Современная зарубежная фантастика 6 - Адам Пшехшта

– Спи спокойно, – шепнула Риа. – Я буду рядом, охранять твой сон.

* * *

Магнус потер лоб, стараясь прогнать нарастающую головную боль. Уже час он просматривал рапорты, стараясь не шевелить губами во время чтения. Пять лет прошло, а для него это по-прежнему была самая трудная часть работы. Хотя нет, была еще одна, похуже. Написание рапортов. Сколько он ни тренировался, его ладонь так и не привыкла к перу. Буквы всегда выходили кривыми, и почти каждое слово было с ошибкой. Обычно Люциус переписывал все, перед тем как отсылать в архивы Скалы Воронов.

Стук в дверь вырвал Магнуса из задумчивости. Он беспомощно огляделся, словно ожидая, что на стук ответит кто-то другой.

– Войдите, – ответил он наконец.

В комнату вошла Заря. Вошла и встала, как будто бы не зная, что делать дальше.

– Я слушаю. – Магнус жестом пригласил ее подойти ближе.

Девушка осторожно подошла. Прикусила нижнюю губу, пытаясь выдавить из себя слова.

– Я… хотела спросить… – пролепетала она наконец. – То есть… Я здесь, потому что ты был моим героем и я никогда не могла перестать думать о твоем визите в нашу деревню и о том, как ты спас всех от этой твари. – Она выстреливала слово за словом так быстро, что ее трудно было понять. – И когда я попала сюда и встретила тебя, и это было волшебно, и теперь, когда мы работаем вместе и я подумала, ну, то есть это очень глупо, но я знаю, что у тебя никого нет, и поэтому мне пришло в голову, что спрошу, может, ты хотел бы быть со мной, – с трудом перевела дыхание.

Магнус с минуту глядел на нее так, будто только что получил обухом в лоб. Мигрень заметно усилилась.

– Что?

– О Господи. – Девушку явно охватила полная паника. – Извини, это была глупая идея, я лучше пойду уже…

– Твое предложение очень… И ты тоже очень… но я твой начальник. – Магнус попытался принять успокаивающий тон.

– Только пока не вернется Натаниэль.

– Да, но это не отменяет того, что ты рекрут. – Он наконец нашел аргумент. – А я Серый Плащ. Безответственно. Вот верное слово. Это было бы безответственно. Я бы не хотел тебя использовать.

– Но это же я предлагаю. Я… – Она наклонилась над столом и поцеловала его.

Сначала Номад и вправду хотел отстраниться, но не сделал этого. Напротив, он непроизвольно ответил на поцелуй. Когда их губы наконец разъединились, в помещении повисла тишина. Магнус прекрасно знал, что должен сейчас сделать. Что сделал бы каждый добрый Стражник, каждый приличный человек. Но одновременно какая-то часть его разума могла думать лишь о том, как сильно ему не хватало прикосновения женщины. Любой женщины. И еще эта бумажная работа. Так хотелось заняться чем угодно другим. Наконец он встал, обошел столик и обнял девушку. Один только раз, подумал он, чувствуя, как уходит головная боль. Один только раз.

* * *

Маленький Дункан заснул уже несколько минут назад, но Люциус продолжал читать сказку о скорпионе и лягушке. Не любил оставлять незавершенных дел, невзирая на обстоятельства. Когда скорпион наконец признался, что умеет плавать, и поплыл к берегу, Серый Стражник медленно закрыл книжку и отложил на столик. Минуту вслушивался в дыхание сына, а потом взял свечку и пошел в соседнюю комнату.

Несмотря на поздний час, Амелия сидела у стола, переписывая какой-то исторический трактат.

– Тебе надо лечь, – сказал ее муж, входя в комнату. – В твоем состоянии тебе вредно переутомляться.

– Кто из нас акушерка?

– А кто из нас настоящий врач?

– Только потому, что женщинам не дают в Империи пафосных титулов. Или хочешь об этом поспорить? – смерила его взглядом.

– Я не посмел бы. Знаешь, я могу дать это переписать кому-нибудь из рекрутов. Я практически уверен, что хотя бы часть из них умеет писать.

– Не преувеличивай, до родов еще больше двух месяцев. Ты же не будешь все это время с меня пылинки сдувать.

– Разумеется, нет, – ответил он довольно неискренне.

– Ты чересчур переживаешь. Это ведь должна бы быть моя роль. Я буду рожать, а мы оба не раз видели, насколько опасны роды. Вообще, если бы я могла поговорить с этим вашим Господом, я бы высказала ему ряд нелестных замечаний на тему того, как он спроектировал женскую физиологию.

– Именно поэтому я уверен, что он постарается отложить вашу встречу как можно дальше.

– Отличная тактика. – Амелия усмехнулась. – Хорошо, я лягу, но только потому, что ты волнуешься, а не потому, что не смогла бы продолжать работу, – подчеркнула она.

– Я и не мог бы подумать иначе, – ответил он с благодарностью и помог ей перебраться в постель.

Амелия легла и схватилась за живот.

– Пинается, – сказала она.

– Очень подвижный. Или подвижная, – немедленно поправился Люциус. – Это добрый знак.

Он лег рядом и прижался к ней. Все, что только считалось важным, было здесь, рядом с ним. В эту минуту всем остальным миром мог заниматься кто-то другой.

* * *

Была уже ночь, когда Натаниэль вернулся в свою комнату. В резиденции короля Гракха царила тишина. Серый Стражник уселся на кровати и перевел дыхание, пытаясь успокоить дрожь в руках. То, что случилось этим вечером, очень сильно его пугало. Он вступил в глубокую воду, в большую политику. А Совет хотя и утвердил его идею, но в детали предпочел не вдаваться. И если что-то пойдет не так, то Орден тут будет ни при чем, все спишут на безумный план одиночки, начальника Командории. И более того, такое положение еще и не учитывало, не могло учитывать на момент принятия, что в деле будет участвовать род Эверсонов. Князь уже понимал, что дело плохо, еще с момента, когда Спуриус появился в Остроборе, но никак не мог предположить, что все зашло столь далеко. Что ему не удастся пройти через это, не выбирая свою сторону. И даже сейчас какая-то часть его разума тщетно пыталась найти такой выход из ситуации, который позволил бы ему остаться нейтральным.

– Долгий вечер? – спросила брюнетка, прижимаясь к его плечам.

– Мучительный, – ответил он сонно. – И, что самое плохое, он еще не кончился.

– Для тебя кончился, – сказала она, целуя его шею. – Ложись, отдохни. Ты сейчас уже все равно ничего сделать не можешь. И тебе нужны будут силы на то, что случится потом. На войну.

* * *

Вильгельм вытер кровь с ножа.

– Я забыл передать тебе сообщение, – запоздало спохватился он. – Вечно об этом забываю, – обратился он к телу в лохани. – Ну да