Мой эльфийский заказ - Анна Жнец

позу. Роан отодвинулся от меня настолько, насколько позволяли наручники, однако наши ладони то и дело соприкасались. Мне кажется, его это смущало. В такие моменты он начинал ерзать под одеялом, выдавая свое волнение.

Лежать мы были вынуждены лицом к лицу, и Роан закрыл глаза, избегая моего взгляда. Я наблюдала за ним, пока свечной огарок на тумбочке не погас, и тоже опустила веки.

За ночь я дважды выныривала из благословенной тьмы. Один раз – от того, что Роан сильно дернул меня за руку, пытаясь во сне перевернуться на другой бок. Второй раз меня разбудил кошмар. Мне чудилось, что я бегу босиком по снегу, вороны каркают с запорошенных веток, и за мной по белому насту тянется цепочка красных следов.

Я встрепенулась, звякнув наручником, и обнаружила, что моя голова покоится у Роана на груди, а нога перекинута через его бедро.

Под ухом ровно билось чужое сердце. Теплое дыхание шевелило волосы на макушке. Не подозревая об этом, Роан обнимал меня свободной рукой, и его пальцы в тайне от хозяина рисовали на моем плече невидимые узоры.

Ласковое, согревающее чувство растеклось под ребрами. Давно я ни с кем… вот так… рядом.

Грудь эльфа вздымалась от дыхания, убаюкивая меня, лежащую на ней. Голове было мягко, в объятиях пленника – тепло. Мне нравилось прижиматься к мужскому крепкому телу, и я решила ничего не менять. Проснется – сам меня оттолкнет, а я пока представлю, что не одинока и это руки любимого, а не случайного попутчика. Глупо и жалко, но никто ведь не узнает о моих мыслях.

Ночная тьма снова затянула меня в свой омут.

Теперь мне снилось, что ко мне ластится змея. Я полезла за ней в нору. Сначала змея была мягкой и вела себя неуверенно, но вскоре ее тело окрепло, стало упругим и твердым. Она не была склизкой или холодной. Под ее гладкой шкурой пульсировал жар. Снова и снова круглой мордой змея тыкала мне в ладонь, намекая, чтобы ее погладили, и я не могла отказать. Мне нравилось играть с ней. Щекотать под челюстью. Пропускать через кольцо пальцев тугой хвост. В благодарность змея пару раз лизнула мою руку, оставив на коже ощущение влаги.

Я рассмеялась. Проказница набухла от удовольствия, и над моей головой раздался протяжный стон.

Что это?

Звук повторился. Я открыла глаза и с удивлением поняла, что все еще сжимаю пальцами змею из своего сновидения. Та шевельнулась. Теплая, влажная, живая.

Вдруг жуткое осознание затопило меня ледяной водой. Я лежала на плече Роана, а моя рука была в его штанах.

Так вот что это за змея!

Мне захотелось выругаться. И я это сделала, мысленно, потому что хозяин змеи застонал и посмотрел на меня мутным взглядом, пока еще пребывая по ту сторону реальности.

Кажется, ему тоже что-то снилось. Интересно что?

Моя рука попыталась незаметно покинуть место преступления, но не успела.

Туман в глазах эльфа рассеялся, и в них отразилось понимание.

Глава 5. Я никуда с тобой не поеду!

Роан

Роан откровенно наслаждался своим сном. Обычно его сон представлял собой вереницу цветных или черно-белых образов, но в этот раз вместо хаотичных картинок были ощущения. Очень острые, очень явственные.

Его живот напрягался, а между ног тянуло, но не от боли, а приятно, как при возбуждении. Он знал это чувство, нередко испытывал его по утрам в кровати и вечерами, когда во время купания поливал водой из ковшика свой девственный член. В паху набухал жар, мошонка сжималась в тугой крепкий ком, и по всему телу растекалось томительное тепло.

Спящий Роан начал елозить задницей по матрасу, сбивая под собой простыню. Мышцы его бедер с внутренней стороны мелко подрагивали, соски твердели и ныли, чувствительные до неприличия.

Он всегда считал, что только женские соски требуют ласк, а потому стыдился своих фантазий, в которых чужие руки и губы касались его груди. Желания, недостойные настоящего мужчины. С мужскими сосками не играют. У мужчины только один центр удовольствия, который надо трогать и возбуждать. Не по-мужски это – позволять девице дразнить и вылизывать свою грудь. Но сейчас Роану очень хотелось, чтобы его соски, эти зудящие комки плоти, сжали пальцами на грани муки и блаженства.

Его и раньше посещали непристойные сны – и часто, что неудивительно, ведь он молодой здоровый мужчина, который вынужден годами хранить целибат и отказывать себе даже в маленьких слабостях. Ночью, когда тиски самоконтроля разжаты, тело заявляет о своих потребностях, и Роану чудится всякое. Например, что рука невидимой любовницы ласкает его внизу, доводя до исступления.

Такое уже случалось. Но никогда еще сны не были настолько реальными.

С этой мыслью Роан открыл глаза.

Его зрение оставалось мутным, разум вязким, когда он почувствовал: что-то давит на его плечо. Вслед за этим ощущением пришло другое – его груди касался легкий ветерок. Через секунду Роан осознал: этот ветерок – дыхание, тяжесть на плече – чья-то голова. Обоняние уловило сладкий цветочный запах чужих волос. К его боку прижималось мягкое теплое тело. Женское.

Не успел Роан осмыслить эти детали, как его сонный разум подкинул ему новые.

У него в штанах рука!

Чьи-то нежные пальцы трепетали на его лобке, затем осторожно поползли вверх, пытаясь выбраться из-под ткани. Пояс штанов натянулся и шлепнул по животу, и этот шлепок окончательно разбудил Роана.

Рука!

Кто-то трогал его между ног, пока он спал! Без разрешения щупал его член, из-за чего тот набух и пульсировал тягучим удовольствием.

Роан сел, скинув с себя живую тяжесть. Попытался встать с кровати, но раздался странный звон, и его за руку дернуло обратно на матрас.

Что это?

Память возвращалась урывками. Наконец события вчерашнего дня развернулись перед ним, как пергамент с размытыми иллюстрациями.

Он прикован наручником к этой ненормальной!

Она пристегнула его сначала к изголовью кровати, затем к себе, а ночью полезла к нему в штаны.

Роан шумно втянул ноздрями воздух.

– Это не то, о чем ты подумал, – сказала безумная брюнетка.

Девица сидела в центре постели. Ее лицо немного опухло, как бывает после вечерних излишеств, под глазами залегали круги, а волосы на голове напоминали гнездо.

Роан кое-как сполз с кровати, и теперь их с этой сумасшедшей разделяло расстояние, равное длине двух вытянутых рук и короткой цепи между браслетами наручника.

– Я не хотела. Мне снился сон. Я играла со змеей, а потом оказалось, что эта змея…

Взгляд девицы