Патент на выживание - Леонид Иеронимов

кровлю. Затем оглядел скопища валунов, скатившихся с горы, и сообщил, что проблем с материалом для постройки мастерской не будет. Потом извлёк из мешочка для артефактов странный камень, вспыхивающий время от времени загадочными символами, прошёлся по пастбищу туда-сюда и, ничего не сказав, ушёл. Вернулся с двумя крепкими парнями, которые несли на плечах лопаты. Указал им место, и они начали рыть.

— Бидал, а чего они роют там? Мастерскую же в другом месте ставим?

Бригадир посмотрел на меня как на слабоумного и сообщил:

— Везти глину издалека дорого. Там — глина.

— Ааа, — сказал я.

— Здесь мы сделаем ещё одну яму. Для пережога.

— Чего?

Бидал вновь осмотрел меня и сообщил:

— Известь покупать тоже дорого, — он махнул рукой в сторону горы, — известняк. Пережжём. Известь.

— Ааа, — сказал я. А потом отошёл в сторонку. Мастер, как говорится, есть и не… Чего лезть?

Пока парни рыли яму, к нам присоединились ещё несколько мужиков. Старшим у них был крупный седобородый детина, с которым сам Бидал общался невероятно тактично. Это был старшина каменщиков Эллидан. Глядя, как его подручные таскают камень и чёткими скупыми ударами превращают бесформенные глыбы в ровные прямоугольники и пластины, я залюбовался.

Работа их казалась каким-то чудом. Вот камень, вот обыкновенное зубило с широкой лопаткой, один чёткий удар — и открывается ровная грань будущего блока. Да, до работы хафсат с их идеальными формами мужикам было далеко. Но если сравнить с современными каменщиками моего мира, мужики дали бы им сто очков вперёд. Вместо нудной возни и пылящей часами болгарки — один чёткий удар. Чудо просто.

Когда на полянке под стройку выросла горочка будущих блоков, Эллидан, руководствуясь одному ему понятными принципами, распределил блоки на три неравные кучки. Затем взял одного мужика с тачкой и направился к склону лично. Там он долго бродил среди каменюк, осматривая их настолько же придирчиво, как ювелир выбирает камни для будущего ожерелья. Наконец он выбрал и отметил каждый краской из специальной баночки на поясе. Вдвоём они взвалили первый на тачку и повезли к месту будущей стройки.

Тут ко мне подошёл старый Лад.

— Ты долго ещё мух есть собираешься?

— А? — глубокомысленно спросил я.

Старик вздохнул:

— Ты нанял бригаду. Чем кормить их будешь? У меня, кроме сыра, мало что есть.

— Ааа! — сказал я.

— Иди в харчевню, позови Нарину и договорись, чтоб они приносили обед каждый день, если ты не любишь готовить сам.

— Сейчас!

И я опрометью бросился в город. Пока нашёл харчевню, пока договорился и вернулся обратно, прошло часа два. За это время на площадке произошли значительные изменения. Место под стройку было очищено от растительности. Пучки травы аккуратно разложили на солнце, а меня уже дожидался Бидал.

— Пол будем каменным делать или просто землю утрамбовать? Каменный — дороже.

— Давай каменный. А насколько дороже?

— Смотри. Стены и кровля обойдутся в три лигура. Делаем пол из камня — ещё лигур. Просто утрамбовать землю — шесть бинтаров.

— Пусть будет каменный.

Бидал довольно кивнул.

— Печь говорил, будешь делать? Для обогрева или для работы?

— Для работы. Но печь будет делать мастер из Габан-Тави. Она для плавки нужна.

— Такое мы не сделаем. Подземники согласились делать печь людям? Это как же ты договорился? Дороже мастерской встанет?

Я вместо ответа снял мешочек с шеи и показал кольца дружбы с двумя домами подземников. Брови Бидала взметнулись в неподдельном изумлении.

— Значит, и правда ты — мастер, — он по-новому взглянул на меня, — а с виду совсем ещё сопляк. Металл плавить будешь?

— Не, — я отрицательно помотал головой, — но с металлом тоже работать буду.

— Ладно. Лезть не буду. Но печь для отопления тоже нужна. Или зимой ты работать не будешь? У моря холодно бывает. Шторм — страшное дело.

— У входа давай. Слева. В том конце от рабочих печей жарко и так будет. Вот здесь окно нужно. Большое.

— Прям большое? Улицу топить будешь же, Олег. Пузырь поставить можно только на маленькое окно. Слюда дорогая. И большое окно… Хм…

Точно. Этот мир понятия не имеет ещё, что такое оконные стёкла. Блин. А свет для работы очень нужен. Световые камни! Точно! Они же дешёвые!

— Тогда световых камней побольше вставлю. Они ж недорогие.

Бидал вновь посмотрел на меня как на слабоумного.

— Световики недорогие? А сколько ты их покупал?

— Один только. Сейчас покажу.

Я сходил за мешочком и принёс камень.

— Олег. Это одноразовый камень. Он один день светит. Сколько ты за него отдал?

— Один пил, кажется.

— Ну так тот, что будет пять дней светить, стоит полтора бинтара. И перезарядка столько же. В той же мастерской, где покупал. У другого мастера зарядить не получится.

— Я думал, камни всегда светят. Вон на дороге они же от солнца днём заряжаются, а ночью…

Бидал расхохотался:

— Олег. Ты как ребёнок. Откуда ты?

— Издалека. За морем.

— Ясно. Не бывает вечных камней. И мастерства хафсат никто из ныне живущих не достиг. Потому хороший световик стоит два бинтара. Средний — полтора. Зарядка — в цену камня. А тот, который будет светить сорок дней, стоит лигур. И зарядить — столько же. Чтоб всю мастерскую осветить, тебе нужно четыре камня. Если тонкую работу делать — ещё один. Считай.

Да уж. Вот где слабое место оказалось. Свет мне нужен однозначно. В полутьме гравировка и шлифовка — тот ещё ребус.

— А если двойную раму на окно сделать и набрать из пузырей сетку?

— Это как? — Бидал недоумённо посмотрел на меня.

— Сейчас.

Я выбрал ровный участок земли, взял палочку и принялся рисовать чертёж в трёх проекциях.

— … А вот сюда вставляются штапики, которые и будут держать пузыри.

Бидал почесал затылок:

— Гедери! Иди-ка сюда.

К нам подошёл высокий худой парень с ястребиным профилем.

— Глянь-ка, что клиент придумал.

Я объяснил ещё раз.

— А зачем двойная рама? Свет тусклее будет.

— Для тепла. Воздух между рамами будет иметь свою температуру и не пропускать, ну, точнее, хуже пропускать холод снаружи.

— А вот такая форма зачем? Не проще обычную прямоугольную?

— Тоже для тепла. Штапик… ну, ветка, разрезанная на четверти, плотно сюда зайдёт и зажмёт пузырь. Сюда вобьём гвоздики…

— Я таких маленьких гвоздей