Почему трудно быть вместе. И как найти ритмы и связи в отношениях - Марина Перепелицына

Знание своих корней, ощущение любви и поддержки от своих предков, ощущение принадлежности к двум своим родам и ощущение их силы дает человеку, который психологи по межпоколенческим связям называют «любовью рода».

Человек, по каким-то причинам оторванный от своего рода/племени – как дерево без корней. Когда-то моя дочь была волонтером в двух детских домах. Она приходила после каждого визита в эти учреждения и со слезами на глазах рассказывала: «Мама, они все хотят в семью, особенно маленькие. Они ничего не хотят так – лишь бы их выбрали и забрали в семью». Каждый человек, кто хотя бы раз заходил в детский дом, знает, что самые маленькие выбегают и всматриваются в лицо пришедшему, ожидая, что он к кому-то из них и, возможно, кого-то выберут. А некоторые, самые нетерпеливые, показывают молча рукой на себя и всем собой шепчут: «Меня, меня». Родной дом, родные люди, родные предки… могут ли быть священней слова?

Энергия, которую мы получаем от своих предшественников и родителей, питает нас на протяжении всей жизни. Мы успешней, счастливей, уверенней, эффективней и здоровей… Более того, наша эволюционная задача передать это дальше – своим детям. И такое понятие, как родословная, уже давно прерогатива не только аристократических семей.

Ребенок рождается на свет благодаря не только своим родителям. В нем соединяются два огромных рода – род матери и род отца, дающие ему генетическую силу, энергию жизни наших предков – и это опоры для жизни. Как мы распорядимся этими дарами – наше жизненное дело – профукать то, что было отшлифовано временем, преумножить и передать дальше или трансформировать и совершенствовать своими жизненными усилиями – решать нам. Но это плохая идея – прервать поток любви, дарованный уже только тем, что наши родители дали нам самое ценное – жизнь, которую никаким другим образом, ни при каких других обстоятельствах, ни от кого другого мы получить бы не смогли.

Глубинное осознавание этого факта обычно помогает нам принять своих родителей. И как писал мудрец Калил Джебран: «Ваши дети – это не ваши дети… Вы можете дать дом их телам, но не их душам… Вы только луки, из которых посланы вперед живые стрелы…»[211]

То, что пережили наши родители, бабушки и дедушки, прабабушки и прадедушки, влияет на течение нашей жизни. Как правило, мы можем увидеть несколько поколений в своей семье, у большинства есть возможности узнать ее историю и увидеть – что, где и как часто обнаруживается в самых различных сюжетных повторениях. Это могут быть разводы у нескольких поколений, смерть или болезни от одного заболевания, способности и умения, систематические несчастья, просто биографические повторы. И это может настораживать самых молодых в семье. Приведу вам несколько примеров, в которых клиенты рассказывают свои собственные наблюдения задолго до терапии, которые они сами увидели и которых испугались. Я не буду подробно описывать самих клиентов и их истории – всего лишь запрос, с которым они пришли впервые. Я опускаю свои уточняющие вопросы, диалоги – только суть обращения.

Клиентка Л., 29 лет, не замужем, детей нет. Терапия с ней проходила 15 лет назад:

В последнее время я все время ловлю себя на страхе – боюсь заболеть раком чего-то женского. Иногда по несколько дней я все время об этом думаю и хочу бегать на обследования чуть ли не каждую неделю. Потом я себя останавливаю, успокаиваю, но меня хватает ненадолго. А недавно четвертая по счету родственница получила диагноз – рак матки. Все дело в том, что онкологией заболевают исключительно женщины по маминой линии.

Сначала от рака груди умерла моя прабабушка – я ее не знала, только понаслышке. Я даже не знаю, в каком это случилось ее возрасте. Десять лет назад умерла мамина мама, моя бабушка, от какого-то очень быстрого рака матки – ей было чуть больше шестидесяти, а мне тогда было девятнадцать. Я горевала, но никаких мыслей о повторяемости даже не возникли. Но два года назад я похоронила маму – тоже рак матки. И тут меня накрыла паника в первый раз. Я бегала по врачам, требовала поставить меня в группу риска, но, как понимаете, это ничего не дало. Но во мне поселился жуткий страх. Я ловлю себя на мысли, что я просто живу в ожидании диагноза.

Мы начали работать с Л. и выяснили очень много интересного. Например, от нее я впервые услышала такое выражение «слаба на передок». И все истории женщин этой семьи сводились к тому, что они очень любили сексуальное разнообразие. Сразу предупрежу тех, кто любит на себя примерять чужие истории: эта история конкретной семьи и конкретных женщин. Я знаю многих любительниц менять сексуальных партнеров, но в их семьях раком не заболевают.

В данной истории вскрылось много подробностей поведения женщин ее семьи, в том числе и у клиентки, которые, мягко говоря, можно назвать не более чем наброском системы ценностей. Ни о самоуважении, ни о достоинстве, ни даже в средовых количествах – признаках обыкновенного стеснения – в этой истории речь не шла. Мы восстанавливали пару лет все то, что должно было быть привито девочке еще в детстве. Если учесть, что терапия шла в начале нулевых, после лихих девяностых, то работа была просто захватывающе интересной и любопытной с точки зрения постижения такого богатого женского опыта. Насколько мне известно, она живет и здравствует, дай-то Бог.

Еще один пример, который совершенно с другим контекстом, про клиентку С., из Германии. Эта женщина занималась совершенно не женским бизнесом, зарабатывала весьма большие деньги. О таких людях смело можно сказать: активные, успешные, деловые, преуспевающие и просто богатые. Она обратилась по поводу отношений с мужем немцем, таким же успешным и деловым человеком, как и она сама. Отношениями она дорожила, мужа ценила, претензий к нему в принципе и не было, но что-то периодически происходило с отношениями, в которых ни с того ни с сего на несколько недель поселялся холод, отчуждение, даже желание отстраниться и появлялись мысли о разводе. Прямо детективная история, и мы начали разбираться – что же все-таки происходит.

Мы достаточно быстро выяснили, что причиной резких охлаждений каждый раз становились деньги. Муж считал, что они достаточно обеспечены и богаты, чтобы больше времени проводить вместе, на отдыхе, путешествовать. Она же со своей стороны постоянно была в тревоге, что деньги могут быстро закончиться и нужно собрать больше и еще больше. Она копила, избегая даже необходимых покупок, чтобы выглядеть согласно дресс-коду в ее профессиональной среде. Ее выносливости