Источник - Галина Дмитриевна Гончарова

Все трое одинаково одеты, плюс-минус цвет и длина, у всех ботинки на шнуровке, бриджи, блузки, кожаные юбки и куртки, у всех примерно одинаковые шляпы.

У каждой небольшой рюкзак с личными вещами – и по большому свертку с копченостями.

И выражение лица у них одно на троих. Отчаянно-решительное.

Эм-м-м-м-м?

Дураком Робин и до потери магии не был, а потому сообразил быстро.

– Вы хотите поехать в горы? Туда?

– Да, – кивнула Ларисия.

По умолчанию, разговор доверили ей. Это – ее мужчина. Ей с ним строить судьбу. Или – не строить. Если что-то пойдет не так… сама Ларисия сильный ментал. Элисон и Элина всегда помогут, чего бы им это не стоило. Они смогут уйти, и Робин навсегда забудет об этом разговоре. А может, потом и о самой Ларисии.

Жестоко?

А тратить время, силы, нервы… даже и саму любовь на такого же, как Ратель? Который будет думать только о себе? Это – не жестоко?

Впрочем, уже следующие слова успокоили всех трех женщин.

– Я что-то такое и предполагал. Хью сказал, что вы молчали всю дорогу, точно что-то задумали. Мы с Матео сейчас переоденемся – и едем!

Ларисия хлопнула в ладоши.

– Робин! Я так рада…

Робин обнял свою невесту и поцеловал в уголок рта.

– Лисси, я тебя люблю и всегда поддержу в любой затее. Только позволь мне быть рядом, чтобы оберегать тебя.

– Я боялась, что ты не поймешь…

– Я боялся, что ты решишь съездить сама, но принял бы любое твое решение.

Лисси посмотрела на него. И вдруг поняла…

А ведь он тоже сидел тут с Матео, переживал, думал, мучился сомнениями.

Доверится ему любимая женщина – или нет?

Доверяет? Или… или пожалела, пригрела, просто принимает за любовь какое-то другое чувство? Он любит, но… Сара тоже клялась в любви. Конечно, нельзя их сравнивать, даже в мыслях нельзя, но как себе запретить думать?

Никак…

Еще и это для ментала сложно, он же человека может вот в такие моменты насквозь увидеть. И не возненавидеть навечно? Не убить?

Лисси убивать не хотела. Она поняла Робина – и пожалела.

– Все будет хорошо, Роб. Ты собирайся, мы подождем.

– Мы. – Матео уже поднимался на второй этаж. – Конечно же, мы.

Никто и не сомневался.

* * *

– Где полицию виверны носят?!

Вечный и неизбывный вопрос! Где, виверну их за хвост, шляются полиция, лекари или пожарные, когда они НУЖНЫ?!

Вот прямо сейчас необходимы, а их нет! Ори, не ори…

– Что случилось?

Ноэль Миттермайер едва на ногах стоял, но тут уж выбора не было. К нему послал официанта хозяин кафе, в котором случилось страшное, и слезно умолял прийти.

Слифт?

Да кто ж знает, где этот идиот? Рассосался в пространстве и выпал осадками над горами! Ищите сколько хотите! Нет его на месте, и нигде нет, а полиция ОЧЕНЬ нужна! Ноэль едва на ногах стоял от слабости, и голова у него после болезни кружилась, и кашель мучил, и состояние такое, дурнотное, но кто-то ж должен делать эту работу?

Обязан. Вот он и дополз кое-как, игнорируя ругань супруги.

Картина – хоть ты батальное полотно пиши!

Алину он знал уже достаточно давно, и еще в бытность свою реной Эрмерих она ни себя, ни близких в обиду старалась не давать. При Альдо, конечно, она сдерживалась, а так-то всякое бывало. Одного воришку она так поленом приветила, что бедолага три часа под забором провалялся.

Став реной Вальдес, она тем более характера не растеряла, даже наоборот. Борегару такая решительность в супруге нравилась, он ее поддерживал и всячески помогал. Так что…

– Рена, это что?

– Это? А, вот эта идиотка села за стол к парню и чего-то такое ему подсыпала. – Алина, великолепная и прекрасная, сдула с лица прядь волос и несильно пнула носочком туфельки Валентину Зипп.

Та замычала, но сказать ничего не вышло – Алина решила, что не будет слушать разные гадости. У нее тут ребенок, Мария, вот, нечего ей уши пачкать. И попросту заткнула Валентине рот салфеткой.

Рента Зипп глазами хоть и сверкала, но Алина была тяжелее килограммов на двадцать, и были это не килограммы жирка, а упругие сильные мышцы женщины, которая и дров наколет, и воды принесет, и со скотным двором займется… куда уж тут хрупкой аристократке?

Валентина только хрупнула, придавленная тяжелой рукой. И в голове у нее до сих пор гудело от затрещин, на которые Алина тоже не поскупилась.

– Парня увезли на рамбиле в больницу, может, и откачают. А эту… мы скрутили и ждем ваших указаний.

Рент Ноэль подумал немного.

– Рена Алина, вы тут с рамбилем?

– Борг настоял, – кивнула Алина.

Она бы и так справилась, подумаешь, пару сумок дотащить до дома, да и тачку взять можно, если уж вовсе тяжело, но Вальдес просто на дыбы становился.

Рамбиль дам!

Водить не умеешь?

Научишься, а пока дам и водителя, заодно он тебе поможет тяжести таскать, а ты сама не смей! Ты – моя жена, я о тебе заботиться должен…

Вслух она этого объяснять не стала, просто кивнула, и Ноэль чуточку воодушевился.

– Рена Алина, вы не могли бы попросить водителя, пусть он сначала меня и преступницу доставит в участок, а потом за вами с дочерью вернется. Да, вы мне тоже в участке потребуетесь.

– Зачем?

– Расскажете, как дело было.

– Бур-р-р-р-рль! – подскочила Валентина.

Алина небрежно придавила ее обратно к полу туфелькой, едва красотка нос себе не расквасила.

– Расскажу. Сейчас попрошу.

Она вышла из кафе, а рент Ноэль строго посмотрел на девушку.

– Вы не переживайте, рента, я вас тоже выслушаю. Сейчас, только чашки соберу со стола, опишу все, отмечу, что где стояло, да и обыскать вас тоже бы надо… Рена Алина, не поможете? – попросил он, когда та вернулась.

– Что не так, рент Миттермайер?

– Все так, просто – женщина.

– И что? – не поняла Алина.

– У нас-то в полиции сотрудниц-женщин и нет, а эта явно не из бедных. Потом отец завизжит, что его чадушко драгоценное мужчина обыскивал, или еще к чему придерутся…

– Вам что нужно, чтобы я ее при всех обыскала?

– Лучше за ширмой, конечно, – чуточку смутился рент Ноэль. – Но в присутствии трех свидетельниц, чтобы потом никто ни в чем не обвинил.

В полиции дураков не держат, оценил он уже и наряд ренты, и украшения, да там одно колечко с сапфиром у Валентины стоило побольше его годового оклада. Так что… будут проблемы, это и к гадалке не ходи.

Но не