Министры финансов - Александр Владимирович Пачкалов

Горбачёва, таким министром мог стать работник аппарата ЦК КПСС, привыкший к партийной дисциплине. Борис Иванович Гостев в Центральном аппарате партии проработал 23 года. Он хорошо знал всех работников Министерства финансов СССР и Министерства финансов РСФСР. Был достаточно информирован о деятельности финансовых органов. Всякую работу делал обстоятельно. У него выработался стиль сжато и доходчиво излагать свои мысли, что было важно в работе ЦК. Работники Министерства финансов СССР с уважением относились к нему».

О своём назначении на должность министра финансов Гостев вспоминал так: «Мне передали, что Николай Иванович Рыжков ставит вопрос о моём переходе в Министерство финансов. Я ответил, что хотел бы оставаться в ЦК до 25-летнего юбилея моей там работы. Решение не было принято, на этом мы и разошлись. Но через несколько дней раздался звонок по внутренней связи от Михаила Сергеевича Горбачёва. Он спросил: “Ты можешь выполнить мою просьбу и перейти на работу в Министерство финансов?” Здесь я не мог уже отказаться, так как считал просьбу выше приказа. Так я стал министром финансов СССР, сделал в своей жизни самые трудные 100 шагов (здания министерства и ЦК разделяло именно такое расстояние)… Работу Министерства финансов я знал достаточно хорошо, поскольку оно входило в сферу деятельности Экономического отдела, постоянно встречался с руководящим составом министерства и ведущими специалистами, часто бывал на заседаниях коллегии, партийных собраниях, особенно когда министр В. Ф. Гарбузов тяжело болел».

Б. И. Гостев, придя из аппарата ЦК КПСС, где как раз вызревали первые материалы будущих проектов, которым предстояло стать основой будущей перестройки, большое внимание уделял обновлению кадрового состава, включая и руководящее звено, в том числе привлекая руководителей «с мест» и выдвигая перспективных специалистов центрального аппарата. Создал Институт повышения квалификации финансовых работников.

Борис Иванович, будучи хорошо знаком с содержанием работы министерства и его аппаратом, всё же не был посвящён в нюансы практической работы, тем более в период нараставших сложностей в финансовом положении, и уже сложившегося, но официально нигде не упоминаемого дефицита бюджета. Видимо, поэтому он инициировал одновременное назначение своим первым замом начальника Отдела финансов и себестоимости Госплана СССР В. С. Павлова, коренного выходца из Минфина СССР, начинавшего в своё время путь на выдвижение с рядового специалиста местного финансового органа. Поначалу они вместе даже ходили на заседания Президиума Совмина СССР. Но уже через три месяца В. С. Павлов был назначен председателем Комитета цен СССР.

Своим новым первым заместителем Борис Иванович выдвинул самого молодого члена коллегии, начальника Бюджетного управления Владимира Георгиевича Панскова, к этому времени прошедшего серьёзный путь от рядового экономиста на отраслевой работе до руководителя штабного подразделения центрального финансового ведомства страны и уже хорошо знавшего все главные аспекты его работы. Тандем «Гостев – Пансков» заработал.

Владимир Георгиевич Пансков любезно передал авторам книги такие свои воспоминания о прежнем руководителе: «Умнейший, интеллигентный человек, Борис Иванович пришёл в Минфин в тяжелейшее для советской экономики и её финансов время. Мировые цены на нефть и продукты её переработки были на самом низком за последние годы уровне. В разгаре была борьба с пьянством и алкоголизмом. Вырубались виноградники, производство и, соответственно, реализация водки и другой алкогольной продукции упали до катастрофически низких размеров. Доходы бюджета резко сокращались, поскольку они в немалой степени зависели от сырьевого экспорта и от производства алкоголя. Борис Иванович до назначения на пост Министра финансов СССР работал в аппарате ЦК КПСС заведующим экономическим отделом. При этом, несмотря на столь высокий пост, который он занимал (должность заведующего отделом в ЦК КПСС приравнивалась к должности министра), он был весьма скромным человеком, каковым и оставался всё время работы в Минфине СССР. К тому же, как оказалось, он по своей специальности не был финансистом, и всю свою трудовую деятельность занимался вопросами труда и заработной платы. Но это не помешало ему сразу же войти в курс дела и энергично взяться за работу. Буквально через два-три дня после вступления в должность Борис Иванович пригласил меня к себе. Я к этому времени уже успел подготовиться и был готов рассказать вновь назначенному министру о состоянии финансов в стране, об уже утверждённом бюджете на новый 1986 год. Борис Иванович всё схватывал на лету, задавал много наводящих вопросов. Мне было легко работать с ним, меня поражали его умение спокойно и терпеливо выслушивать собеседника, а также отличная память на цифры и даты. Занимая длительное время ответственные посты на партийной и советской работе, он оставался очень скромным человеком. Его, министра финансов СССР, сотрудники Минфина видели, например, едущим в воскресный день в электричке на дачу. Но одновременно с этим в нём ощущалось какое-то настороженное отношение к переменам в общественно-политической жизни страны, в экономической политике. Он никогда не выражал это ни поступками, ни действиями. Но те, кто постоянно общался с ним по работе, ощущали это. По-видимому, на это влияла его длительная работа в партийных органах».

Изучение архивных документов и знакомство с воспоминаниями современников свидетельствует о том, что после назначения на должность министра Борис Иванович Гостев попытался провести определённые изменения в области финансов и экономики в целом. Он старался выполнить решения по перестройке деятельности Министерства финансов, переводу отраслей народного хозяйства на полный хозрасчёт и самофинансирование, введению долгосрочных нормативов распределения прибыли и другие установки, поступавшие сверху.

Вместе с тем видение ситуации Борисом Ивановичем не во всём и не всегда совпадало с мнениями Николая Ивановича Рыжкова и Михаила Сергеевича Горбачёва, бывших его руководителями.

Борис Иванович, как представляется, не без оснований считал, что форсированное создание кооперативов открывает путь к разного рода злоупотреблениям, в то время как его начальники стремились активизировать этот процесс всеми возможными способами. По поводу своих расхождений во взглядах с председателем Совета министров СССР сам Борис Иванович писал следующим образом: «Это [кооперативы] было “любимое дитя” Н. И. Рыжкова. С кооперативов начался развал общественной собственности в пользу частной. Тогда Верховный Совет СССР отверг закон об их налогообложении. На заседании Политбюро, которое предшествовало заседанию Верховного Совета, Минфин и Госплан были обвинены в непонимании политики партии и в том, что они душат ростки экономической свободы. С кооперативов были сняты почти все налоги. На меня шёл колоссальный нажим. Обвинили чуть ли не в противодействии линии партии. В результате целый год кооператоры жили практически вообще без налогов – с них брали всего лишь 3 % от прибыли. Это позволило дельцам за счёт государства создать свои капиталы».

Возможно, Борис Иванович в своих воспоминаниях не совсем точен, ибо, по свидетельству бывшего тогда его первым заместителем Владимира