие коснулось щеки Кари. Она даже не вздрогнула, а плюнула воину в лицо. Тот издал воинственный крик. Его щеки налились кровью, а ноздри раздулись от ярости. Наэль понял, что как раз этого Кари и добивалась. Ярость делает людей легкомысленней и тем самым беззащитней.

Воин снова бросился на Кари. Она схватила лезвие обеими руками. Хотя кровь уже текла по ее локтям, но меч она удерживала и повернула его так, что толчок пришелся на раненую руку нападавшего. Он со стоном выпустил оружие. Молниеносно Кари развернулась и вонзила его собственный меч ему в желудок. Его рот раскрылся, и он простонал как кузнечный мех, выдувающий воздух. Кровь фонтанировала из его раны.

Кровь за власть.

– Кто следующий? – крикнула Кари и повернулась к оставшимся воинам. – Ты?

Она указала окровавленным острием меча на самого рослого из троих, половина лица которого и вся шея были покрыты татуировкой.

– Присягни мне в верности, и нам не придется сражаться, – сказала она.

Он открыл рот, снова его закрыл, явно не зная, как ему поступить. Нападать или сдаться? Воин рядом с ним, на голову ниже ростом, в отличие от него, не колебался.

– Какая же радость в том, чтобы сдаться? – сказал он и демонстративно бросил пистолет в траву себе под ноги. – Или если мы будем встречать свинец и сталь лишь издали.

Черт, неужели она пойдет и на этот вызов?! Тени Наэля закричали еще громче, и, хотя слышал их только он один, крик был такой пронзительный, что его барабанные перепонки грозили лопнуть, когда Кари также бросила нож в траву. Она приняла твердую стойку и подняла руки. Файола снова зарычала, и только тут Наэль заметил, что тьма колеблется у его ног. Требовалась вся сила воли, чтобы удерживать его магию от броска на мужчину, который теперь метнулся к Кари.

Воин размахнулся, но его удар пришелся в пустоту, так ловко увернулась Кари. Он тотчас мобилизовался, не пошатнувшись и не выжидая. Он уже развернулся и занес ногу для нацеленного пинка. Черт. Неужели этот воин был теневым ассасином? При таком темпе можно было это ожидать от него. Его удары и пинки сливались один с другим, такими они были стремительными. Кари уклонялась от одного за другим, но уже пот выступил у нее на лбу. Она была хороша в умении скрыть напряжение. Но выдерживать этот танец вечно она не смогла бы, и в то время, как ее противник был отдохнувший, у нее это был уже далеко не первый бой.

Наэль посмотрел на Харуо. Вмешается ли он? Теневой ассасин наблюдал за битвой Кари, сжав губы, в глазах его стояло то, что Наэль назвал бы – к сожалению – тревогой. Но тем не менее он не сдвинулся с места.

Тут противник Кари задел ее висок. Она отшатнулась в сторону и из-за этого замедлилась и не успела увернуться от следующего пинка ей в ребра. Она с хрипом ловила ртом воздух. Тьма поднималась по ногам Наэля все выше. К этому времени некоторые воины уже заметили ее и жестикулировали, показывая на нее друг другу. Он не знал, сколько еще сможет удерживать от вмешательства себя и магию.

Воин-скарабей стиснул ладонями шею Кари. Его пальцы вонзились в ее плоть, ладони давили на глотку. Кари с хрипом вцепилась в его руку, но не смогла ее оторвать. Она пыталась его пнуть, но он уворачивался, не ослабляя хватку.

Наэль расслабил сжатые кулаки. Тени, довольные, выступили из ладоней. Файола предупреждающе зарычала, но ему было уже все равно. Он и так слишком долго сдерживался! Пока эта сволочь не сломала Кари шею или не сдавила горло, Наэль вырвет сердце у него из груди.

Внезапно по телу Кари пробежала дрожь, и в следующее мгновение она стала птицей. Без посторонней помощи и