Целительная сталь - Марк Александрович Поповский

Вопрос справедливый и требует обстоятельного ответа. Дело в том, что большинство противоопухолевых лекарств создано так, что, попадая в организм, они устремляются в те участки тела, где идет наиболее бурное созидание клеток. Лекарства действительно поражают в первую очередь раковые образования, так как самое быстрое размножение клеток идет в опухоли. Но вместе с добром лекарства несут в организм и зло. Быстрый рост клеток происходит не только в недрах опухолей, но и в костном мозгу, где вырабатываются клетки нашей крови, красные и белые кровяные шарики. Такие отличные препараты, как эмбихин, сарколизин, в больших дозах вызывают у больных, как говорят медики, побочное действие. Призванные лечить, они сами несут болезни: подавляют кроветворение, порождают у тех, кто ими долго пользуется, злокачественное малокровие.

Итак, дилемма, подобная той, что возникает перед героем известной русской сказки: налево пойдешь — коня потеряешь, направо пойдешь — сам голову сложишь. Малая доза противоопухолевых лекарств не дает исцеления, большая — грозит новыми дополнительными недугами. Врачи долгое время ждали, что решение этой проблемы придет от фармакологов и химиков. Медики надеялись на то, что те, кто создают лекарства, найдут препараты, не столь губительно действующие на костный мозг человека. Возможно, что со временем такие препараты и появятся в аптеке онколога, но на сегодня выход из положения предложили не врачи, а инженеры.

Вспомните АИК — аппарат искусственного кровообращения. До сих пор его применяли в тех случаях, когда оперирующему хирургу нужно было остановить собственное сердце больного. Сотни блестящих грудных операций закрепили славу советского «стального сердца». Но два года назад инженеры уготовили АИКу совершенно неожиданную роль: он должен был лечить некоторые формы рака.

Сначала опыты делались на животных. У собаки перерезали самые крупные вены и артерии, питающие лапу. Затем сосуды соединяли с аппаратом. В лапе возникало автономное кровообращение, конечность жила, не пользуясь кровью от собственного сердца. Это и нужно было врачам, лечащим рак. Если, например, у больного опухоль на руке или на ноге, можно с помощью АИК временно отъединить орган от обычного кровообращения. У такой руки или ноги как бы появится свое собственное, независимое сердце. Вот тут-то и можно применить противораковые лекарства. Их удобно вводить прямо в кровь, циркулирующую между аппаратом и пораженной конечностью. При этом можно не бояться и вливать любую необходимую дозу, ведь препарат не попадет в другие органы тела. Зато больной орган получит ту дозу лекарства, которой вполне хватит, чтобы разрушить опухоль.

Несколько месяцев назад в одной из клиник Москвы врачи перешли от экспериментов к лечению больных. Идея оказалась плодотворной. Достаточно около полутора часов прогонять кровь с лечебным препаратом через больную конечность, чтобы опухоль на глазах начала темнеть и распадаться. Во многих случаях было достаточно 7–10 дней, чтобы от злокачественного образования ничего не осталось. Надо оговориться: далеко не любой рак поддается такому лечению. В основном речь идет о саркомах и меланомах конечностей.

Однако врачи вовсе не собираются остановиться на достигнутом. Они убеждены, что отключать от сердечного кровообращения можно не только руки и ноги, но также органы малого таза, голову и даже легкие. Это значит, что в недалеком будущем, когда инженеры и медики овладеют техникой «отдельного» кровообращения для внутренних органов, онкологи получат новое замечательное средство в борьбе с непреодолимым до сего времени страданием.

В лаборатории Научно-исследовательского института экспериментальной хирургической аппаратуры и инструментов, которой руководит кандидат физико-математических наук Евгений Александрович Вайнриб, уже готовы чертежи специального прибора, который должен заменить в онкологической больнице слишком громоздкий и дорогой АПК. Спроектирован как бы «Младший брат» аппарата искусственного кровообращения. Он невелик и весь умещается в небольшом чемодане. Источником энергии для него служит сжатый воздух. Два небольших ба лона позволят произвести не менее десяти лечебных процедур. К началу 1962 года первые такие четыре аппарата уже были сделаны, в будущем начнется серийный выпуск аппаратов. Скоро не одна, а несколько клиник в столице возьмут на вооружение АИК-«младший».

Вот и еще одна линия обороны возникла на пути рака. Плечом к плечу стоят на этом рубеже врачи и инженеры. И кто знает, может быть, именно с этого плацдарма развернет медицина завтрашнего дня свое наступление, которое навсегда оградит человечество от злокачественных опухолей.

А ЧТО ЗАВТРА

Чеховский «ученый сосед», утверждавший по поводу любого научного открытия, что «этого не может быть, потому что этого не может быть никогда», — отнюдь не редкий тип среди просвещенной публики каждого столетия. Когда речь идет о техническом прогрессе, современники редко оказываются хорошими пророками.

В 1840 году в одной из своих речей, произнесенной в палате депутатов, французский премьер-министр Адольф Тьер воскликнул: «Неужели вы думаете, что железные дороги смогут когда-нибудь заменить дилижансы?» Сохранилось свидетельство, что депутаты хохотали до слез, до такой степени это предположение показалось им нелепым.

Прошло более полстолетия. Совершив свое великое открытие, Конрад Рентген поделился им со своим коллегой, профессором Вюрцбургского университета. Казалось бы, открытие Х-лучей, проникающих сквозь человеческое тело, должно было потрясти собеседника. Ничуть не бывало. Друг Рентгена публично произнес фразу, впоследствии прочно вошедшую в историю:

— Какой фантазер Рентген, мы знали и прежде. Но теперь он совсем с ума сошел: подумать только, утверждает, что видел кости собственной руки!

Впрочем, едва ли в поисках подобных примеров надо забираться так далеко в глубь десятилетий. В наше время их не меньше, чем в XIX столетии.

Алексей Максимович Горький полусерьезно, полушутя мечтал о небольшом запасном сердце из алюминия, которое удобно было бы держать в кармашке жилета, а мои собеседники — видные ученые-медики в середине 50-х годов, когда уже был создан аппарат искусственного кровообращения (АИК), все еще твердили о бессмысленности этой затеи.

Вспоминается и другой случай. В 1952 году с Международного хирургического конгресса в Турине вернулся московский хирург профессор П. Редакция «Литературной газеты» направила меня к нему, чтобы помочь ученому подготовить к печати свои впечатления о зарубежных встречах. В статье, которая была опубликована за подписью ученого, буквально утверждалось, что идея искусственной почки — блеф, что аппарат никогда не сможет заменить собственный человеческий орган, тем более такой сложный, как почка, что шумиха вокруг аппарата — типичная рекламная затея некоторых западных предпринимателей.

Надо ли комментировать этого «неверующего Фому» после всего того, что уже рассказано в главе «У почки