Фантастика 2026-173 - Александр Вольт

два десятка я забираю… Добавь к ним еще десяток бойцов. – Я задумался на мгновение. – Итак, ребята, возвращайтесь в казарму… У вас два часа на отдых… Потом – полная экипировка… Не забудьте взять сменную, обычную одежду… А потом я провожу вас до подземелья, где под руководством капитана Калита и графа Полевского вам предстоит провести семь дней.

– Мне не нужно с ними идти? – тихо спросил Рон.

– Нет, не нужно, – качнул я головой. – Калит заверил меня, что останется в подземелье еще на семь дней… А там решим, кто его сменит – ты или Мал.

Мой друг, демонойд, лишь кивнул в ответ.

– Ну а остальным… – мой взгляд скользнул по напряженным лицам, словно по натянутой струне. – Рон, может, и вправду стоит дать ребятам передышку? Пару дней отдохнуть от изматывающих тренировок… А мы с тобой тем временем перетряхнем нашу программу, учтем, так сказать, открывшиеся новые обстоятельства…

– Раз ты так считаешь… – Рон помедлил, взвешивая каждое слово. – Основную программу на пару дней сворачиваем, но ежедневную разминку отменять не будем.

Его слова, словно плотину прорвали, и истомленные ожиданием глотки разверзлись ликующим ревом. Звуковая волна прокатилась по двору, дрожь пробежала даже по древним стенам замка.

– Бог мой, – пробормотал демонойд, пораженный. – Какое единодушие!

Я невольно улыбнулся, глядя на эту бурю эмоций. Даже самые суровые лица расплылись в улыбках. Отдохнуть после столь напряженных тренировок было, безусловно, необходимо. И, возможно, эта небольшая передышка поможет им с новыми силами вернуться к тренировкам, осознавая всю серьезность предстоящих сражений.

– Свободны! – скомандовал Рон, и строй, словно стая птиц, сорвался с места, разлетаясь по казармам и укромным уголкам замка. Кто-то наверняка отправится в ближайшую таверну, а кто-то просто завалится спать. Главное – отдохнуть и набраться сил.

– Что ж, – сказал я, обращаясь к Рону и подошедшему к нам Малу. – Кажется, назрела необходимость внести коррективы в наш план. Нужно учесть не только физическую подготовку, но и моральное состояние бойцов. И, конечно же, не забыть о магах. Они – наша главная сила в борьбе с демонами… Только давайте, - тут же добавил я. – Сделаем это завтра… У нас сегодня на носу празднование дня рождения одной известный вам особы… Но сначала. – я поморщился. – Надо заглянуть к одному вздорному дворфу и покаяться в грехах.

– Чего на этот раз учудить успел? – слегка напрягся Рон.

– Сломал очередную его игрушку. – честно признался я.

– Ну тогда советую одеть полную броню, когда пойдешь к нему, – усмехнулся Мал. – Так у тебя будет больше шансов выжить, когда в тебя полетит его молот… - сказал и громко так рассмеялся.

Глава 3

Глава 2_ Сестры.

Таисия.

Пожалуй, я даже немного гордилась тем, что этот невыносимый, наш временный командир, окрестил меня Огненной Ведьмой… Звучало куда эффектнее тех примитивных прозвищ, которыми он наградил моих подруг. – Синяя Мечница, Белая Мечница, Черная Мечница…

Какая пошлость!

Честно говоря, эти его клички, которые подхватили все вокруг, меня изрядно раздражали. Но девчонкам, почему-то, они даже пришлись по вкусу.

Впрочем, не об этом сейчас…

Я стояла и смотрела на замок, размышляя, не стоило ли остаться там, внизу, вместе с Жаклин и Полиной.

В момент этой расслабленности за спиной послышались знакомые, тяжелые шаги. Но из-за моей рассеянности я не успела вовремя среагировать на угрозу, нарушившую мое умиротворение. Я только начала поворачиваться, когда вдруг чья-то сильная рука схватила меня за ухо, слегка вывернула его и потянула вверх, заставив меня невольно вскрикнуть.

– Мать! – прогремел батин голос. – Глянь, какую рыбку я тут выловил!

Я взвизгнула еще громче и схватилась за свое несчастное ухо, словно попавшее в тиски.

– Папка, отпусти! – взмолилась я, безуспешно пытаясь вырваться.

И тут же услышала голос матушки:

– Молодец! Веди эту проказницу сюда! Сейчас мы ее будем потрошить…

Настрой родителей был явно воинственным, отчего мне стало не по себе. Если раньше о возможности остаться в подземелье я думала с легкой неохотой, то теперь искренне жалела, что не осталась там.

Волоча меня за ухо так, что я могла передвигаться только подпрыгивая, папа, не обращая внимания на удивленные взгляды, потащил меня к матушке, которая стояла, уперев руки в бока, и разглядывала меня, словно диковинную букашку.

– Ну пусти… пусти, папка! – продолжала я ныть на всем коротком пути. Сейчас было не до собственного величия. Мое ухо, в медвежьей хватке бати, и правда рисковало быть оторванным.

– Ну и? – опасным тоном спросила матушка, когда я предстала перед ее грозным взором. – Что ты можешь сказать в свое оправдание?

– Я уже не ребенок, чтобы перед вами оправдываться, – даже в таком положение с некоторой воинственностью пробурчала я.

– Хм… логично, – неожиданно спокойно ответила мать. – Отпусти ее, дорогой, – велела она папочке, и мое ухо, за которое я тут же схватилась, наконец-то оказалось свободным. И в следующее мгновение я оказалась в объятиях матушки, услышав ее нежное:

– Глупая, глупая девочка! Ты навсегда останешься для меня маленьким ребенком…

Вот так, самым неожиданным образом, произошло мое воссоединение с родителями, которых я не видела несколько лет.

***

Ника.

Все нити моих мучений держала в своих холеных руках сама госпожа Белла.

Первым актом этого представления стало мое насильственное погружение в ванну. Три горничные, словно ревностные жрицы, предавались омовению моего тела, с усердием натирая меня мочалками и душистым мылом. Все мои робкие протесты, уверения в собственной способности к гигиеническим процедурам, тонули в их безмолвном, но непреклонном служении.

Час пытки чистотой миновал, и меня, словно драгоценную куклу, обернули в мягкие полотенца, высушили и усадили перед зеркалом, где начался новый этап преображения.

Сначала мои волосы, спутанные тревогой и усталостью, расчесали до шелковистого блеска, а затем меня окутали негой массажа. Под умелыми пальцами я едва не провалилась в объятия Морфея, настолько блаженным оказалось прикосновение. После расслабляющей церемонии на меня надели тончайшее нижнее белье. Пронзительный взгляд Беллы, с которым она изучала меня в этот момент, заставил краску смущения залить мои щеки. Она же, напротив, была в полном восторге. С ее слов, я выглядела именно так, как и подобает молодой женщине, расцветающей подобно бутону, и что во всех нужных местах я вполне созрела, и есть