Дым и перья в академии Эгморра. Сказочная ложь - Кира Лин

Он состроил сокрушённую мину. Я прерывисто выдохнула и подыграла ему — выдала ядовитую ухмылку.

— Не скажу, что сильно расстроилась бы.

Он замер, уставившись мне в глаза. Я смотрела на него в упор, пока он первым не отвернулся. Неужели обиделся?

— А тебя не пришлось долго ждать, — почти ласково произнёс он и склонил голову.

Лезвие оказалась в опасной близости от моего глаза. Я перестала дышать и уставилась на Тома. Навалилась слабость, но я упрямо сопротивлялась ей, боролась с желанием закрыть глаза.

— На ловца и зверь бежит! Тебе, наверно, интересно, как у меня это получилось?

— Мне куда интереснее узнать, когда всё это закончится.

— О, куколка! — громко вздохнул Шерман и осклабился. — Времени в нашем распоряжении — уйма! Не стоит торопиться. Тебя нигде не ждут, а я безумно соскучился.

— Здесь ключевое слово «безумно», — процедила я, поднимаясь.

Том игриво подмигнул мне, страшно довольный собой. Его лицо расплывалось перед глазами, и я была только рада. Но из-за боли в голове я с трудом соображала и видела происходящее, будто со стороны.

Внезапно накатила тошнота, на лбу проступила испарина, и я начала куда-то проваливаться. Том толкнул меня в плечо, вернул на место.

Я ударилась затылком — в глазах вспыхнули звёзды, закружились весёлым хороводом.

Сознание отключалось и включалось. Разлепив в очередной раз тяжёлые веки, я вздрогнула — надо мной нависал Том. Его лицо было так близко, что я не могла на него смотреть.

Он ухмылялся, плотоядно разглядывая меня. Изучал каждый дюйм лица, каждый сантиметр тела, и глаза рагмарра сверкали нездоровым блеском. Я задыхалась от запаха собственной крови и гари, которой несло от него.

В темноте блеснуло лезвие — Том дразнил, вертел им, но вдруг я почувствовала холод стали на своей шее. Тело онемело от страха, я боялась дышать, моргать, шевелиться.

Выразительные зелёные глаза Шермана следили за мной, не упускали из виду ни одной мелочи вплоть до немигающего взгляда. Казалось, он даже мысли мои слышит.

Тихо и надменно рассмеявшись, Том провёл лезвием по моему горлу. Осторожно сглотнув, я затрепетала под ним.

— Ты знаешь, как здесь оказалась? Тебя призвало заклятье. Ты его услышала и полетела, как светлячок на свет фонаря, — голос его донёсся откуда-то издалека и с задержкой.

От бессилия тряслись руки и ноги, отказывались подчиняться. Я заставляла себя смотреть на Тома, на его приторно красивую рожу. А он продолжал ухмыляться, когда как в глазах пылал огонь ненависти.

— Кулон достался тебе по ошибке. Ты — слабая, никчёмная… пустышка.

Я зашипела сквозь стиснутые зубы. Приподнялась, но уронила голову на пол, привалилась щекой к холодному паркету и прерывисто выдохнула.

— Чувствуешь это, куколка? Я буду резать тебя на куски, кромсать на ленты, но ты не сдохнешь, нет! Мне нельзя тебя убивать, но дозволено причинять боль, как можно больше боли, — он подался вперёд и жадно втянул мой запах.

Я с трудом подавила отвращение, заставила себя лежать неподвижно. Он приподнялся и навис на вытянутой руке. Его лицо было совсем близко, а когда он склонился, как для поцелуя, я тихо застонала.

Улыбнувшись, рагмарр выдохнул мне в губы:

— Помнишь сон? То наше небольшое приключение? Так вот, куколка: это не было сновидением. И сейчас я тебе докажу.

Лезвие обожгло кожу на шее, и я рефлекторно прогнулась вперёд. Том довольно рассмеялся, врезая нож глубже. Снова запахло кровью. Во рту появился кисло-сладкий привкус.

Шерман убрал лезвие и плавно провёл им по плащу, расстегнул его и приставил нож к моей груди. Я старалась унять дрожь, чтобы ненароком не пораниться. Но могла только таращиться на Тома, следить глазами за движениями его руки.

Можно было бы попробовать отвлечься…. Но когда в тебя тыкают ножом, сложно сосредоточиться на чём-то другом.

Пульс трепетал горячим леденцом на языке, страх бился в жилке на горле. Заметив, Том выдал коронную ухмылку и отодвинулся, будто хотел увидеть меня всю целиком.

Пришлось сесть вслед за движением лезвия — он его не торопился убирать.

Гнев бросился жаром в лицо. Но что мне оставалось?! Смотреть на Тома и ждать его следующего хода. Магия во мне вспыхивала и гасла, как свет в перегорающей лампочке.

Он всё продумал, всё предусмотрел. И, проклятье, я не знала, как это исправить!

— О чём ты думаешь? — посуровев, процедил он и убрал лезвие.

И слез с меня, опустился рядом на колени. Я жадно вдохнула и тут же получила раскалённой ладонью по щеке. От удара меня перевернуло в воздухе.

Я упала лицом вниз, чудом успев подставить руки. От пола несло… кровью. Он использовал кровь вместо краски. Но чью? Распластавшись, я оглядела комнату, осторожно сглотнув тошноту.

Из-за шкафа торчали ноги в туфлях. Они показались мне знакомыми. Чуть вытянув шею, я увидела женщину, сидящую на полу у стены, будто кукла.

Том заметил моё любопытство — поднялся и подошёл к телу. Взяв за спутанные светлые волосы, вздёрнул голову жертвы. Я перестала дышать — от движения на шее её открылся порез, как уродливый второй рот.

И на бледно-коричневую кофточку хлынула кровь.

— Вы знакомы? По глазам вижу, что да.

— Я не знаю её, — прошептала я, но глаз не отвела.

Ладони женщины были взрезаны — Шерман заставил её чертить круг собственной кровью. Я вспомнила, где её встречала — в Библиотеке. Когда мы наведались туда с Беном, она пробегала мимо нас, едва держа равновесие на высоких каблуках.

Нам пришлось уступить ей дорогу. Помню, как смотрела ей вслед….

— Но видела, — уверенным тоном сказал Шерман. — Тогда я правильный выбор сделал, — он покрутил лезвие в руке и отпустил волосы женщины. Голова безвольно упала на залитую кровью грудь. — Я нашёл эту ведьму, чтобы она сотворила заклинание. Ты лежишь в круге силы. И он будет сосать из тебя энергию вместе с кровью, вытекающей из твоего тела.

— Тебе это с рук не сойдёт, проклятый психопат, — прошипела я.

Том метнулся ко мне размытым чёрным вихрем и оказался сверху. Я вжалась в пол. Он схватил меня за запястье и отвёл руку в сторону. Сердце пропустило удар.

Глава 55

Припечатав к полу, он занёс над ней нож. Я невольно дрогнула, но только позабавила Шермана. Склонив любопытно голову, рагмарр просиял своей омерзительно-неотразимой широкой улыбкой.

— И что ты мне сделаешь? — улыбка превратилась в оскал, рука крепче сжала рукоять ножа.

Блеснула сталь, быстрее, чем я успела вскрикнуть. И пронзила запястье. Из глаз посыпались искры вперемешку со слезами. Горячая кровь дорожкой