Современная зарубежная фантастика 6 - Адам Пшехшта

* * *

Перед рассветом Магнус задержался у озера, чтоб смыть кровь и сажу с лица и рук. Долго смотрел, как пылает дом волшебницы, как коты бегут из хаты, а жители приходят рыдать и сокрушаться. Он ушел через окно позади дома, оставив тело ведьмы на съедение огню. Ничего не мог сделать с запятнанной тканью одежды, поэтому просто втер в нее землю. Первые лучи солнца уже освещали башню командории, когда он вернулся домой.

– Выглядишь ужасно, – приветствовал его несущий дежурство у ворот Эдвин. – Тяжелая ночь с внучками Нолана?

– Типа того, – ответил он бесстрастно.

– В Стародубе вроде была какая-то суматоха.

– Сплетни тут расходятся молниеносно.

– Ну что ж, как-никак наша великолепная штаб-квартира расположена у главного и единственного тракта этой местности. Так ты слышал о том, что там произошло?

– Якобы сгорел дом ведьмы. – У Магнуса не было сил врать.

– В самом деле? – Бард изобразил удивление. – Ну что ж, может, оно и к лучшему. Люциусу пришлось наложить Касс столько бинтов, что бедняжка выглядит как мумия. К счастью, ничего серьезного, хотя кто знает, как это отразится на ее и так нездоровой психике.

– У нас какие-то гости? – спросил Великан, заметив коней, привязанных во дворе.

– Да, и много. – Лицо Эдвина еще больше омрачилось. – Они прибыли вскоре после твоего отъезда. Легионеры, старшие деревень… кстати, заодно выяснилось, чем был занят Олаф, пока мы сражались со злым древним демоном… или чем оно там было.

Он откашлялся и продолжил:

– Ночью вернулись разведчики Легиона. Они не принесли радостных новостей. Ну, обычно редко приносят. Их все же высылают, чтоб предупреждали об угрозе, так что обычно приносят дурные вести. Ужасно неблагодарная работа. Как оказывается, Яромир не врал. Четыре сотни воинов, может, и больше. Наверняка больше.

– Когда?

– Через два, максимум три дня. Знаешь, я в этой армии не особо разбираюсь: четыреста вооруженных дикарей – это много?

– Нет, если у тебя под рукой настоящий Легион с Юга.

– То, что у нас есть, это ведь ненастоящий Легион с Юга, правда?

– Боюсь, что даже отдаленно непохоже.

– Знаешь, моя камера в Синем Порту внезапно показалась мне исключительно уютной. Может, мне стоит в нее вернуться?

– Только если меня с собой возьмешь.

Глава 8

Забитые досками окна пропускали лишь единичные лучи солнца, оставляя обстановку корчмы в полумраке. Хотя с нападения демона прошло уже полгода, Дункану казалось, что в воздухе до сих пор можно почувствовать запах крови.

– Я хотел бы думать, что поступил правильно, – сказал он, садясь у стойки и наливая себе пива. – Второй день уже думаю над этим и не вижу никакого другого пути. Никакого выхода. Просто я сделал то, что посчитал необходимым. И, несмотря на это, я знаю, что поступил плохо. Я нарушил правила, которые клялся защищать, и наверняка похоронил свои шансы на Серый Плащ. Но больше всего меня нервирует даже не это. Самое паршивое то, что при окончательном расчете я даже не узнал, что этот сукин сын планировал-то.

Он засмеялся без тени юмора и оглядел почти пустой зал.

– Разве тут не должно быть больше людей? – спросил он.

– Корчмарь забрал семью и сбежал с последней волной беженцев, – ответил Натаниэль, наливая себе еще пива. – Я ему заплатил очень хорошо, чтоб он оставил тут спиртное.

– Ты не должен был бежать с ним?

– Нет. – Князь покачал головой. – Беженцы будут легкой добычей для разведчиков склавян, не говоря уже о других бандах, которых в округе хватает. Натаниэль Эверсон не будет валяться мертвым в какой-то канаве.

– Предпочитаешь упиться до смерти?

– Ведьма сказала, что я сам выберу свою смерть. – Он с улыбкой сделал длинный глоток из пивной кружки.

– Ведьмы уже нет в живых.

– Да, я слышал… Что тебя сюда привело? Ну, кроме алкоголя и желания поплакать на моем плече?

– Ты мне нужен, – неохотно признался Дункан. – В настоящую минуту нам нужен каждый меч, который сможем получить. И хоть мне это горько признавать, но твой меч считается за два. А может, и за три, если протрезвеешь.

– Вот тебе раз, наш бесстрашный вождь просит у меня помощи. Видать, дело и впрямь плохо.

– Даже еще хуже. Их больше, у них больше боевого опыта, и наверняка ударят уже завтра.

– Ну что же, вот и конец нашей истории, поднимем же тост. – Натаниэль поднял кружку. Несмотря на улыбку, в его голосе пробивались горечь и разочарование. – За двоих дураков, которые думали, что станут Серыми Стражниками. Да, и один из них ведь и в самом деле этого желал… Я серьезно думал, что у нас получится. У нас двоих. Если б ты спросил несколько недель назад, я б ответил, что единственным вопросом остается только тот, кто из нас первым получит золотой перстень. И вот мы тут… Сейчас, скорей всего, эти чертовы плащи получат те, кто доживет до завтрашнего заката.

– Так что?

– Да не переживай, такой славной битвы я бы никогда не проворонил, – заверил Князь. Сарказм в его голосе казался вымученным. – Так-то вообще это достойный финал. Битва, в которой я не хочу участвовать, в месте, в которое я не хотел приезжать. Я никогда этого не хотел. Ни перстня, ни плаща. Хотел командовать армией или служить при дворе. Но мой отец решил, что Эверсонам нужен кто-то в Серой Страже. Это требуется для блага рода, а хороший дворянин всегда поступает так, как того желает фамилия. Ибо мы лучшие, а это накладывает обязанности… Зачем я тебе это говорю?

– Потому что ты пьян, а я, скорей всего, ближайшее, что у тебя есть вместо друга.

Натаниэль засмеялся.

– Взаимно.

– Я и не спорю. – Дункан допил пиво и встал. – Обороняться мы планируем тут, в Новой Сребрнице. Это значит, что тебе завтра надо будет всего лишь выкатиться отсюда и найти какое-нибудь оружие. Буду благодарен, если ты при этом не будешь слишком пьян.

– Не беспокойся, впереди еще целый вечер и ночь. Этого вполне хватит, чтоб отметить то, что нас ждет, и протрезветь. Мы, Эверсоны, всегда умираем трезвыми. Было бы страшной бестактностью предстать перед моими великими предками по пьяной лавочке. Могли бы не признать меня достойным.

Командир рекрутов двинулся на выход, но через несколько шагов остановился и взглянул еще раз на бывшего соперника.

– Ты действительно считаешь, что мы не сможем выиграть?

– Склавян победить можем. Но ты и я – мы не выиграем. Мы не можем выиграть.

– Клара тебя все еще любит.

– Я знаю. Ну, как знать, может, если