И мы сгорим - Александра Рау

духа, чтобы по ночам, оставаясь с собой наедине, не трястись от страха. Он плохо спал – казалось, за ним могут прийти. Плохо ел – эти проклятые «витамины» и необходимость делать вид, что он их принимает, отбивали всякий аппетит. Даже мылся нормально только после тренировок, в общей душевой, потому что, как только запирался в собственной ванной, Ларс воображал, как по его комнате кто-то рыщет.

Конечно, он не хранил записи в ящике стола, но при желании то, что позволит запереть Ларса в допросной на всю ночь, там точно можно найти.

Впрочем, полицейских он интересовал мало. А вот они его – не то слово. Паранойи ни у детектива Нила, ни у его помощников явно не было, потому как Ларс следовал за ними по несколько раз на дню, но никто из них даже не чувствовал взгляда в спину. Поначалу Ларс удивлялся их толстокожести, но потом понял – они просто люди. Без усиленных животных инстинктов и желания выжить. Метаморф даже в комфортной среде будет ждать удара в спину – его тело всегда чуть напряжено, готово отбиваться или бежать, чтобы спастись. Порой Ларсу приходилось подавлять это желание, чтобы быть человеком чуть больше, чем это в нем заложено.

– Сегодня Дэйв вообще не скрывался, – выдохнул Ларс, усаживаясь на стол в кабинете доктора Хьюза. Тот перестал возмущаться и даже почти не кривился, видя, как упорно Ларс игнорирует стулья. – Ходил туда-сюда по стадиону, заглядывался на студенток, как извращенец.

– А ты видел таких извращенцев? – усмехнулся Хьюз.

– Это… слова Наоми. Но нетрудно догадаться, на что это похоже!

Каждый вечер Ларс проводил в этом кабинете. Он даже начал замечать, когда что-то стоит не на своих местах, и поправлял, пока Хьюз не заметил. Если не получалось встретиться вечером, он забегал в кабинет утром, перед занятиями, чтобы сообщить Хьюзу последние новости. Преимущественно он наблюдал за полицией, но иногда, если рядом не маячила охрана, ходил и по пятам директрисы. Правда, та была куда чувствительнее парней в форме, и ее тяга оборачиваться, чтобы подозрительным взглядом обвести окрестности, серьезно мешала слежке.

Постоянное напряжение заставляло Ларса терять самообладание. Он не сказал Хьюзу о том, как искупал в оскорблениях сначала Хита Ньюмана, а затем и тренера, пока тот пытался его оттащить, но, был уверен, Хьюз и так об этом узнает – преподаватели нередко жаловались друг другу на буйных студентов. И это был не единственный случай. Услышав, что Пэйдж пропала, Ларс тут же сорвался на Адама. Рену пришлось стать переговорщиком, чтобы не допустить кровопролития, хотя обычно именно он махал кулаками, не справляясь с эмоциями. Сложно сказать, когда именно они поменялись местами, но Ларс был благодарен, что Рен по-прежнему оттенял и уравновешивал его – каким бы он ни был.

Когда Пэйдж нашлась, они встретились около учебного корпуса и похлопали друг друга по плечу.

– Видел что-нибудь странное? – поинтересовался Ларс.

– Нет. А ты?

Ларс неопределенно пожал плечами. Не хотел лгать другу так нагло, пусть сокрытие правды все равно считал ложью.

За двадцать минут до их встречи Ларс прятался за углом одного из зданий, крепко сжимая в руке телефон. В нескольких метрах к югу от него, тяжело вздыхая, стоял детектив Нил, и кто-то, чей голос звучал из динамика, прислоненного к его уху, был им крайне недоволен.

– Это переходит. Всякие. Границы, – отчеканил детектив.

Ларс огляделся. Поблизости никого не было, так что и помешать, к счастью, никто не мог.

– Зачем ты это затеял, а? Нужна тебе она…

Ларс сделал два шага в сторону, чтобы скрыться за углом – так загоревшийся экран телефона не выдаст его присутствия, – и включил диктофон.

– Я устал тебя покрывать. Хватит. Это зашло слишком далеко.

Ларс чуть выставил телефон вперед и прикрыл микрофон рукой, чтобы ветер не мешал записи.

– Дэйв, ты крышей поехал, ты знаешь? Еще чуть-чуть, и тебя тут на кусочки раздерут в отместку. И нас заодно. А я, вообще-то, еще детей увидеть хочу.

На той стороне, очевидно, закричали, потому что детектив отодвинул телефон от уха и скривился.

– Понял. Тогда тащи ее к Риббонс. Она придумает, как выкрутиться из любого дерьма, лишь бы лицо не потерять. Поможет.

Детектив вскинул голову к нему, дослушал ответ и сбросил звонок, а затем выругался и пошел в сторону Ларса. Повезло, что слух у детектива человеческий – Ларс сумел сбежать без особых проблем.

Но с остальным проблем только прибавилось.

Когда Ларс кричал на Адама, там, в комнате девчонок, он злился на себя гораздо больше, чем на него. Да, Адам мог бы позаботиться о своей девушке лучше, мог бы многое сделать, чтобы ее обезопасить, но если в деле была замешана полиция, все это вряд ли помогло бы. Ларс разрывался от невозможности уследить за всеми и всех защитить. Иногда ему казалось, что он проецирует на себя чувства Хьюза, раз уж тот поделился с ним информацией и повесил на него столь важное задание, но в действительности Ларс всегда был таким. Хорошим другом, добрым человеком, компанейским метаморфом. Спасателем. И долгие недели он не мог сказать самым близким друзьям то, что, возможно, помогло им остаться живыми и невредимыми.

Один вид Пэйдж, в глазах которой не было и тени мысли и сознания, заставлял сердце Ларса кровоточить.

Это ОН ее не спас.

Вечером он пришел в кабинет Хьюза раньше времени. В этот раз, к удивлению Хьюза, Ларс удобно устроился в большом мягком кресле в углу комнаты.

– Что ж вы… – Хьюз вздрогнул, не сразу заметив гостя. – Что ж вы так любите поджидать меня в этом углу!

– «Вы»? – переспросил Ларс.

Но Хьюз отмахнулся, явно не желая пояснять сказанное. Он разложил кипу бумаг по столу, собрал из них несколько стопок и с чем-то сверился, глядя на экран телефона.

– Что-то узнали?

– Мне как будто не хватает… кусочка пазла. Что именно случилось с Мэлоди?

Ларс встрепенулся.

– Мэл? Это она дочь полицейского?

– Вы общались?

– Пэйдж… – Ларс запнулся; в горле резко пересохло. – Они вроде как дружили. Мы иногда сидели за одним столом за обедом, но у Рена вечно был такой недовольный вид, что она стеснялась и чаще пряталась где-то в углу столовой.

– Он ей нравился? – нахмурился Хьюз.

– Нет. Ну, точнее, понятия не имею. Но я знаю причину.

Доктора Хьюза история Адама не поразила, хотя в глубине души Ларс надеялся увидеть на его лице смесь ужаса – от осознания произошедшего и восторга – от проделанной работы разведчика. И все же это, похоже, помогло ему расставить