Семь смертей чёрного демона - Ольга Морох

Ты пойми, к науке я равнодушен, разве только к алхимии. Всякие старые культы мне сделали много неприятного, от того к этим мне дела нет. Лишь бы мертвяки не встали, как было в наших с Яргитом походах. Но в том храме все иначе сделалось. Встретил нас тот храм ласково. Лестницу предложил, пустил всех без препон. Как чудище, ждал, пока жертвы зайдут в пасть, чтоб захлопнуть её и отрезать пути к остступлению.

Осторожно, ступенька за ступенькой, Яргит спускался вниз, оглядываясь вокруг. Мы — первые, кто видел Храм Ахоменофа изнутри. Событие, можно сказать историческое, достойное описания и места в истории. Магичка, поди, уж написала о том. За этим же она была приставлена? Надеюсь моего имени там не упомянула. Хотя, тот труд я не читал. Ты глянь, коль сделается любопытно. Сравнишь впечатления.

Привратная зала была пуста. В свете фонарей было видно немногое. Только резьба по кругу, изображающая жертвоприношения. Человеческие. И сцены охоты. Тоже на человека. По коже пробежал холодок. Темная сторона. Мы вступили на темную половину Храма.

Наконец, все спустились вниз, и с благоговением начали оглядывать стены, освещая себе нужное фонарями. Я лишь следил за Акварисом. Сверху в ярком пятне люка показалась голова.

— Все в порядке? — Асмир.

— Все отлично! — Прокричал Акварис. — Мы к обеду обернемся! Может раньше!

— Хорошо! — Голова пропала. — Мы здесь!

Акварис оглядел свой отряд.

— Порядок такой, — сказал он голосом, не допускающим возражений. — Привяжем конец бечевы к лестнице. Все идут кучно, не разбредаясь.

Я уж оставил ему командовать. Моё дело — малое. Зайти и выйти. Акварис пошел первым, следом потянулся и я, потом Моллин с Головиком, затем шел Яргит, замыкал колонну Северянин. Таким порядком сделали несколько шагов. Моллин ахнул, задирая кверху голову. Следом посмотрел и Яргит. Наверху, на своде стали видны неведомо как подсвеченные рельефы, изображающие сцены битв многих армий. А я пропустил тут второй знак. Свет фонарей никак не мог осветить такую высоту. Что ж нам нарочно показывают эти скульптуры? Кто и зачем. Магики, однако, в восхищении рассматривали рельефы.

— Это же битва за Гремячий Вал! — Моллин крутился, разглядывая. — Потрясающе! Только посмотрите!

Я слабо отмахнулся. Позади раздался скрежет- вот, что тревожило. Через секунду и чародеи обратили на звук внимание. Оглянувшись, все увидели, что огромная дыра в потолке, точно луна в затмение начала убывать.

— Что за шутки? — Акварис бросился назад, к лестнице. — Не смейте!

Головик, не задумываясь особо, выставил руку вперед, сотворил заклинание, которое отскочив от люка, рассыпалось искрами по стенам. Тут уж все кинулись к лестнице.

— Эй! — Крикнул хрипло Северянин. Значит, есть голос, просто не пользуется он им без надобности. Акварис уже был на середине лестницы. А люк закрылся на треть. Сверху тоже раздались возгласы удивления, потом ужаса.

— Не смейте! — Акварис захрипел, отступил на шаг. Я уже был рядом, бросил быстрый взгляд на чародея, потом перевел глаза на закрывающийся люк.

В уменьшающуюся дыру воткнули толстые металлические ломы, начали препятствовать, чтоб люк не закрылся совсем, но то было бесполезно. Невероятная сила сила тащила плиту на место, сминая металл, точно бумагу. В отверстии показались перекошенные от страха лица. Вася, магичка и Асмир.

— Невозможно остановить!

— Стош!

— Через воздушные …. — люк закрылся, отрезав от нас всякие звуки снаружи. Яргит бессильно закричал. Моллин ухватился за голову. Акварис сел на ступенях, где стоял. Северянин не сводил глаз с люка. Тотчас, как по команде погасли свечи в фонарях. Наши замолчали. Тишина окутала привратную залу. Засветился сам камень, разгоняя мрак. Стало возможно увидеть друг друга, разглядеть барельефы и понять, что путь к солнцу теперь отрезан неведомой силой.

*****

— Что ж, он вас запер? — уточнил гость. — Тот, кто жил в храме.

— Он нас поймал, то точнее будет, — усмехнулся хозяин. — Зашли то мы уж сами, как пчёлы на мёд. Особенно я. Уж знак мне перед тем был явный, но я не стал обращать внимания. За то и поплатился.

*****

Поначалу думали. Кричали, звали, ругались, искали виновного, но вскоре успокоились. Первым делом решили ждать, что люк откроется. Просидели в тишине неведомо сколько времени. Я успел задремать на ступенях от скуки и тягостного молчания. Яргит подступил ко мне с вопросом, что ж теперь? А что я ему отвечу? Я не Магик, я просто охранитель. А магики то наши ответов не знали. Акварис тужился родить решение, да ничего у него не выходило. Силы их оказались слабы против неведомого хозяина. От злых нам открывались два коридора вглубь и каждый светился по-своему. Правый тускло, имогильно. Левый с солнечной яркостью. Но то обман, конечно же. Оба одинаково могли привести нас к гибели.

К обеду пришло понимание, что безделье ничего для нас не сделает. Каждый хоронил себя в этом Храме, но боялся признаться в этом всем остальным. Яргит откашлялся.

— Надо разделиться, — сказал он, стараясь, чтоб голос не дрожал. — Проверить, куда ведут оба коридора.

А вот тут я с ним был не согласен, оглянулся, поджав губы.

— Не лучший вариант, — проговорил я.

— Почему?

— Нельзя давать ему повод разделить нас, — я то думал, очевидно, что чья-то воля желает нам смерти.

— Кому? — Яргит оглянулся, начиная уже нервничать. По всему, он решил, что у меня в уме что-то повредилось.

— Ему, — я отступил, огляделся. — Этому Храму.

Акварис с насмешкой на меня посмотрел.

— Я смотрю, ты струсил?

Я уж не ответил. Моллин закусил палец.

— Нам надо найти воздухозаборную шахту. Через неё нас смогут вытащить отсюда, — сказал старик. — Мы прочистили несколько. Они соединяются с камерами напрямую. И достаточно широки.

— Верно, — Головик вцепился в собственный пояс, не зная, куда деть руки.

— Это мысль, — кивнул Яргит. Закрыл глаза, припоминая, где ближайшая дыра. — Нам туда. — Мавельс показал рукой в левый коридор. — Шахта там, я помню.

— Нет, — Моллин показал в другую сторону. — Туда, я отлично помню.

А я вздохнул. Началось!

— Хорошо. Я пойду в левый коридор. Кто со мной? — Вся компания начала переглядываться. Яргит посмотрел на меня. Я взглянул на Аквариса. Чародей тяжелым взглядом смерил Моллина.