Фантастика 2026-79 - Валерия Рашитовна Шаталова

«Хм. Быстро пришёл в себя, хотя я и не хотел калечить, а тем более убивать. Удар произвёл дозировано, но… что он бормочет?»

Перевернул на спину и не сразу узнал искажённое гримасой боли лицо генерала Фок Генса.

– Ты что творишь, солдат?! А ну, развяжи немедленно!!! – бормотал он. Как понял, генерал не видел, кто напал на привале и принял меня за слетевшего с катушек бойца.

– Успокойтесь, господин генерал. Вы взяты в плен гвардейцем Его Величества Императора Страниса Первого лейб-сержантом Валео Мирони. Обещаю, если не вынудите, обращаться с вами с должным почтением.

Повисшая пауза была в лучших традициях Станиславского. Генерал, не отошедший от полученного удара, ещё плохо соображал. Часто моргал, щурился, пытался встать, но нарушенная координация не позволяла подняться на ноги.

– Генерал, вам надо посидеть. Возьмите воды, хлебните.

– Как? Ты же гонец от…

– Я убил одного из солдат, завладел формой и прибыл в расположение, – пояснил, смотря, как от удивления расширяются глаза генерала. Его реакция была мне понятна. Скорее всего, такой ход впервые реализован на этой войне.

– Откуда так хорошо знаешь язык?!

– Обучался, в своё время, – ответил уклончиво, держа открытую фляжку с водой. – Как выбрались из ночной засады?

– Так это твои люди были?! Ты их навёл на нас! – Отвечать не стал, зачем? – …я говорил капитану, что для сопровождения набирать солдат с других отрядов опрометчиво. А он мне, видите ли, людей жалко!

– Вероятно, он своих людей пожалел.

– Какая разница!!!

Смотрел на генерала, произведшего на меня первое впечатление как опытного боевого офицера, кто служит не за деньги, ни за почести, а по зову чести и долгу совести. Но его высказывания о подчинённых стали для меня откровением. Как говорится, смерть одного человека — это трагедия, смерть тысяч — это статистика. Ладно, каждый потом ответит за свершённые поступки…

Связывать ноги не стал. Идти всё-таки далеко, потому что выбрал путь не по дороге, а параллельно ей через лес, чтобы не было видно и слышно, если вдруг генерал изволит чудить, а побега я не боялся.

Немного придя в себя, генерал поведал, что вместо того, чтобы убегать, он спрятался невдалеке в кустах, а шум, за которым я так упорно шёл, издавал какой-то зверь, напролом шедший к своей неведомой цели. Мне несказанно повезло, что генерал вышел именно на меня, а не разминулись где. Он, оказывается, недолго думая, двинулся по уже проторенной дороге. Всё-таки плутать по ночному лесу неприятное занятие, а так, какой-никакой, а путь имеется и в нужном направлении. Он рассчитывал выйти к дороге и встретить основные части, что вполне логично, но на его пути оказался я…

– Гвардеец! – тяжело выдохнул генерал, усаживаясь на пенёк.

– Устал?

– Отпусти меня. Такие великолепные солдаты как ты нужны Его Императорскому Величеству Тонгиссу Второму. Лично я прослежу, чтобы тебе за спасение офицера вручили высшую награду Империи! У тебя будут деньги и почёт. Если захочешь, получишь гражданский чин и станешь сановником.

– А дом на берегу моря?

– И дом! Если захочешь, я свой отдам вместе с прислугой.

– И бочку варенья, и корзину печенья, – прошептал, но генерал меня услышал.

– Зачем варенье? У меня виноградники свои! А винный погреб… все знатные семьи Империи считают хорошим тоном иметь в своих запасниках пару дюжин бутылок вина с моих виноградников!!!

– Тогда почему не сидишь дома, не занимаешься виноградниками, не пьёшь вино в мире и спокойствии?

– Я солдат! Вся моя семья, начиная с прадеда на воинской службе…

– Тогда зачем предлагаешь мне, такому же солдату, дававшему присягу предать своего Императора?! – перебил генерала.

– Но он же…

– Не такой, как ваш? Так посмотри, у меня те же две руки, две ноги, голова, как и у тебя! Да, мы разные, но и одинаковые одновременно. Чем думаешь, Ваш Император лучше нашего? – я не на шутку распалялся, а генерал, видя моё возбуждение, попятился, отползая назад. – Ты и я солдаты. Предложи тебе предать Императора в ту, первую нашу встречу, ты, что бы сделал? Молчишь?! Так ответ очевиден — расстрелял бы…

– Нет. Сначала пытали, потом повесили, – перебил генерал. – Это у Канторийцев расстреливают. У нас вешают.

– Тогда зачем весь этот разговор? Давай, вставай. Пошли. Тут немного осталось. К полудню должны дойти.

– Не дойдём, – ухмыльнулся генерал, – Сантория окружена, по крайне мере, по плану к рассвету этого дня основные части должны быть у её стен.

– Думаешь, меня это остановит?

– Можешь убить меня. Но приказа на отмену штурма я не дам и при первой возможности или сбегу, или…

– Не сбежишь. А это «или» оставь при себе. Когда назначен штурм?

Генерал только отрицательно покачал головой.

– Есть много способов развязать язык: отрезать по фаланге пальцев, вставить раскалённый клинок в… но я обещал, что буду обходиться с почтением. Так что не заставляй меня изменить данное слово.

– С первыми лучами солнца, – быстро заговорил генерал, смотря за тем, как я вынул из ножен клинок. – Если выслана помощь в Прочноокск, то завтра на рассвете она как раз только в это время подойдёт к стенам станицы и со стопроцентной уверенностью не успеет вернуться назад.

«Прочноокск! – озарило меня, – зачем идти в Санторию, если есть дорога соединяющая Санторию и станицу и не та, по которой сейчас стройными рядами идут Сенарцы, а другая, по которой сейчас спешат на помощь наши войска в осаждённый Прочноокск».

– Вставай! Пошли!.. Не туда!

– Сантория в той стороне.

– Мы возвращаемся в Прочноокск…

* * *

Полковник Мигнес нервно ходил из стороны в сторону. Вчера утром у стен Прочноокска обосновалась многотысячная армия неприятеля, с ходу попытавшаяся взять укреплённый район. Самоотверженная оборона и вовремя предупредивший разъезд, заметивший приближение передовых частей сделал своё дело, позволил отразить первый натиск. Предпринятые в течение дня атаки также отбиты, но ситуация превращается в катастрофу. Станицу берут в кольцо.

Полковник судорожно ходил, ожидая доклада очередного разведывательного дозора. Если кольцо замкнуто, то остаётся только одно — держаться. Высланные в разные стороны в первые минуты боя гонцы предупредят, что Сенарцы предприняли очередную попытку завладеть югом Империи, но придёт ли к ним помощь — неизвестно. Офицеры Генерального штаба не могли и представить, что летняя кампания настолько затянется. Некоторые части ушли на переформирование и доукомплектование, некоторые расположились на зимних квартирах, а сенарцы, возьми да выступи крупными силами по стратегически важному направлению.

– Господин полковник, разрешите?

– Входи капитан… Да не тяни, докладывай!

– Станица окружена, – подобрался капитан Нетрис, – возможно, кому из гонцов удалось прорваться через кольцо