Фантастика 2026-171 - Игорь Валерьевич Минаков

Я заглянул в мешок. Там было… много. Не просто много, а катастрофически, пугающе много рыбы, смотрящей на меня своими стеклянными, укоризненными глазами.

— Артем, — я попытался протестовать, подбирая слова. — Может, не надо? Оставь себе. Я же почти не рыбачил. Столько рыбы в мои планы точно не входило…

Господи, тут килограммов двадцать минимум! Может, все двадцать пять! Что я с таким количеством делать буду⁈ У меня морозильная камера в холодильнике рассчитана на три килограмма от силы!

— Не-не-не! — Артем замахал руками так энергично, что чуть не выронил мешок. — Никаких отказов не принимается! Все по-честному! Это твоя законная добыча! Ты честно ее заработал! У меня дома точно такой же мешок! Даже чуть больше — я себе головы оставил на уху! Смотри, что тут есть!

Он начал увлеченно перечислять, загибая пальцы, словно заправский торговец на рынке.

— Щуки — три штуки, одна почти на два кило! Окуни — штук пятнадцать, отборные, один к одному! Лещи — четыре здоровенных, жирных! И внимание — два судака! Судак, Илья! Это же деликатес! Из него такие котлеты можно сделать, пальчики оближешь! Или запечь в фольге с лимоном! Или уху царскую сварить!

— Но я не умею готовить рыбу в таких количествах…

— Научишься! — Артем уже пятился к двери, его миссия была выполнена. — В интернете куча рецептов! Главное — срочно обработать! Часть засолить, часть засушить, часть закоптить, если есть возможность, остальное — в морозилку! Но сделать это нужно сегодня! Максимум — завтра утром! А то испортится! Рыба — продукт скоропортящийся!

— Артем, подожди…

— Некогда ждать! — он уже был на лестничной площадке. — У меня дома Кристина ждет — обещал помочь ей с рыбой! Да, она тоже получила свою долю — я ей килограммов пять отделил, она же помогала, часть команды! В общем, спасибо за классную рыбаку! Незабываемые впечатления! В следующий раз без ножевых ранений обойдемся! Пока!

И он, сияя от гордости и чувства выполненного долга, умчался вниз по лестнице, оставив меня стоять в дверях с огромным, холодным и мокрым мешком рыбы в руках.

Фырк материализовался прямо на мешке и с преувеличенным восторгом принюхался.

— О, рыбка! Свеженькая! Вкусненькая! Речная, не магазинная! Двуногий, а судака мне пожаришь? С золотистой корочкой? А можно запечь в фольге с травками? А уху сваришь? Тройную, с водочкой?

— Фырк, ты же нематериальный! — я устало потер переносицу, занося мешок в квартиру. — Как ты собрался есть⁈

— Детали, детали! — отмахнулся бурундук, порхая рядом. — Главное — атмосфера! Запах! Эстетика процесса! Я буду смотреть, как ты готовишь, и получать эстетическое удовольствие!

Вероника вышла в прихожую, привлеченная нашими голосами.

— Кто это был? — и тут она увидела мешок в моих руках. — О! Это что?

Я медленно повернулся к ней, все еще держа тяжелый, пахнущий тиной мешок.

— Артем. Привез рыбу. А это, — я вздохнул, чуть поднимая мешок. — Занятие на наш выходной вместо кино. Это все нужно срочно обработать. Сегодня. Иначе испортится.

Глава 3

Вероника вытерла выступившие от смеха слезы тыльной стороной ладони.

— Ну и что? Это даже весело! Будем вместе рыбу обрабатывать! Я помогу!

— Ты умеешь? — с сомнением спросил я.

— Научусь! — она решительно тряхнула головой. — Сложного ничего нет — солить, сушить, в морозилку складывать. Справимся!

Она уверенно взяла тяжелый мешок из моих рук, словно принимая эстафету.

— Пойдем на кухню. Будем спасать наш улов. Знаешь что? Это даже символично! Вчера спасали людей, а сегодня спасаем рыбу от порчи!

Фырк одобрительно запрыгал по коридору.

— Вот видишь! Правильная у тебя девушка! Позитивная! Не ноет, не жалуется, а берет и делает! Женись немедленно!

— Фырк!

— Что «Фырк»? Я просто констатирую факт!

Мы перетащили мешок на кухню. Я, смирившись со своей участью, расстелил на столе стопку старых газет, достал самые большие разделочные доски, острые ножи и все имеющиеся в доме контейнеры.

Вероника уже деловито надевала фартук.

— Так, командир. Распределяй роли. Кто что делает. Ты же вчера доказал, что отличный организатор!

Я невольно улыбнулся. Ее энтузиазм был заразителен, и плохое настроение начало отступать.

— Хорошо. Ты — чистишь и потрошишь мелочь. Окуней, мелких лещей. Я — разделываю крупную рыбу. Щук и судаков. Потом вместе решаем, что солим, что сушим, что в морозилку, а что на ужин.

— Есть! — она взяла нож и с серьезным видом посмотрела на гору рыбы. — Приступаем к спасению рыбного улова!

Следующие три часа мы провели в рыбном аду. Или в рыбном раю — это как посмотреть.

Чистка чешуи оказалась отдельным, медитативным и одновременно дьявольски грязным искусством. Особенно у окуней — их мелкая, жесткая, как кольчуга, чешуя разлеталась по всей кухне словно серебристая метель на новогоднем празднике. Через полчаса мы оба были усыпаны этими блестками с ног до головы.

— Я выгляжу как русалка! — смеялась Вероника, пытаясь стряхнуть прилипшую к щеке чешуйку. — Или как дискотечный шар!

— Добро пожаловать в гламурный мир рыбообработки, — усмехнулся я, принимаясь за щуку.

Щука была настоящим речным монстром — почти два килограмма чистого, плотного хищного мяса. Ее усеянная иглами зубов пасть даже в мертвом виде выглядела угрожающе.

Интересно, сколько мелкой рыбешки она сожрала за свою жизнь? Теперь вот сама станет ужином. Круговорот рыбы в природе, беспощадный и справедливый.

Судаки были настоящими красавцами — серебристые, с темными тигровыми полосками, идеальной торпедообразной формы. Их мясо оказалось белым, плотным и почти без мелких костей.

— Из судака сделаем котлеты! — тут же решила Вероника. — И часть заморозим филе — потом можно будет запекать.

— Согласен. А из щуки?

— Тоже котлеты. Щучьи котлеты — это классика Моя бабушка делала потрясающие, с размоченным в молоке хлебом и луком.

Фырк носился по столу, деловито обнюхивая каждую рыбину и выполняя роль сверхъестественного контролера качества.

— Этот лещ протух! Нет, шучу. Свежак. А вон тот окунь подозрительно на меня смотрит! Может, он зомби-окунь?

— Фырк, не мешай!

— Я помогаю! Моральную поддержку оказываю!

К одиннадцати часам мы закончили первичную обработку. Кухня выглядела как поле боя после кровопролитного сражения. Чешуя была везде: на полу, на стенах, на наших лицах и волосах. Газеты пропитались рыбьей кровью и слизью. В раковине высилась мрачная