Вкус чтения тысячи томов - Цзи Сяньлинь

лишь немногие из моих коллег высказали и свою точку зрения. Словом, я согласен с моим учителем, господином Чэнь Инькэ, чьи идеи не теряют актуальности уже почти восемьдесят лет (к тому же он неоднократно повторял их, что говорит о его серьезном отношении к вопросу). Но пока выходит так, будто он настойчиво поучает, а слушатели пренебрегают его словами. И если я перескажу мысли Чэнь Инькэ сейчас, то, боюсь, они не прозвучат достоверно. Поэтому я поступлю как плагиатор и скопирую несколько абзацев из сочинений господина Чэня, относящихся к этой теме. Вновь обращаюсь с призывом к нашим научным кругам, особенно к тем, кто занимается исследованиями по китайскому, в надежде, что они обратят внимание на эти слова и проложат новую дорогу в данной области.

Господин Чэнь Инькэ в начале 1920-х годов учился в Германии и уже тогда размышлял над вопросом сравнительного изучения относящихся к одной языковой группе китайского и тибетского языков. В «Письме сестре» он писал так:

Ныне я с интересом изучаю тибетское письмо. Оно относится к той же языковой группе, что и китайский. Подобное родство связывает санскрит с греческим и латынью, а также английским, русским, немецким и французским языками. Поэтому в комментариях к рифмам можно сделать немало открытий.[297]

Темой задания по китайскому на университетских вступительных испытаниях в 1932 году стали парные надписи, сделанные господином Чэнь Инькэ, и это вызвало немалый интерес к его персоне. Сам же он изложил подробные разъяснения в статье «Обсуждение экзаменационных вопросов по китайскому с Лю Шуя»:

Пока сравнительное изучение китайского и других языков той же языковой группы находится в зачаточном состоянии, составить качественную грамматику китайского не удастся. <…> Европа оказалась под глубоким влиянием христианства. В прошлом европейцы считали иврит предком всех мировых языков, а прилегающие языки – восходящими к его ответвлениям. Современная сравнительная лингвистика достигла расцвета и избавилась от подобных заблуждений. Теперь можно сравнивать между собой родственные языки, такие как санскрит и фарси, постепенно выявляя особенности и прочих языков из данной языковой семьи. Благодаря этому лингвистика индоевропейских языков достигла нынешнего уровня развития. Чтобы выделить особые признаки и характер языка, не обойтись без комплексного анализа и сопоставления, при этом сравниваемые языки одной семьи должны быть схожи в общем и различны в нюансах. В противном случае невозможно будет сделать четкий вывод, также возникает опасность ошибочных определений особенностей языка. Такое исследование, полное натянутых толкований, подобно хаотичному оборотню. Языки одной языковой семьи предположительно восходят к одному источнику и разделились в гипотетическом процессе эволюции, каждый из них в общем похож на другие и отличается лишь в мелочах. Поэтому следует анализировать и обобщать их в вертикальном направлении (различать истоки) и в горизонтальном (сравнивать отличия). Таким образом, занимаясь сравнительной лингвистикой, необходимо обладать знанием истории, чтобы не принять «мошенника за родного отца» и не путать родственные связи. В прошлом французы прибегли к закономерностям, сложившимся между индоевропейскими языками при изучении китайского, и составили его грамматику для европейцев. Эту книгу скопировал Ма Мэйшу[298] – так появилась его «Грамматика» («Вэньтун»), которую назвали первой грамматикой в Китае. Однако метод использования закономерностей индоевропейских языков не следует перенимать полностью. Так, грамматика санскрита строится на объяснении корней слов. Если брать закономерности современных индоевропейских языков для анализа характерных особенностей мировых языков, если так же, фраза за фразой, рассматривать языки различных языковых групп, например китайский, можно натолкнуться на несоответствия, такое исследование не приведет к результату. Ах, грамматика «Вэньтун», в какой тупик[299] ты зашла![300]

Статья господина Чэня довольно объемная, здесь я привел лишь ту часть, которая имеет отношение к обсуждаемому вопросу. Надеюсь, ученые, желающие изучать китайский язык, добросовестно ознакомятся с полным текстом, прочитают его несколько раз и тщательно обдумают. Уверен, они извлекут немалую пользу. Чэнь Инькэ обращает внимание, что сино-тибетская или тибето-бирманская языковые семьи отличаются от индоевропейской, метафорично предупреждает – нельзя «принимать за родного отца мошенника», подгонять нашу работу под уже имеющуюся схему, навязывать исследованию китайского методологию анализа индоевропейских языков, и предостерегает, что такие исследования «не приведут к результату».

В «Собрании писем» из «Собрания сочинений Чэнь Инькэ» в «Письме к Фу Сыяню» он напоминает:

Если бы заблуждения Ма Мэйшу по-прежнему имели силу среди тех, кто занимается грамматикой китайского языка, их следовало бы полностью искоренить, заменить сравнительным изучением языков тибето-бирманской семьи.[301]

Господин Чэнь Инькэ утверждал, что «написать настоящую грамматику китайского пока не получится». Он говорил это более семидесяти лет назад, но и сегодня, полагаю, ситуация не изменилась. Мы по-прежнему не приступили к сравнительному изучению сино-тибетской или тибето-бирманской групп языков. И пока мы не выполним эту работу, особенности китайского языка навсегда останутся смутными и неопределенными. Важно, что ученые, исследующие только китайский язык или только тибето-бирманскую группу и не способные завершить свои исследования, должны объединить усилия – лишь тогда они достигнут успеха. Здесь возникает этический момент – ведь прежде чем добросовестно браться за дело, нужно сперва признать верными взгляды господина Чэнь Инькэ. А коль скоро мы даже этого не можем сделать, так к чему вообще обсуждать другие вопросы? Искренне надеюсь, что идеи господина Чэнь Инькэ привлекут внимание китайских ученых и их коллег из других стран мира.

Дополнение

Статья Чжан Шуанцина и Чжан Хуэйин «О приставках „бу“ 不, 布» из третьего выпуска «Чжунго юйвэнь» за 2002 год, на мой взгляд, может прекрасно дополнить утверждения господина Чэнь Инькэ, которые я привел выше.

По мнению господина Чэнь Инькэ, для того, чтобы китайский язык предстал перед нами в своем истинном обличии, необходимо применить к нему метод сравнительного анализа с родственными языками тибето-бирманской группы. Однако он не привел никаких конкретных примеров. Думаю, что упомянутая мною статья «О приставках „бу“ 不, 布» даже несмотря на излишнюю подробность может послужить таким примером. Название отсылает читателя ко второй главе третьего цзюаня «Сборника для чтения» Ван Няньсуня эпохи Цин. Ван Няньсунь полагал: «Появление в начале слов элементов отрицания „фу“ 弗, „бу“ 不 и „у“ 毋 несет лишь фонетическую функцию, а не смысловую». Далее цитируются слова Чжоу Фагао: «В древнекитайском „бу“ 不 и „фу“ 弗 могут рассматриваться как „приписки к началу слова“». Это относится к приставкам, рассматриваемым в статье. Авторы пишут: «На основе сказанного нашими предшественниками мы, с одной стороны, дополним материалы относительно приставок „бу“ 不 и „фу“ 弗, с другой – объясним, что приставки „бу“ 不 (она же „фу“ 弗) и „бу“ 布 (о приставках „у“ 毋 и „у“ 无 – смотри сочинение Чжан Хуэйин за 1998 год) имеют тот же источник,