Пепельная Пустошь: Новая земля - Токацин

- Вторая вещь – медузы, - буркнул он. – Летучие. Кажется, их называют «кхансеша». Вижу, тут из них делают непромокаемые мешки?

- Ты внимателен, странник Хеммин, - без тени усмешки сказал Аэннари и оглянулся на эльфов; Эммадехкона подался в сторону, и его место рядом с князем пока никто не занял, но все смотрели очень внимательно, и в зале стояла тишина. – Эти летучие гости неприятны, но полезны. Оттого мы дали им дом в Фиранкане и укрытие от летних ливней для их потомства. Так что же ты хочешь сказать о канзисах?

«Канзиса,» - повторил про себя Гедимин. «Ну да, куда без искажений. Главное – название есть.»

- Вы пробовали их вываривать? – спросил он. – Получается серая тягучая масса – «сеш». Им можно пропитать ткань или кожу – она станет эластичной и водостойкой. А можно сделать что-то из сеша. Не маленький мешочек, как из шкурки, а целый кожух.

Князь перевёл взгляд на шевельнувшихся эльфов. На их одежде было мало «цацек», но много вышивки.

- Дом Уэнкельви, расскажите страннику Хеммину о ваших делах – или же мне рассказать?

- Ни к чему, князь Аэннари, - быстро отозвался кто-то из дома Уэнкельви, подходя к Гедимину и чуть наклоняя голову. – Мы знали, что канзисы прилетели сюда ещё до Изменения. Но что мастера эсков успели взять их в оборот?.. Ты прав, древний странник. Таковы свойства кожи канзис. Мы лишь не дали названия тому, что ты зовёшь сешем. В этом, возможно, наше упущение – но мы не увидели в этой вещи пользы. Отдели её от кожи канзисы – и она утратит прочность, и вода, солнце и ветер быстро её разрушат. Она делает ткань тягучей и сама становится крепче – но такую одежду не наденешь ни в жару, ни в холод. Воздух она не пропустит к коже, а воде не даст испариться прочь. Дом Уэнкельви не понимает, в чём смысл этой вещи.

Гедимин мигнул. «Да, естественно. Они давно всё проверили. Только им не удалось получить гзеш. А сам по себе сеш… ну да, он непрочный.»

- Вы не пробовали укрепить эту выварку? Смешать её с чем-нибудь, чтобы она не рвалась? А потом, если добавить мелкого волокна, можно получить дышащие плёнки. И непромокаемая ткань… её необязательно надевать на себя. Можно обшить лодки, чтобы не промокали. Сделать паруса.

Эльфы переглянулись.

- Лодки микана не тонут от намокания, - отозвался Аэннари. – И наши паруса ни к чему делать тяжёлыми.

- А помнишь ли ты, что делает сеш крепким – и какое волокно даёт дышать тому, кто в него одет? – спросил эльф из дома Уэнкельви. Гедимин открыл было рот – и прикусил язык. «Мать моя колба! И правда – где они тут найдут того червяка с Равнины… или сааг-туула?»

- Да, интересный способ, - пробормотал Аэннари, слегка улыбнувшись – Гедимин упустил лёгкую «щекотку» на затылке, а ему, кажется, втихаря запустили в мозги сканирующий луч. Сармат смутился было, но тут же угрюмо сощурился.

- Да, таких зверей тут нет, - подтвердил, взглянув князю в глаза, эльф-Уэнкельви. – Но есть другие. Приходи в нашу башню, странник Хеммин. Мы дадим тебе шкурки канзис и разные части зверей и растений – и котёл и печь по твоему слову. Оставайся у нас хоть до солнечных дней. Может, ты преуспеешь там, где мы отступились.

Гедимин уже устал мигать, но веки всё равно дёрнулись. «Меня пустят в лабораторию?! Не в цех стеклодувов, но всё-таки хоть куда-то… И если опыты со стеклом пойдут не так, я точно услышу. Взрыв трудно спрятать.»

- Спасибо, - пробормотал он. – У вас там крепкие стены?

Двое эльфов сдержанно улыбнулись.

- Мастер-сармат может пробить скалу травинкой, - сказал «ткач». – Даже и не по своей воле. Но не бойся нанести ущерб дому Уэнкельви. Князь Аэннари…

- Да, - отозвался правитель города. – Странник Хеммин, сейчас тебе нужны отдых и пища. Завтра утром дом Уэнкельви пришлёт за тобой крепкий плот. Мастера-сарматы ещё не работали в Фиранкане. Успех тебя ждёт или неудача, - не скрывай ничего!

…Шары-светильники унесли, оставив один за опущенной завесой. Гедимин, доедая эльфийский «кебаб», опустился на высокую груду циновок. Под ним она просела, и сармат свернулся в яме, как в гнезде, и еле слышно хмыкнул. «В горячий цех не пустили. Ладно, займёмся органической химией. Были бы целы записи по Равнине! Гзеш-то дорабатывал не я, а химик Альгот. Какие свойства были у второго компонента? И каким должно быть правильное волокно?..»

30.04.203 от Применения. Западная пустошь, южное побережье, город Фиранкана

Утром Гедимина ждала эльфийская еда, солнце в приоткрытый дверной проём, тихий разговор плотовщиков на «крыльце» и слегка приунывший Энкесви.

- Дом Уэнкельви! Знаешь, почему они не боятся за свои стены? – он недовольно дёрнул углом рта. – Они отвезут тебя в дом на воде. В таких они работают со странными вещами. Пусть он сгорит, пусть потонет, - башня Уэнкельви не качнётся!

Гедимин хмыкнул.

- Разумно. Надеюсь, этот плот будет поодаль от других, - он представил себе очаг на тростниковом полу… м-да, сгореть такая «лаборатория» могла скорее, чем потонуть. Энкесви помрачнел ещё сильнее.

- Да, хорошее место для странных дел. Но дом Уэнкельви – они же там тебя оставят и на ночь! Вместо того, чтобы принять, как должно, в своей башне…

Плотовщик заглянул в залу.

- Башня Уэнкельви откроется по слову гостя. Если он не принесёт с собой незаконченную работу.

Энкесви смерил его хмурым взглядом.

- Знаю я, как вы принимаете гостей! Странник Хеммин, ты не связан клятвой – скажи князю, и каждый вечер дом Кесвакаси будет рад тебя принять.

Теперь нахмурился плотовщик.

- На что дому садовников гость-сармат? Точить вам лопаты? Дом Нармаадех хотел зазвать его к себе на ночь! Но мы уговорили князя – и вы в наши дела точно не влезете!

Гедимин переводил ошалелый взгляд с одного эльфа на другого. Потом в памяти всплыл давний разговор, и сармат криво ухмыльнулся.

- Ваш князь, наверное, уже растянул моё… влияние на весь город. Всем домам хватит.

«Во что только ни верят пришельцы из Мианы! А ведь мианийцы могли бы побороться с суевериями. Хотя бы с самыми нелепыми…» -