Сеть Гефеста - Александр Николаевич Андрюхин

– А не могла ли эту склянку принести домработница?

– Ей-то зачем! – удивился Кирилл.

– Понятно. Ну что ж, на этом все. Еще раз прошу извинить за беспокойство, – вежливо произнес участковый и направился вниз.

– Постойте, – произнес Кирилл. – Это вы меня извините, что я, не подумав, подал заявление. Нельзя ли отозвать его обратно?

– Можно! – оживился участковый.

– Вот и прекрасно! Считайте, что я его отозвал.

14

На следующее утро позвонила Олеся. Это было единственный раз, когда Кирилл не обрадовался ее звонку, потому что обрадовать было нечем.

– Привет, Олеся! – произнес он унылым голосом. – Мои дела – дрянь. Жена ни в какую не хочет делиться наследством. А я двадцать лет ее кормил. Во дурак! Если бы знать раньше… Честно говоря, никак не думал, что так получится. Впервые в жизни не знаю, что делать?

Олеся жизнерадостно рассмеялась:

– Жизнь имеет привычку преподносить сюрпризы. Плохо, значит, убеждал.

– Убедить можно умного человека. Убеждать глупого – все равно, что читать мораль барану.

– Но глупый больше поддается обману, – снова рассмеялась Олеся. – Это тебе к размышлению. А я прилетаю через три дня.

– Через три дня! – простонал Кирилл, и было непонятно, то ли это эмоции радости, то ли ужаса.

– Как я поняла, мне лететь сразу в Казань?

– Да, конечно, – захлебнулся слюной Кирилл. – Я для тебя забронировал номер. Через три дня я встречу тебя в казанском аэропорту. За это время я вывернусь наизнанку, но вырву у Лианы договор. Иначе я перестану себя уважать!

– Желаю удачи! – весело рассмеялась Олеся. – Смотри, не переусердствуй.

Раздались короткие гудки. Кирилл не понял смысла последнего пожелания. Его также обескуражила чрезмерная веселость Олеси, но в принципе он понял установку: «глупый больше поддается обману». До чего умная девушка. А ведь ему ли не знать, что женский пол более доверчив к лгунам. Как он об этом мог позабыть? Словом, напрасно он сказал жене, что они под пятой у братвы и что через месяц их выкинут из дома. Хотел разжалобить? Но разжалобить можно бедняка. Богатые жалости не знают. Словом, врать, врать и еще раз врать!

По пути в больницу Кирилл думал о том, как сломить сопротивление Лианы? Нужно очень виртуозно влезть в ее душу, чтобы запудрить ей мозги. Но в голову как назло ничего не приходило.

В больничном коридоре Углов неожиданно столкнулся с Тамарой. Она была очень сердитой.

– Привет, – улыбнулся Кирилл. – От моей? Как она там?

– Прекрасно твоя! – сердито рыкнула Тамара. – Как всегда, цветет и пахнет.

Подруга семьи собралась проскользнуть мимо, но Кирилл преградил ей дорогу.

– Ты чем-то расстроена?

Тамара подняла обиженные глаза на Кирилла и поставила руки в боки:

– Скажи, милый мой, кого она из себя воображает? Я срываюсь с работы, чтобы навестить больную подругу, потому что искренне переживаю, а она встречают меня с таким высокомерием, что даже медсестры вытаращили глаза. Может, она думает, что я прислуга? Как у нее неприятности, так она сразу ко мне: «Тамарочка, помоги!» Как у нее все хорошо, о Тамарочке забывают. За всю жизнь она ни разу не пригласила на свой день рождения. Не того я, видите ли, поля ягода для ее светских вечеринок. Зато, если ей что-нибудь нужно, она может позвонить в два часа ночи, не считаясь с тем, что у меня муж и дети и что я с утра до ночи не поднимаю головы в своем институте.

Тамара перевела дух и зло сверкнула глазами. Кирилл взял ее за руку и сочувственно заглянул в глаза:

– Что она тебе сказала?

– Что скоро уедет в Италию. Что здесь люди не ее круга. В Москве, видите ли, нет ни одного человека, кто был бы достоин ее общества. В Италии или Франции – другое дело. Там можно найти настоящих мужчин: тонких, изысканных и красивых.

– Мужчин? – поднял брови Кирилл.

– Именно мужчин. Она сказала, что теперь ей по средствам завести любого светского льва. Словом, лечиться ей надо. Кстати, – хохотнула Тамара, – про тебя она сказала, что ты тряпка. Что за двадцать лет ты не смог поставить семью на ноги: нахватал долгов и попал в зависимость к бандитам. Вот и все твои достижения.

– Да? – нахмурился Кирилл. – Так и сказала? Странно. А она с тобой поделилась, на какие средства собралась завести светского льва в Италии?

– Нет, – выдохнула Тамара.

«Слава богу», – подумал Кирилл.

– Извини, мне нужно идти.

– Всего доброго, Тамара, – улыбнулся Кирилл. – Ты уж прости ее. С ней и не такое случается.

Женщина пошла дальше, а Кирилл погрузился в раздумье. «Вот же шишкин лес! Плейбоя ей римского подавай», – подумал он.

Оказывается, муж совсем не знал свою супругу. В ту же секунду в его голове созрел блестящий план.

Кирилл вошел в палату с сияющей улыбкой, держа в одной руке розы, в другой – ананасы. Посетителя не обескуражило, что жена его встретила довольно прохладным взглядом. Муж подлетел к ней словно на крыльях, восторженно поцеловал в щеку и положил на грудь розы.

– Я нашел! Нашел выход, – прошептал он сладострастно и влюблено поглядел в глаза. – Я узнал, куда можно без риска для жизни вложить эти миллионы и через год получить десять. А через два года двадцать! И с каждым годом все больше. С такими деньжищами можно путешествовать по всему свету на собственной яхте и в каждой стране иметь по дворцу. Это очень солидная нефтяная компания. В ней даже рядовые сотрудники имеют виллы в Италии на берегу моря. Жены работников живут в них круглый год, поскольку Москва их напрягает.

Тут Кирилл вошел в раж и начал расписывать красоты Италии: ее рассветы и закаты, их темпераментных женщин и романтичных мужчин. Откуда только взялось красноречие? Покончив с географией и фауной, он принялся описывать итальянскую кухню, о которой имел весьма смутное представление. Однако упор делал на вино, сыр и омаров.

Речь возымела эффект. Глаза Лианы потеплели.

– Ближе к делу. На каких правах я буду в этой компании?

– Не ты, а мы! Мы будем соучредителями. Войдем в совет директоров. Поясняю, это те, кто делит прибыль между собой в первую очередь. А что остается, кидают сотрудникам. Разумеется, в компании нужно работать, участвовать в заседаниях, принимать решения, но главное, отслеживать денежные потоки. Тебе это не под силу. Всем этим буду заниматься я. А тебе я сразу куплю виллу в Италии, и ты будешь жить в ней в свое удовольствие. Вернее, куплю не