Фантастика 2026-134 - Мария Заболотская

― Да, который на Зуле.

― Невозможно, ― отрезал бывший сальшиен.

― И я бы так сказала, если бы не видела своими глазами, ― тяжелый вздох.

А я надеялась, что хоть он прольет свет на эту загадку всей моей ночи. Оторвав, наконец, голову от стола, я глянула на висящие над нами часы. Если я правильно определила, то у нас с Парноном разница в четыре часа. В Зирее сейчас десять утра, у них шесть. Как раз время для сбора трав. Ведьмы рано встают и варят зелья только из свежих трав. Значит, старушка разносит растения с утра и по вечерам и зайдет ко мне с минуты на минуту. А это возможность узнать больше!

Я подорвалась с места и рванула по коридору в лавку, кликнув демона с собой.

― Да что произошло? ― непонимание ситуации раздражало такого сильного воина.

Вот пускай прочувствует мое вчерашнее состояние на себе.

― Сейчас все сам увидишь.

Я отодвинула баночки с зельями в сторону и явила рычаг пред светлы очи демона. Не ожидая от него мгновенной сообразительности, дернула переключатель вниз, такое определение ручке даже больше подходило. Тут же свет за окнами сменился мраком, а утреннее деревенское галдение тишиной просыпающейся столицы.

― Ты что-то сделала, но я никак не пойму, что. Все мои рецепторы кричат, что мы не на Дризе.

Ого, даже я не заметила перехода, а он так легко определил наше местоположение. Хотя, о чем это я, это его материк.

― Ты сюда смотри, ― и я открыла дверь.

Лицо сразу обдало теплом. Пусть сейчас раннее утро, но в Парноне лето, и воздух кажется чуть ли не горячим после суровой зимы.

― Я только слышал об этом, но никогда не видел, ― глухо проговорил Зарза, медленно спускаясь с крыльца.

Я, не отставая, шла за ним. Все тот же вчерашний дворец, городской огромный парк и еще закрытые лавочки. Хотя парочка уже открылась. Одной из ранних была кондитерская. О-о-о, какие перспективы предстали передо мной. Свежая выпечка к завтраку, м-м-м. Правда, к позднему, но это не страшно. Запах, что плыл по площади, был божественен, и его источник стоил того, чтобы повременить с завтраком на часок.

― Нея, это ведьмин тотем, ― демон, в отличие от меня, не рассматривал окрестности, а аккуратно водил рукой по деревянным брусьям моего домика.

― Здесь живет дух. Его разделили и вплели в защиту обоих домов, ― его смуглая рука скользнула в небольшую неровность дерева и продолжила путь к углу дома.

― Половина души в этом доме, половина в твоей лавочке в Лесовичке. Поэтому они могут объединяться. Единство души. Две половинки всегда найдут друг друга, ― и ладонь Зарзы соскользнула в конце стены, не став продолжать путь за угол.

― Ты много знаешь о ведьмах, ― заметила я, надеясь на пояснения, и они не заставили себя ждать.

― У ведуний и демонов всегда были непростые отношения, ― он сел на ступеньки, и я последовала его примеру.

Все же неизвестно, во сколько старушка разносит травы, а в ногах правды нет.

― Мы либо стремились поубивать друг друга, либо любили до гробовой доски, ― он усмехнулся, вспоминая о чем-то. ― Моя бабка была ведьмой. Она прокляла моего деда, а тот, не будь дураком, взял ее в жены и обещал, что отпустит, как только та снимет свою ворожбу. Так и прожили душа в душу почти четыре сотни лет. Больше бабушка не выдержала. Она так и не призналась деду, что проклятие сняла еще в день свадьбы, а он молчал о том, что под руку ведьмы попал специально. Больно нравилась ему бойкая Литана, да старшие к демону не отпустили бы.

Сальшиен замолчал, а на его лице играла теплая улыбка с грустными складочками в уголках. Я не прерывала его уединения, ровно до того момента, как перед нами, откуда ни возьмись, выскочила вчерашняя старушка с котомкой.

― Давно ли ждешь, девонька? ― добродушно спросила женщина, но потом заметила Зарзу.

― Чёйт демон на твоем пороге топчется? А ну кыш, окаянный. Своими рогами усю благодать у молодой ведьмочки выпьешь, ирод хвостатый!

И боевая старушка врезала ироду клюкой промеж рогов.

― За что? ― по-детски обиженно возмутился демон. Видать, от бабки ведьмы получал не раз.

― За думы пакостные и лапы длинючие. Не дам молодку извести! Ведьмы ― народ нами почитаемый, ― все бушевала бабулька, а демон пятился в дом.

― Куда-а-а?

Старушка тут же заметила побег и подцепила изогнутой клюкой ногу Зарзы, отчего тот упал и съехал со ступенек прямо под ноги разошедшейся старухи.

― Ты куда оглобы свои навострил, баран плешивый! Нечего тебе в доме у красуни делать, ― и моя новая знакомая травница схватила девятого воина Сальши за ухо и, как нашкодившего мальчишку, потащила прочь с площади. Где-то за углом моей лавки слышались стоны Зарзы и грозное бормотание старушки.

― А ну околицей пошел! А то ишь, крылы перед девкой неразумной распушил. Тьфу, темное отродье!

А я больше не могла сдерживаться и хохотала вовсю. Кто ж знал, что мою честь будут так яро защищать. Похоже, ведьм здесь на самом деле очень любили и ценили. Не то, что у нас. Когда травница вернулась, я уже более-менее пришла в себя. Зарзы на горизонте не было. Боялся повторения схватки, где победитель заранее известен, вот и не высовывался.

― Ты, девка, мне это брось, ― погрозила пальцем старушка. ― Они на диво красивые, да рога козлиные не зря на лобешне торчат. Пробьют сердце доверчивое и реветь тебе в сенях. Не дай боги, тяжелая останешься, да сломленная.

На этих словах старушка начала доставать из корзины, прикрытой платком, связки разнообразных трав.

― Ты б куда положить принесла, ― справедливо заметила травница.

Я тут же рванула в лавку за корзинкой, которую приметила у выхода. Там несколько висит на стене, но самая маленькая как раз подойдет. Уже в доме до меня донеслось доброе бурчание бабушки.

― Ох и нерадивая девка у Сердолики. Да сильная, глаза не брешут.

Когда выбежала из дома, старушка уже держала мою порцию трав в руках. Я аккуратно положила их в корзину и задала, как мне казалось, закономерный вопрос:

― Сколько я должна вам?

― Брось, девонька! Кто ж в своем розуме с ведьмы деньги возьмет? ― и она поспешила отойти от меня.

― Ох, сильно ты молоденькая, — продолжила бурчать травница.

― Мне семьдесят восемь, ― сказала, как бы невзначай.

― Так мне ж семьдесят шесть… Так у меня ж правнуки! Ты ж не понесла еще ни разу, ― старушка была растеряна.

Еще бы, даже ведьмы в моем возрасте выглядят зрелыми, а я девчонка девчонкой.

― Не забивайте себе голову, бабушка, ― я приобняла старушку за плечи. ― И спасибо за травы.

― Через два дня еще занесу, девонька. Ох, светлая ведьма! ― исправилась на почтительное обращение травница. ― Так той рогатый твой что ли?

― На перевоспитании, бабушка, ― и я подтолкнула старушку в сторону площади.

― Меня Благомира звать, если что.

― Нея, ― и я кивнула, давая знак, что отпускаю ее дальше по делам.

― Эй, баран плешивый, долго в кустах сопеть будешь? ― позвала демона на перевоспитании, когда старушка