Уйгурские сказки - Автор Неизвестен -- Народные сказки

он в следующую ночь сесть под деревом, притвориться спящим и узнать, чьих рук это дело. И вот наступила ночь. Сел он под деревом, притворился спящим и вдруг слышит за стеной шорох. Прищурил глаза и видит — лисица. Спрыгнула она со стены, притаилась и стала озираться вокруг. Убедилась, что спит Амут, подкралась к дереву и бесшумно взобралась на него. Тут Амут вскочил, схватил лисицу за хвост и стал колотить, приговаривая: «Вот тебе, вот тебе, будешь знать, как воровать!».

Но лисица была хитрая: сжалась в комочек, потом вдруг рванулась и — была такова. В руках Амута осталось лишь несколько волосков из лисьего хвоста.

Огорчился Амут: мало того, что люди ему докучают, так еще лиса повадилась!

Зашел к нему как-то старик-сосед, видит, Амут грустный сидит, и спрашивает:

— Отчего ты такой невеселый? Или что случилось у тебя?

Амут показал ему на свое деревце и говорит:

— Теперь еще и лиса стала воровать мои гранаты, половины того не осталось, что было в прошлом году.

— Я научу тебя, как поймать лисицу, — сказал ему старик. — Свари клей и намажь стену там, где лисица лазит. Придет она в следующий раз — и прилипнет.

В ту же ночь Амут сделал так, как советовал ему сосед, и действительно поймал лису. Он был так зол, что тут же схватил палку и решил ее убить, но лиса стала умолять его:

— Амут-»падишах», пощади меня, всю жизнь буду служить тебе, найду тебе хорошую жену.

Амут еще больше разозлился:

— Какая-то дрянная лиса смеет еще смеяться надо мной! Ты же знаешь, что я гол как сокол, кто же за меня пойдет?

Замахнулся он палкой, а лиса опять свое:

— Не бей меня, не бей! Я в самом деле найду тебе жену, да еще не какую-нибудь, а дочь хана…

Прошла у Амута злость на лисицу и отпустил он ее.

Побежала лисица к старому хану и говорит:

— Хан, одолжи мне твое ситечко, агаты у нас в земле перепачкались, а наш падишах Амут слышал, что только через твое сито можно просеивать жемчуга и агаты, вот он и послал меня к тебе.

Старый хан слышал о «государстве Амута» и дал лисице ситечко. А лисица достала несколько драгоценных камней и жемчужин, воткнула их в ячейки сита и через несколько дней принесла ситечко обратно. Стала хана благодарить, а сама, будто ненароком, уронила ситечко на пол — камешки и посыпались. Хан и его дочери бросились их подбирать, а лисица и говорит:

— Знай я раньше, что вам нравятся эти камешки, принесла бы вам целое ситечко, у нашего падишаха Амута их полным-полно!

Услышал это старый хан и стала его грызть зависть. Позвал он к себе лисицу и говорит:

— У меня три дочери, и хотел бы я одну из них отдать за вашего падишаха. Для нее это было бы счастьем, а для меня большой честью. Прошу тебя, будь свахой.

Услышали девушки слова отца и стали спорить, кому из них выходить замуж за падишаха Амута. А лисица и говорит:

— Не торопитесь, я еще должна узнать, собирается ли наш падишах жениться. Я вернусь, расспрошу его и, если он не прочь жениться, снова приду к вам.

Пришла лисица к Амуту и говорит:

— Ну, дела идут хорошо, хан согласен отдать за тебя одну из своих дочерей. Скорее собирайся и пойдем со мной, посмотришь на невесту.

Амут чуть не запрыгал от радости, но потом вспомнил о своей бедности — какая уж тут женитьба! Сказал он об этом лисице, а лисица ему и отвечает:

— Ни о чем не беспокойся, положись на меня.

Около города, где жил старый хан, протекала большая река.

Подошли они к реке:

— Залезь в воду, чтобы только одна голова была видна, а уж дальше я знаю, что делать, — приказала лиса.

Прыгнул Амут в реку, а лисица прибежала к старому хану и говорит:

— Наш падишах вел к тебе сорок верблюдов, нагруженных драгоценными камнями, но когда мы стали переправляться через реку, бурное течение унесло верблюдов, а падишах чуть не утонул. К счастью, я сумела его спасти, только вот одежду его унесло водой.

Как только услышал старый хан, что Амут едет жениться на его дочери, да еще вез ему подарки на сорока верблюдах, обрадовался.

— Хоть подарки и утонули, можно считать, что я их получил. Идем скорее встречать падишаха! — торопливо проговорил он, и дал распоряжение послать падишаху красивый чапан. Оделся Амут, сел на доброго коня и въехал в город. В его честь хан устроил пир, а свадебное торжество длилось сорок дней.

После свадьбы Амут говорит лисице:

— Хоть я и женился на ханской дочери, но дома у меня все такая же бедность. Не могу же я вечно жить здесь. А вдруг хан велит мне вернуться с женой домой? Что я тогда буду делать?

— Не горюй, — отвечает ему лисица, — живи пока здесь. — Принимают тебя хорошо. Будь щедрым, веселись, но смотри, не выдай себя, а когда придет время уезжать, я что-нибудь придумаю.

Прошло несколько дней, и старый хан приказал визирю собрать свиту, лошадей и отвезти Амута с женой в дом жениха. Отправились они в путь, а лисица и говорит:

— Я побегу вперед, если что-нибудь будет угрожать тебе, я быстро вернусь и сообщу.

И лисица побежала вперед. Бежала она, бежала и вдруг видит караван верблюдов. Погонщики остановили лисицу и спрашивают:

— Куда ты так торопишься, лиса?

— За мной гонятся каракчи[46]! Они убивают всех на своем пути, бегите скорее… Смотрите, они уже близко, спасайтесь, а то будет поздно! — крикнула лиса.

Оглянулись погонщики, видят — впереди туча пыли. Стали они умолять лисицу:

— Посоветуй скорей, что нам делать?

А лисица и говорит:

— Когда разбойники подойдут к вам и станут спрашивать, чьи это верблюды, отвечайте: «Падишаха Амута». Тогда они вас не тронут.

— Ладно, — ответили погонщики, и лисица побежала дальше.

Вот визирь и Амут с дочерью хана верхом на лошадях подъехали к каравану верблюдов. Визирь спрашивает:

— Чей это караван?

— Падишаха Амута! — отвечают караванщики.

— Хороший караван! Какой богатый у вас падишах! — восхищенно воскликнул визирь.

А лисица побежала дальше. Вдруг она увидела табун лошадей.

— Остановись, рыжая, выпей хоть глоток воды! — говорят ей погонщики.

А лисица им отвечает:

— Болтать — время терять, а я чуть жизни не лишилась!

За мной гонятся каракчи, они убивают всех на своем пути, а лошадей забирают себе.

— Как же нам спасти лошадей?

— Если вас станут спрашивать, говорите, что это лошади падишаха