Фантастика 2026-149 - Кирилл Геннадьевич Теслёнок

С пятерыми новичками, к которым в подразделении его прикрепили, уже вечером познакомился. Желторотики. Добровольцы, решившие в тяжёлое для Родины время долг свой ей отдать. Всё правильно. Молодцы! Только ведь в такой части, как эта уже подготовленные бойцы должны быть. Хотя бы полгода повоевавшие. Понявшие суть войны.

На улицу вышел, когда темнеть начало, а в тёплом, застойном воздухе кружилась мошкара, и в кронах немногих деревьев и кустах, на манер лесопилки звенели цикады, звук которых был острым, резким и напрягал слух.

– До общаги твои новые сослуживцы проводят. – Объяснил Аверин. – Указание на размещение дано, а мне ещё к Фадееву зайти нужно. Завтра к девяти подходи.

Это любому стороннему человеку, никаким боком не связанному с армией, трудно привыкать к устоявшемуся быту, адаптироваться в условиях армейского общежития. Любому, но не такому, как Хильченков, который успел пройти горнило казармы, выездов в командировки и войну. Только на порог зашёл, сразу попал под юрисдикцию коменданта общежития Виктории Андреевны Даманской. Уж что там этой мудрой женщине Аверин напел о нём, тайна за семью печатями, но разместила его в одноместный номер на первом этаже общежития. Красота! Это несмотря на спартанскую обстановку. Кровать, стол, тумбочка, шкаф. Особый предмет уважения к жильцу – холодильник «Бирюса», которому уже 100 лет в обед будет. Но всё же он есть.

Однако устал за день. Сходил в душ и отрубился.

Услышав стук в дверь, кинул взгляд на часы,.. «Кому это в такую рань неймётся?» …потому даже не почесался. Второй день здесь и вряд ли что-то неординарное случиться могло, тем более, на замок он дверь не запирал, и если в неё не полный дурак стучится, вполне допетрит толкнуть от себя и войти.

Как раз тот, кто стучался, под категорию «дурак» не попал. Дверь со скрипом приоткрылась, в образовавшийся проём протиснулось тело одного из соседей, с которыми вчера имел честь познакомиться. Позвал:

– Старшина, ты часом не очешуел? Все уже на зарядку собрались. Тебе особое приглашение нужно? Майор проведение утренней зарядки нами, под контролем держит. Смотри, нарвёшься!

Недовольно откликнулся, всё же голос не повышая:

– Слышь, лейтенант, закрой дверь с той стороны. С майором, я как ни будь сам разберусь.

Дальше? Дальше, день за днём покатились рабочие будни, похожие один на другой…

Аверин встал перед строем подразделения, полностью экипированного, как на боевой выход. В строю стояло тридцать один человек. Окинул оценивающим взглядом каждого, потом обратился персонально к новичкам:

– Сегодня и каждый день, заниматься мы будем преимущественно тремя вещами: стрельба, физическая подготовка, рукопашный бой. Так как вы практически должны это всё уже уметь, задача значительно облегчается. Надо отточить то, что вы хорошо умеете, и вспомнить то, что успели забыть. Кроме того, поупражняемся в диверсионной и штурмовой деятельности. Ваши наставники подскажут, подправят, и если что не сразу получаться будет, помогут справиться с задачей. Вопросы? Нет. До полигона номер четыре, отсюда десять километров. За мной, бегом, м-марш!..

Вот всю неделю и занимались. Уходили утром, возвращались вечером. У новичков уже даже что-то получаться начинало, тем более в состав новых двоек вошёл боец, которого привёл сам Аверин. Сегодня в программе занятий обычная, самая тривиальная штурмовка.

Сейчас они как раз отрабатывают штурм группы зданий, разбросанных в небольшой, хилой лесополосе. Шесть бойцов уже довольно чётко знают, что им делать. Две пары прикрывают штурмовиков с флангов, еще две пары ловко, используя малейшие складки местности, подбираются вплотную к небольшому одноэтажному зданию.

–Штурм! – звучит приказ в головном телефоне раций, настроенных на общий канал связи. Галл – «глаза» штурмовиков. Он внимательно наблюдает за их действиями сверху, используя для этого квадрокоптер. Аверин на общем контроле, у него, помимо молодняка и «старички» участвуют в нелёгких играх мужчин, но у них своя задача и выполняют её отдельно от новичков. Тем ещё рано с профи работать.

В дверной проём и окно, летят учебные гранаты. Следом за ними туда же ловко «заходят» обучающиеся науке бойцы, прикрывая друг друга и зачищая помещения.

–Чисто! – звучит отчёт одного из штурмовиков с позывным Змеёныш. Этот позывной лейтенанту Нансену достался, за его тату с червяком в капюшоне. И тут же по команде группа слаженно отходит на исходные позиции – по легенде враг нанёс минометный удар по занятым малой группой зданиям.

– Уже лучше! – в микрофон констатирует Галл.

Солнце жарит несусветно. Пот по щекам катится ручьём. Одежда от него промокла, просолилась. Так ведь нелегко в ученье, легко в бою. Дальше по программе у новоявленных штурмовиков отработка штурма окопов. Длинная линия укреплений, местами перекрытая сверху снарядными ящиками, заполненными землей. Это специально так сделано, чтобы бойцы тренировались ниже пригибать голову. Сегодня Галл, для новичков – гад, изувер и беспредельщик, снова поменял «правила игры», чтобы подготовить штурмовиков к любым неожиданностям. Бойцы хоть ненадолго смогли передохнуть. Снаряжают магазины трассирующими патронами – в зоне СВО и тем более за линией фронта ДРГешники их вовсе не используют.

– Шустрей! Шустрей! – подбадривает Галл. – Подъём! Боеприпасы не экономить, назад не понесём.

В отличие от всей остальной пятёрки, пришлый не стонет, он вообще немногословен, но по всем прикидкам дело своё, как «Отче наш!» знает, работает на совесть без единой ошибки. Его даже Галл ни разу «не тронул». Вчера, когда приём пищи в обед устроили, высказался:

«Учитесь парни. Там, куда послать могут, война особенная. С ножом в зубах ночью ни к кому уже не приползёшь. Новые технологии, мать их так, постоянно учиться приходится. Нужно Галлу сказать, чтоб потренировал противодействию сбросам с коптеров».

– На штурм выдвигаются три двойки. – Голос Аверина в сети. – Задача – занять вражеский окоп. Вперёд пошли! Тихий,.. Это он Хильченкова, вместо «Сникерса», СВОшным позывным окрестил. …основная ударная сила!

Пошли-пошли! Бойцы работают слаженно – страхуя друг друга и ведя беспрерывный огонь, чтобы враг, будь он в окопе, не мог даже поднять головы. Двойки меняются, бойцы «зачищают» траншеи автоматным огнем – трассеры то и дело вспыхивают яркими искрами, ударяя в стену окопа или в ящики из-под снарядов.

– Контратака справа! – новая вводная майора.

По цепочке передали пулемётные ленты, и спустя несколько секунд к звонким автоматным «голосам» присоединяется пулеметный «бас» от Волонтера – прапорщика Парамонова. Огонь выкашивает небольшую просеку в молодом пролеске неподалеку. Бойцы парами, прячась за деревьями и пригорками, покидают окоп.

–Выход! – звучит по рации голос Аверина.

И