Ледяное сердце эриды. За гранью - Цитианка

Теоден коротко усмехается.

— А тебе она, значит, будет рада?

Я думаю об этом всего миг и сразу понимаю, что нет. Мирель мне не обрадуется. Она уже давно не рада мне после того, как я предала их всех, а теперь предаю снова. Но со мной у людей хотя бы будет лучшее представление о том, что она скажет и чего захочет.

— Вы не знаете, на что они теперь способны, — говорю я сдавленно. — Это не обычные эриды. Они… пережили некоторые вещи, после которых могут управлять имфирионом. Вам нужны камни. Камни безмолвия.

— Камни безмолвия? — Теоден наконец останавливается и резко поворачивается ко мне.

Он смотрит так, будто я только что назвала не средство защиты, а старую сказку, которую вдруг приходится принимать всерьез посреди рушащегося дворца.

— Тот, что Каин носил на кольце?

— Да, — отвечаю я быстро, боясь потерять эти несколько секунд его внимания. — С этим камнем эриды не смогут ощущать ваш имфирион. А если не смогут его почувствовать, то не смогут и управлять.

Теоден хмурится, вымученно проводя ладонью по лицу.

— Прекрасно. Просто великолепно. Осталось только найти столько камней, чтобы закрыть ими хотя бы половину стражи, пока у ворот стоит толпа эридов и ждет, когда мы закончим разбирать украшения.

Я собираюсь ответить, но в этот момент из-за поворота выходит мужчина в тяжелом меховом плаще поверх мундира. Он высокий, с тяжелым, собранным лицом и тем взглядом, от которого сразу хочется выпрямиться, даже если ты не его солдат. Я узнаю этого мужчину. Он был в тот день в зале Совета, когда мне объявляли приговор за осушение Родена. Кажется, его зовут Нейвард Остран, он советник короны и судя по одинаковой фамилии и схожим чертам лица, это отец Теодена.

За ним следуют двое офицеров, и оба замолкают, как только видят меня.

— Теоден, — твердо произносит Нейвард. — Почему эта эрида находится в коридоре дворца, а не сидит в камере под замком?

— Отец, только не начинай, — сразу бросает Теоден. — Лучше скажи, где нам быстро взять много камней безмолвия?

Нейвард хмурится сильнее, и на миг мне кажется, что он сейчас решит, что Теоден просто сошел с ума от усталости.

— Много чего? — переспрашивает он сухо.

— Камней безмолвия, — повторяет Теоден уже раздраженно, шагнув к нему. — Темных камней, которые носят в кольцах, подвесках, серьгах, где угодно. Мне нужно все, что есть во дворце и в ближайших домах знати. Сейчас.

— У нас эриды стоят у стен, одна из них идет рядом с тобой по дворцу, а ты спрашиваешь меня про камни? Ты вообще понимаешь, как это выглядит?

— Понимаю, — отрезает Теоден. — И именно поэтому спрашиваю.

— Это она тебе сказала? — уточняет Нейвард, кивком указывая на меня.

— Да, — отвечаю я раньше Теодена. — Если у тех, кто пойдет на переговоры, будут камни безмолвия, эриды не смогут почувствовать их имфирион и влезть им в голову.

Отец Теодена смотрит на меня еще секунду, явно через силу принимая сам факт, что сейчас ему приходится слушать эриду посреди дворца.

— И где, по-вашему, я должен за несколько часов достать столько камней? — спрашивает он уже жестче. — Пойти обшаривать лавки ювелиров?

— Хоть это, — бросает Теоден. — Хоть сокровищницу, хоть половину дворца. Мне все равно. Найди.

Нейвард резко выдыхает через нос, потом поворачивается к одному из офицеров.

— Поднимай всех. Быстро. Пусть опросят слуг, стражу, двор. У кого есть украшения с темными камнями, серьги, кольца, подвески, пряжки, все сюда. Если кто-то начнет спорить, пусть сразу объяснят, что речь идет о защите дворца. Возьмите расписки о возмещении. Потом вернем или оплатим.

Офицер коротко кивает и сразу уходит быстрым шагом.

Нейвард поворачивается ко второму.

— Ты со мной. Проверим сокровищницу и старые хранилища.

Потом снова переводит взгляд на Теодена.

— Если это не сработает, она умрет за то, что отняла у нас время.

В этот момент в коридоре раздаются быстрые шаги. К нам почти подбегает стражник, запыхавшийся, с белым лицом и сбившимся дыханием.

— Милорд… эриды… они там… люди…

Теоден на миг закрывает глаза и проводит ладонью по лицу. Вся эта сцена и каждая новая проблема уже довели его до предела.

— Успокойся, — выдыхает он. — И рассказывай нормально.

— Они подошли ближе к воротам и сначала просто стояли. Потом один из наших крикнул что-то со стены, и после этого внизу началось. Люди у ворот с ума посходили. Один бросился на другого с мечом, еще двое начали биться об стены. Кто-то орет, что слышит голоса. А Картен… сорвался со стены вниз.

— Людей от ворот гнать по домам, — командует Нейвард без промедления. — Всех, кого можно разогнать, разогнать. Стража без необходимости не высовывается до переговоров. Никто не лезет к эридам сам, никто не орет со стен и не строит из себя героя. Передай это всем постам. Сразу.

— Слушаюсь, милорд, — Стражник быстро кивает и тут же срывается с места.

Теоден коротко выдыхает и сразу поворачивается к отцу.

— Собирайте все, что найдете. Через час встречаемся в главном зале, а потом сразу идем на переговоры. Отец Эрис предложил свой дом для встречи. Пойду я, Селина… да, отец, она идет. Это была ее идея с камнями, и она лучше нас понимает, что они там делают. Еще двое из охраны. Валден, Рояна и Грегор.

Нейвард резко втягивает воздух, явно прикидывая про себя, насколько ему не нравится вообще каждая часть этого плана, от моего участия до самого слова переговоры, но спорить не начинает. Только переводит взгляд на оставшегося офицера и коротко кивает, давая понять, что приказ уже принят и время на возражения закончилось.

— Передай Алерику Расселу, пусть очистит дом и уберет лишнюю прислугу, — требует он. — Стражу расставить по периметру, на крыше и у заднего входа. Никто не должен подойти туда без проверки.

Потом он переводит взгляд на Теодена.

— Через час в главном зале, — говорит он коротко. — К этому времени все должно быть готово.

Не дожидаясь ответа, он резко разворачивается и уходит, уводя за собой офицера. Их шаги быстро удаляются по коридору, и уже через несколько секунд рядом остаемся только мы с Теоденом и гул дворца, который с каждой минутой становится все