Фантастика 2025-149 - Сергей Хардин

не враз отличишь, только их лич ещё на солнце плевать хотел и в крови б не нуждался. Мало тварям долгой жизни может было, вот и изгалялись в поисках вечной — усмехнулся в конце своего спича вирдман.

— Ни первое её тело, ни второе не выглядело живым — качнул я головой.

— Так её считай просто сторожем посадили, похоже ещё и без собственного согласия. Опять же неактивное это состояние, чтоб ключик к своим оковам на досуге не подобрала… В общем тут скорее всего было что-то попроще, а не самый лучший вариант. Хотя это по большей части мои предположения, основанные на слухах и домыслах. Прочитаю книги, что ты притащил, может другое скажу. Совсем в идеале бы нос сунуть в главную библиотеку Дома Хрустального Снега, но ну его к Суртуру. И опасно, и есть знания, которым лучше быть забытыми — закончил старик, явно не собирающийся убегать от смерти.

— Наверное так — согласился с ним я — Хотя конечно раздел големостроения я бы там с удовольствием прибрал к рукам.

— Прям сильно хочется? — приподнял наставник бровь.

— Это явно ритуальная магия, она всегда у меня хорошо шла, наверняка что-нибудь толковое научился бы собирать. К тому же големов не жалко, а вот людей да — пришлось пояснить мою точку зрения. Да и были у меня довольно обширные идеи на тему создания фэнтезийных терминаторов, которые южного рыцаря без проблем на скаку остановят и отожмут у бедолаги коня с доспехом да оружием.

— Пожалуй самый странный повод заниматься оживлением неживого, о котором мне приходилось слышать — усмехнулся Гринольв — Но по хорошему не лез бы ты в это дело по крайней мере до тех пор, пока ученика не доучишь. Не надо подавать ему плохой пример.

— Спасибо за совет — кивнул я. В словах учителя был резон, впрочем как и всегда. Заниматься подобным хуже, чем курить и пить перед школьником, который может втихаря начать повторюшничать. А генетика у него того, не шибко благополучная, есть в крови склонность ко всякому нехорошему. Тут уж лучше и самому на чём-нибудь светлом сосредоточиться или хотя бы требующем хорошего самоконтроля вроде техник духа.

— Для того и нужны учителя — пожал Гринольв плечами.

— Ландсби-то в безопасности будет? — задал я интересующий меня вопрос — Что фундамент новых стен возводят видел, но всё же. Много трофеев — это всегда много зависти.

— Лучший способ избежать беды, быть к ней готовым. Не забыл ещё мои уроки — фыркнул старик — Работаем, нормально всё будет. Сейчас тут сватов много и все из дружественных родов, но уедут всё-таки они не без остатка. Да и парочку учеников я тоже позову, пусть раньше зимы явятся и приведут кого, как раз всем жильё возведём. Опять же охочих дренгов можно сейчас звать, чтоб всю зиму гонять, под руководством их родичей, на прокорм чай злата хватит. В общем облезут к нам тут рыло совать, пятак оторвём.

— Это радует — улыбнулся я, представляя себе нарождающийся учебно-производственный центр с дренгами и верфями — Сюда бы ещё Бруни подтянуть, вообще бы хорошо было.

— Нет уж, пусть старый кобель и дальше сидит в Викре, нам нужны там глаза и уши — не согласился со мной учитель — Сам-то в следующий сезон что думаешь делать, кроме как выгребать припрятанные трофеи?

— Планов как всегда много — усмехнулся я, начав рассказывать учителю о своих идеях. Как и когда я был мелким, перед нами стоял душистый чай, а этот мир по прежнему был огромен и полон чудес, к которым мне хотелось прикоснуться. Пусть даже не рукой, а острым клинком, ведь не все они добрые, белые и пушистые. Злых, тёмных и чешуйчатых тоже хватает, но так жить даже интереснее.

Тимофей Иванов

На пути к цели

Пролог

Лес рядом с рекой хранил молчание, а природа вокруг пребывала в той особой тишине, что бывает лишь на рассветной заре, когда даже ветер не смеет тревожить листья и ветви деревьев, а над водами озёр стоит лёгкий туман. Солнце же начинает свой путь по небосводу, окрашивая небо на востоке в розовые тона и даруя свой яркий, но ласковый свет всему Свангарду и всем его детям. Однако природа не может оставаться в тиши вечно или хотя бы сколько-нибудь долго, жизнь это всегда движение и шум. В лесу издала приветственный стрекот ранняя птаха, встречая светило и утро нового дня. Ветер наконец проснулся и стал сдувать туман над водой, заставив заодно слегка зашелестеть камыш. Ну а я насадил дождевого червя на крючок и закинул его чуть вверх по течению, начав наблюдать за неторопливым движением поплавка на поверхности воды. Река тут была спокойной, потому можно было особо не торопится и ждать, когда поплавок выберет длину удочки и шёлковой нити, прежде чем опять перебросить крючок в ожидании поклёвок.

Рыбалка — занятие медитативное, кто бы там чего не говорил. И оно мне чертовски нравилось что в прошлой жизни, что в этой. Первую я провёл на Земле, ну или в Мидгарде, это уж кому как нравится. Успел и Союз застать и капитализма хлебнуть, покуролесив в лихие девяностые. Впрочем тогда приходилось куролесить, если не хотел нищенскую инженерскую зарплату получать, которую ещё и задерживают через раз или выдают продукцией. Однако я не оскотинился и не прогорел в ноль, сумел даже детей поднять и отдал концы уже в двадцать первом веке гаджетов и высоких технологий, вытащив на рыбалке свою последнюю щуку. Сердце по всем признакам не выдержало, так бывает.

Однако даром что смерть — это то, что бывает после жизни, у меня почему-то случилась жизнь после смерти. Причём ни ангелов, ни чертей я не встречал, а просто вывалился из странной реки золотого света и переродился новорожденным ребёнком, не забывшим своё прошлое воплощение, как сказали бы буддисты. Может даже обозвали бы бодхисаттвой или как там у них таких называют. Мой же новый отец, Йоран сын Калле, назвал меня Альвгейром, что значит эльфийское копьё. В силу того, что моей матерью была эльфийка, я получился остроухий и несколько более тонкокостным, чем обычно бывают дети народа, который все остальные называют северными варварами. Мы же гордо величаем себя ассонами, то есть сынами асов и плюём на мнение всяких хилых южан. Возможно