Сундучок мертвеца - Дарья Сергеевна Гущина

— Ну? — он опёрся о посох с готовностью мгновенно открывать следующий «мост». — Живая?

Я вынырнула из плаща, кивнула и напомнила:

— Силд Мирнар?..

— Покончил с собой, паскуда, — сосед скривился. — Сам себя давно травил, и ему глотка чая хватило для смерти. Заметил, что его обложили ищейцы, а мы занялись трущобами, и смылся в Небытие — от допросов, казни и не только. Знаешь, кто обычно кончает с собой? Кому после казни грозит заключение души в храме Небытия. Пятеро, включая твоего отца, переработавших — это уже лет двадцать заключения. Это, Маль, уже, считай, признание. Но, само собой, в письме Мирнар написал иное: он не хотел, его заставили, и вообще это не он, и всё в таком духе. Как обычно, он белый и пушистый, это наш мир дерьмо, и иначе в нём жить нельзя. Трусливая тварь... — он презрительно сплюнул.

При всей моей бывшей привязанности к силду Мирнару... А в душе почему-то совсем пусто стало. У меня этих привязанностей и так по пальцам пересчитать...

— Только жалобы — и всё? — я постаралась сосредоточиться на разговоре.

— Нет, ещё кое-что полезное сообщил: его мать приходилась родственницей семье городских смотрителей, — Бреннар напряжённо придерживал посох и то храм быстрым взглядом ощупывал, то меня. — Но дальней — силы в Мирнаре чуть больше, чем в тебе. Примерно как в твоей бабушке. Напрямую с Сереном мать не работала и тоже отвечала за кухню. Это у них семейный дар — добавлять при готовке щепотку нужных чудес. Иногда они успокаивали, иногда развязывали языки, а иногда убивали. Дар, да, слабенький — убивал медленно, седмицами. Но и выявить его непросто. Он запрещал организму восстанавливаться, накапливался — и случалась известная переработка. От которой тело сразу шло прахом, и следы стирать не надо.

Я тихо выдохнула в воротник плаща:

— Это они убили городских смотрителей, да? Зачем?

— Скоро узнаем, — мрачно ответил он. — Мирнара из Небытия вытряхнем и допросим обязательно. И Серена, если получится, разговорим. Или по указке духа убили, или сами власти над городом захотели — неизвестно. Пока. Прах Мирнара ищейцы собрали. Вызвать его из Небытия — дело минуты. Узнаем. Силд Кремен винит себя, что не досмотрел за паскудой, а как досмотришь, если даже ищейцы ничего не находили? Сейчас нам откровенно повезло, Маль: Мирнар понял, что ты обязательно вскроешь трущобный ношт, и забеспокоился, заторопился. В еду просочилось больше обычного — и дар проявился. Ищейцы вслед за тобой нашли опасные хвосты почти в каждом продукте.

Я стянула с головы капюшон и уточнила:

— Но предположения, почему Серен сорвался, есть?

— Конечно, — сосед цепко посматривал по сторонам. — Либо ему не нравилась управляющая семья, либо надоело сидеть на цепи. Мы с тобой сколько на поводке? А уже воем — я в голос, ты молча. И будем честными: нам очень повезло с силдом Кременом. А если бы нам попался не такой понимающий начальник? Ещё есть вероятность, что Серен перерос заветы отцов-творцов и хотел иного дела, а не давали. Это же живая душа. Она растёт и развивается. И в неволе ей не выжить. Хочешь, чтобы жила — сделай так, чтобы она не заметила клетку. И постоянно отслеживай изменения. Семья их не заметила. Второй вариант: Серен изначально был с изъяном.

— Ну, я бы не сказала, что мы так уж на поводке... — я поджала губы. — Мне проще. Но меня никогда не отпустят, это да. Я — один из немногих мастеров, который не боится смотрителей Небытия и к тому же хорошо разбирается в стихии.

— И силд Кремен хорошо тебя знает и понимает, как с тобой обращаться, — заметил Бреннар. — Маль, себя не обманывай.

— А ты в мои самообманы не лезь, — я колко глянула на него снизу вверх. — Я это поняла ещё лет пятнадцать назад. Пока помогаю я, помогают мне. Взбрыкну — будут только приказы с давлением. Лучше придумай себе что-нибудь... для терпения. Это помогает. И хватит учить жизни других — собой займись. Это тоже помогает. Отвлекает.

— Учту, — он улыбнулся. — Дальше рассказывать или сама сообразишь?

Я уткнулась носом в воротник, воспроизвела мысленно разговор... Конечно, не зря же силд Кремен намекнул, что молчит не просто так. И заговорил тогда, на кухне, он тоже не просто так.

— Да что там соображать... Мне дали сутки, чтобы поймать Тайю и разрушить колпак. Силд Кремен меня знает: взялась — сделаю. Вот и рассказал о силде Мирнаре, чтобы спровоцировать их с Сереном не только трущобами, но и моими знаниями, если Серен мог меня читать. Они вдвоём в трущобах всё провернули, да? Но где они взяли ключи к дверям в Небытие? — я подняла взгляд на соседа.

И вовремя. Лицо Бреннара стало слишком бледным, резким и острым.

— Ты ему нужна, — констатировал он. — Всё-таки сначала ты. И присосался он к тебе на зависть — даже здесь чует. Вы с Сереном точно где-то встречались, и не раз. И до твоего отъезда, и после. Метка очень сильная.

Во мне всё сжалось, но я запретила себе бояться. Нельзя. Не то время. Да и люди вокруг меня не те — не подведут. Я быстро выбралась из-под плаща, уменьшила его и сунула в соседский карман.

— Пойдём дальше и глубже, — Бреннар нажал на посох, и внизу знакомо грохнуло, — по лестницам и скатам. Смотри под ноги.

Вновь взметнулся туман. «Мост» завилял резкими поворотами и спусками. Я старалась следить за дорогой, но если бы не связывающие амулеты, точно бы потерялась. Однако благо Бытия работало исправно, поэтому мы добрались до места без проблем, а амулеты лопнули, едва я, поскальзываясь, начала сползать по старым ступеням в очередной храм. Совсем крохотный — едва ли с мою мастерскую, — с низким давящим потолком, очень сумрачный и утопающий в тумане.

Бреннар разжёг светильники, разогнал туман и протянул руку, помогая мне спуститься.

— Здесь у нас будет чуть больше времени, — он привычно добыл из кармана плащ и встряхнул его, увеличивая.

Я завернулась в плащ и невольно обернулась на лестницу — середина тонула в тумане, верхние ступени исчезали во мраке.

— Куда она ведёт? В других храмах лестниц не было.

— В других ещё чудотворчество не истлело, и лестниц не видно, — сосед уже готовил «мост». — Все старые храмы связаны между собой обычными коридорами — в сети древних «мостов» проще потеряться, чем прийти куда надо, а наши обычные здесь не работают.

Я