Круговорот и тени - Джин Родман Вулф

Бизон понимающе кивнул.

– Из других городов – частенько таких, о которых мы даже не слышали – шлюпки к нам прилетали тоже, садились неподалёку, а их пассажиры присоединялись к нам.

(О том, что некоторых принуждали к этому силой, а после продавали и покупали, будто домашний скот, упоминать, пожалуй, не стоило.)

– Вдобавок на нашей шлюпке детишек оказалось немало. Я, если угодно, тоже был совсем мал – едва пятнадцать сравнялось. Потом, за первые несколько лет, ещё детей народилось довольно много…

– И – глядь, ваш порядок для дела уже не годится?

– Именно, именно. Народу стало чересчур много, некоторые хозяйства оказались слишком далеко. Кое-кто, бросив землю, подался в рыбаки, в лесорубы, в купцы, и все они из-за частых отлучек то и дело не успевали на Ассамблеи. Вдобавок поначалу каждому хотелось жить поблизости от поселения, но после там стало так людно, а грабежи, насилия и буйство участились настолько, что многие, прежде выступавшие на Ассамблеях с разумными предложениями, утратили всякое желание жить в поселении и даже невдалеке от него.

– Др-рянь дыр-ра! Сквер-рная! – пояснил Орев.

– Тогда-то всем и сделалось ясно: без кальда нам никуда. Не знаю даже, скольким богатым, влиятельным людям захотелось занять этот пост. Возможно, восьмерым или десятерым, а может, таких нашлось даже больше.

Бизон, кивнув, перевёл взгляд с Выжлеца на Свина.

– А выборов вы не устроили?

– Выборы означали бы безвластие, анархию куда хуже прежней – открытую войну между теми самыми восемью, а то и десятью сторонами. В конце концов, кто-нибудь и сделался бы кальдом, но велика ли радость править на…

– На развалинах, – закончил за него Бизон. – Как мне, а до меня жене, а до неё, с твоего позволения, патере Шёлку.

Он отрицательно покачал головой.

– Да, развалины и пожарища я видел, но также отметил, что немалая часть Вирона пережила войну с Тривигантом благополучно. После грозящей Новому Вирону войны всех против всех там вряд ли останется целым хотя бы один-единственный дом.

На время умолкнув, он перевёл дух.

– Итак, положение в Новом Вироне я описал. Ни единства, ни трезвомыслия там не сыщешь – по крайней мере, в сколь-нибудь значимых количествах, однако пятерым из самых влиятельных наших граждан хватило ума обратиться к тебе с просьбой отправить к нам Шёлка. Его поселенцы примут с распростёртыми объятиями, а все пятеро поклялись поддержать его.

Выжлец виновато кашлянул.

– Так он же… У тебя же выходит, что остальные всё-таки будут сильней кальда Шёлка, разве не так?

– Нет. Во-первых, им ни за что не выступить против него заодно, и каждый будет бояться коварства со стороны остальных, по крайней мере, не меньше, чем кальда. Во-вторых, его поддержат тысячи человек, пока что не связанные ни с кем другим. Объединившиеся, они намного превзойдут числом их сторонников, – ответил он и вновь повернулся к Бизону. – Вернее сказать, превзойдут, если ты отпустишь его к нам. Потому я и здесь. В надежде, что ты подскажешь, где он сейчас, и поможешь уговорить его отправиться со мной.

– А ещё тебе шлюпка потребуется. Или у тебя есть?

– Штука – летать? – полюбопытствовал вслед за Бизоном Орев.

– Совершенно верно, такая штука, летающая от круговорота к круговороту. Нет, шлюпки у меня нет; её ещё придётся найти. Но, разумеется…

Бизон вскинул кверху ладонь.

– Разумеется, у меня их есть целая дюжина, и сейчас они мне не нужны? Не это ли ты собирался сказать? Так у меня их нет. Сам Шёлк, будучи кальдом, отослал в полёт всех, кого смог уговорить. Раньше-то было как? Кого суд признавал виновным, тех в ямы бросали, и все дела, – со смехом пояснил он. – Я думал, что сам со временем там окажусь. Но после того как Шёлк пришёл к власти, им предоставили выбор: шлюпки либо казнь. И чтоб хоть один выбрал казнь, я не помню.

– Если…

Бизон вновь поднял кверху ладонь.

– Погоди, погоди. Сам как-никак просишь, а это ещё не все. Из тех, кого мы в полёт отправили, преступники – только меньшая часть. Большинство составляли подёнщики, чернорабочие всех мастей. Подёнщики с семьями. А ещё плотники, каменщики, крестьяне из тех, что помельче, да их батраки. Тут недавно говорилось, будто я на развалинах правлю… громко, конечно, сказано, однако доля правды в этом есть. А почему есть? Да потому, что Шёлк отправил с поселенцами все до единой шлюпки, какие сумел, хоть как-то подлатав, привести в исправность. Назад они чаще всего не возвращались, а если возвращались, он снова загружал их пассажирами и отправлял в путь!

Раскрасневшийся, зло скаля зубы, Бизон откинулся на спинку кресла, но тут же хмыкнул.

– Уф-ф… ну вот, спустил пар. Излил на сердце накопившееся. Давно хотелось, а тут случай представился.

– Так ведь, если тут шлюпок нет, на Синий Шёлку с Бивнем не улететь? – рискнул подать голос Выжлец.

Бизон взглянул на изящные золотые часы.

– Если им туда надо, шлюпку придётся искать где-то ещё, всего-то навсего. Может, я с этим чем-то смогу помочь. Или пускай подождут, пока у меня самого не появится, но, сколько её дожидаться, лично мне неизвестно.

– Но где сейчас Шёлк, ты расскажешь? Поможешь уговорить его?..

Бизон поднялся на ноги.

– Может, и да, а может, и нет. Не решил пока. Что ж, судари мои, время обеденное, и вы приглашены на обед у меня во дворце. Не окажете ли вы мне честь, отобедав со мной и супругой? Разговор можно продолжить и за едой.

Бизон со Свином устроились на широком заднем сиденье Бизонова пневмоглиссера, а остальные – на откидных сиденьях, лицом к ним.

– Я на обед почти каждый день домой езжу, – пояснил Бизон, как только пневмоглиссер заскользил вперёд. – Людям обычно говорю: потому что стряпню нашей кухарки люблю.

Сделав паузу, он запустил пальцы в бороду.

– Да, так и есть, люблю. Но на самом деле дома обедаю не поэтому. Не поэтому, а затем, чтоб обсудить с женой образовавшиеся за утро дела. И вот сейчас хочу поговорить с ней обо всём этом. Прежде всего, Шёлка она знает куда как лучше, чем я…

– Должно быть, ты о майтере Мяте, – догадался он. – В написанной нами книге мы – моя жена, Крапива, и я – взяли на себя смелость предположить, что вы с майтерой Мятой могли пожениться, но заключили ли вы брак в действительности, точно не знали.

– Хор-рошая девочка!

Бизон рассмеялся.

– Только, будь ласков, майтерой её не зови. Она ж больше