Уйгурские сказки - Автор Неизвестен -- Народные сказки

— У меня пропали три козы, — сказал хозяин коз. — Я и спросил у этого человека, не видал ли он их. Он помог мне найти пропажу. За это я хотел отблагодарить его и подарить ему хромую козу. А он недоволен и требует с меня здоровую. Я так думаю, что хватит с него и хромой козы. Из-за этого мы поспорили и подрались.

А пахарь, в свою очередь, говорит:

— Работал я на своей пашне. Вдруг подходит ко мне этот человек и просит показать ему границы моего участка. Я и сказал ему, что вон тот арык служит межой моего поля, которое досталось мне в наследство от отца. Он осмотрел участок, пригнал вот этих трех коз и ни с того ни с сего стал кричать, что я перебил ногу его козе.

Всадник взглянул на того, на другого и ничего не ответил.

В это время пахарь, желая ему угодить, взялся было за повод его коня, чтобы подержать его, когда тот будет спешиваться.

Всадник испугался и закричал:

— Лошадь моя собственная! Она досталась мне еще жеребенком, и я сам вырастил ее.

И они опять заспорили и подрались.

Одумавшись, они втроем пошли к казию[41]. Каждый из них по порядку рассказал судье о своем деле. Казий посмотрел на них и сказал:

— Ну что ж, если вы все трое клянетесь, что увидели новую луну, значит завтра можно устроить аит[42].

Спорщики, решив, что судья предлагает им помириться, а в случае несогласия — грозит наказанием, тут же помирились и отправились восвояси.

Когда спорщики ушли, казый позвал свою жену и сказал ей:

— Были у меня сейчас три человека. Они поклялись, что видели новую луну. Готовься, завтра начнем праздник.

— Ну что ж, — обрадовалась жена, — если вы, мой муж, намерены купить мне новое шелковое платье, я буду только благодарна вам. Но разрешите мне самой выбрать полотно по вкусу.

Она вышла в соседнюю комнату и сказала своей дочери:

— Твой отец пообещал мне купить новое шелковое платье, и я попросила, чтобы он разрешил мне самой выбрать ткань по вкусу. Если хочешь, пойдем вместе.

Дочь запрыгала от радости:

— Ну, конечно, мама, я уже взрослая. И если вы собираетесь выдать меня замуж, я буду очень счастлива!

И девушка, радуясь предстоящей свадьбе, выбежала во двор.

Увидев там свою рабыню, она обняла ее и сказала:

— Мои родители решили, наконец, выдать меня замуж. Скоро моя свадьба.

Рабыня растрогалась, заплакала и сказала:

— Да, да, ведь я сорок лет прослужила у вас! И вот бог привел дожить до того дня, когда вы отпускаете меня на волю. Не знаю, как и благодарить вас!

Четыре хорун-банге[43]

Жили в одном городе четыре хорун-банге. Однажды пошли они в лес. Взяли с собой лепешек и кувшин кислого молока. Погуляли немного, выбрали на берегу реки красивую полянку и расположились отдохнуть. Сели кружком, поставили посредине кувшин и разложили лепешки. Хотели было уже приступить к еде, как вдруг один из них говорит:

— Нас много, а молока мало, надо его разбавить водой, чтобы было больше.

Все согласились.

— Кто пойдет за водой? — спросил один лодырь.

— Ты сам и сходи, — предложил другой.

— Нет, принеси ты, — сказал третий.

— Нет, лучше вы оба сходите, — предложил четвертый.

Долго они спорили, кому идти за водой, хотя река находилась совсем близко. Наконец им надоело спорить.

— Давайте, — сказал один из них, — условимся так: будем молчать. И кто из нас первый скажет хоть одно слово, тот и пойдет за водой.

Всем это предложение понравилось. Сидят лентяи и молчат, сидят и дремлют. В это время из леса вышел охотник с борзыми. Увидев хорун-банге, он подошел к ним и сказал:

— Салям!

Ничего не ответили ему лодыри, даже голов не подняли.

Охотник решил, что его не слышали, и громко повторил свое приветствие.

Опять молчат лодыри.

— Почему вы молчите? — спросил охотник.

Хорун-банге даже не пошевельнулись. Охотник подошел ближе:

— Что вы за люди? Есть у вас душа в теле?

Молчат лентяи.

Охотник начал сердиться. Взял одного за шиворот и стал трясти. Хоть слово бы произнес хорун-банге! Удивился охотник, хотел уходить, но тут он заметил кислое молоко и лепешки.

— Я давно хожу по лесу, — сказал он, — проголодался. — Можно, пожалуй, и закусить.

И на этот раз банге не произнесли ни слова.

Охотник сел, придвинул поближе кувшин и стал есть. Ест, а сам посматривает на лентяев, а те смотрят на него с завистью и молчат.

Наверно, они больны и не могут сами есть, — подумал охотник, — взял кувшин с оставшимся молоком и попытался влить каждому в рот немного. Хорун-банге по-прежнему молчат, лишь глазами ворочают да головами мотают. Посмотрел на них охотник, покачал головой от удивления, сказал «рахмят»[44] и пошел в лес.

Как только он отошел от лентяев, его борзые бросились к лепешкам. Хорун-банге не шелохнутся, словно ничего не видят. Покончив с лепешками, борзые стали слизывать молоко, разлитое охотником на траве. Одна из них добралась до хорун-банге, у которого была большая черная борода. Собака сначала слизала остатки молока с его халата, затем постепенно дотянулась до бороды, измазанной молоком. Когда язык собаки коснулся губ длиннобородого, он не выдержал и крикнул:

— Пошт[45].

Остальные лентяи, вскочив на ноги, закричали:

— Ага, тебе идти за водой.

Но кислого молока уже не было, разбавлять было нечего…

Амут-падишах

Амут был очень беден. Все его богатство состояло из одного-единственного гранатового деревца. Он старательно ухаживал за ним, оберегал его. Каждый раз, когда созревали плоды, Амут дни и ночи просиживал под деревцем не смыкая глаз. Если же на стену залезали ребятишки, он тотчас же замечал их и, пожурив, прогонял прочь, а иногда мог и поколотить, чтобы впредь неповадно было. Ему дали кличку «падишах», и все так и звали его — «падишах гранатового дерева».

И вот в один год, осенью, когда поспели плоды, он, как всегда, принялся усердно сторожить свое деревце и незаметно задремал. Открыл глаза, видит: гранатов стало меньше. Амут стал ругать себя на чем свет стоит за то, что уснул и не усмотрел за деревцем. Однако на следующую ночь с ним произошло то же — он уснул, и плодов на дереве стало еще меньше. Нелегко было.

И решил