Фантастика 2026-48 - Svetlana Zorina

– Вы?

– Белые тиумиды. Мы должны понять, кто он такой, и помочь ему освободиться.

Перед тем, как проститься с Сифаром, Гинта попросила его показать могилу Талафа. Сын Тахуна и Кайны был похоронен под открытым небом, недалеко от своей родовой усыпальницы. Его могилу украшала фигура нафта, держащего два скрещенных кинжала. Гинтой овладело странное чувство. Здесь лежал человек, которого с детства прочили ей в мужья. И он хотел стать её мужем. Чтобы занять трон правителя Ингамарны. А когда понял, что этот путь к трону для него закрыт, вступил на другой путь, в конце концов приведший его к гибели. Интересно, где сейчас Суана и что она затевает. Такие не успокаиваются.

– Даарну небезопасно оставаться в наших краях, – сказал Гинте старый Аххан. – Обвинение с него сняли, но от родичей Талафа можно всякого ожидать. Тахун убит горем и озлоблен. Он больше не имеет права заседать в совете, а если опять возьмется за интриги, его лишат титула аттана. Кайна потеряла рассудок, и, похоже, никто не в силах ей помочь. Талаф был смыслом её существования. А Суана… Эта опасней всех, и никто не знает, где она сейчас. Может, Даарну лучше уехать с тобой в Эриндорн? Он же мечтал о высшей школе.

Таким образом, история, начавшаяся столь ужасно, обернулась для Даарна благом. Вместе с ним в Эриндорн отправились Мина и её младший брат Каит. Родители, которые раньше и слышать не хотела о валлонском городе, теперь были даже рады отослать детей куда-нибудь подальше. Никто не сомневался, что Суана горит желанием отомстить за смерть своего дружка и за свои рухнувшие планы. Как-никак это Мина помогла её разоблачить. Каиту тоже грозит опасность. Вдруг проклятая колдунья вздумает отыграться на ребёнке. Трудно ли расставить ему сети? Мальчишка везде бегает, не держать же его на привязи…

Даарна, Мину и её брата поселили в южном крыле дворца, где жили ученики вышей технической школы, не имеющие в Эриндорне своего собственного жилья. Даарн и Каит на следующий же дань приступили к учёбе – каждый в своей школе. Молодой валлон чувствовал себя здесь, как рыба в воде, а вот за Каита Гинта поначалу беспокоилась. Сумеет ли он освоиться в новой обстановке? Всё-таки сантарийских детей в эриндорнской школе гораздо меньше, чем валлонских. Сантарийцев только недавно стали туда принимать. Но волновалась она зря. Каит, такой же общительный и покладистый, как я его сестра, быстро сблизился с новыми товарищами, тем более что благодаря Даарну он уже знал валлонский язык и основы точных наук, которые преподавали в школах второй ступени.

Мина тоже не скучала. Она научилась водить тайпу и часто ездила в Средний город, где, в отличие от тихого, аристократичного Эриндорна, всегда царило оживление и было много сантарийцев. Девушки из знатных эриндорнских семей не спешили заводить знакомство с юной сантарийкой. Покровительство Гинты спасало Мину от враждебного отношения, но подруг в Верхнем городе она так и не завела. Зато у неё появилось много новых приятельниц в Цветочном квартале Среднего города, где жили в основном сантарийцы. Там же был дом Таввина, которого Гинта и Мина иногда навещали.

– Теперь хоть в Ингамарне перестанут считать меня изгоем, – говорил Таввин. – Вон уже сколько наших сюда понаехало.

Злополучное аллюгиновое зеркало тайком переправили в Хаюганну. Эрлин не возражал.

– По мне так пусть лучше будет подальше отсюда, – сказал он. – Без него забот хватает.

Закон об уничтожении каменных статуй «бога» был издан, а заодно и множество других законов. Эрлин сделал Гинту членом своего Совета. В начале года они вдвоём в сопровождении солидной свиты много ездили по стране, нанося визиты местным правителям. Каково же было изумление абеллургов, когда однажды на совете Эрлин объявил о своём намерении отозвать из всех областей валлонских наместников и предоставить каждом мину то, что до сих пор сохранили только северные мины, – право на самоуправление.

– Неужели вы не понимаете, что их зависимость от Эриндорна – давно уже обман, которым вы себя тешите? Валлонские отряды немногочисленны, и несмотря на наше более совершенное оружие, сантарийцы нас не боятся. Они терпят наших наместников, они давно уже с ними смирились, ведь детей земли не назовёшь воинственным народом, но присутствие в каждом мине валлонского наместника как представителя якобы законной власти оскорбляет их достоинство. Вряд ли можно добиться полного взаимопонимания с тем, кого ты постоянно пытаешься унизить. Каждый минаттан располагает хорошей дружиной, но напрасно вы считаете, что, если вам понадобится их военная поддержка, они вам подчинятся. Другое дело, если мы попросим их помощи как друзья и союзники.

– Их помощи? – спросил Канамбер. – Их военная поддержка? Пресветлый, зачем она нам? С кем, кроме сантарийцев, мы ещё тут можем воевать?

– Эрса велика. Почему ты считаешь, что Сантара – единственная обитаемая земля на этой ангаме? Взять хотя бы страну за горами.

– Страну, которую покинули все, кто уцелел? – улыбнулся Канамбер.

– А ты уверен, что все, абеллург? Разве ты забыл об огромных северных лесах, где обитают варны?

– Но это же дикари…

– С тех пор прошло много лет. За это время дикари могли многому научиться. Варны всегда были воинственны. Возможно, сохранив прежнюю воинственность, они изобрели оружие, не уступающее нашему, и не сегодня завтра пожалуют к нам в гости…

– В таком случае страна тем более должна быть единой, а не раздробленной на отдельные области с самоуправлением местных царьков, – подал голос абеллург Аронд.

– Единство не достигается насилием, уважаемый Аронд, – сказал Эрлин. – И по существу, страна сейчас является раздробленной. Пусть единство будет следствием согласия. А согласие возможно только тогда, когда союзники чувствуют себя свободными и равноправными. Возвращая каждому минаттану все полномочия, я гарантирую ему невмешательство в дела его мина, но при этом мы с каждым из них заключаем договор о взаимопомощи в случае военной угрозы…

– Из-за гор, – не без иронии подхватил Канамбер. – Интересно, как они их преодолеют?

– Но мы же пришли сюда из-за гор. Да и кто знает… Может, у тех, кто там живёт, тоже есть дайверы.

Многие рассмеялись, и громче всех Канамбер, но его смех показался Гинте неискренним. Она сидела слева от Эрлина и, как всегда, старалась не замечать устремлённых на неё со всех сторон неприязненных взглядов. Гинта знала, что