Теорема страсти - Наталия Анатольевна Доманчук

Андрей чертыхнулся и, облокотившись на спинку дивана, закрыл глаза.

И что ему сейчас делать? Как жить? Опять медленно умирать пару лет? Да каких «пару»? Все пять с половиной, которые он прожил без Виктории можно смело вычеркнуть.

И этот мальчишка… Никита. Он ведь его точная копия. Неужели такое возможно? Конечно!

Андрей вскочил и вытащил из шкафа старый семейный альбом. Рассматривая свои детские фотографии, он внимательно всматривался в мальчишечье лицо, которое было один в один как у Никиты.

Резко захлопнув альбом, он набрал своего старого знакомого, который когда-то работал у него в службе безопасности:

– Данила, привет, это Топазов. Помнишь наш старый кейс с тринадцатого года?

– Балерина?

– Да. Нужна срочно вся информация о ней.

– Если я не ошибаюсь, она в Канаде? Что именно надо? Поставить прослушку? – спросил Данила.

– Пока нет. У нее есть ребенок, сын. Мне нужно знать, когда он родился, где, кто его отец, есть ли у нее муж, где она живет и чем занимается.

– Понял. Боишься, что твой малец?

Боялся ли Андрей? Он только сейчас понял, что если это его сын, то…

Он тихо выругался и, закрыв глаза, сказал:

– Пока найди эту инфу. Потом надо будет еще кое-то проверить.

Он встал с дивана, подошел к бару, достал лед из маленькой морозильной камеры, серебряными щипцами положил пять кусочков в стакан и сверху налил виски. Чуть пригубив, он понял, что не хочет пить. Не может. Потому что свою порцию, которая дается человеку на жизнь, он выпил в декабре 2013 года. Из запоя его вытащил Михаил. Первую неделю тот пил вместе с ним, а потом уже пытался остановить. Удалось не сразу. Да и как удалось? Андрея стало воротить не только от алкоголя, но и от жизни. На работу идти не хотел, есть не хотел, руки опустились сами собой и наступили полная апатия и дезориентация. Он целыми днями стеклянными глазами пялился в телевизор, никого не замечая. Когда звонили родители – Андрей не поднимал трубку, даже когда мама заподозрила что-то неладное и прилетела в Москву – она ничего не могла поделать. Сын говорил, что с ним все хорошо, и только выпытав у его лучшего друга, что случилось, она стала упрашивать Андрея поехать погостить к ним в Израиль, но он, конечно же, не согласился.

Вытащили его из этой ямы опустошенности сама жизнь и время. Правда, выбирался он из этой глубокой воронки долго. Года два вообще женщин видеть не мог. Смотрел на красивую блондинку, и его воротило. Но время все же помогло вернуться к жизни. Большую роль в этом восстановлении сыграла Олеся. Со свойственной ей наглостью она просто не замечала его равнодушие, плохое настроение и апатию. Когда он прогонял ее, она уходила, но на следующий день возвращалась.

Познакомились они на набережной возле Москва-Сити. Андрей вышел покурить и прогуляться после совещания: тяжелая голова раскалывалась от тупой, бьющей в висок боли. Погода была мерзкая: холодный майский дождь третьи сутки лил как из ведра. Но когда в душе такой же ливень, то погоду за окном почти не замечаешь. Он перешел дорогу и прошел посмотреть на реку, как рядом притормозила девушка на самокате. На ней была болоньевая куртка и джинсы, поверх одежды салатовый дождевик. В одной руке она как-то умудрялась держать прозрачный зонтик.

– Похоже, чувак, ты не в себе, да?

Андрей попытался зажечь сигарету, но та моментально промокла, и он достал из кармана пачку, чтобы вытащить вторую. Над его головой возник зонтик, и только тогда он одарил девушку взглядом. Совсем не добрым и незаинтересованным.

– Давай закуривай, тебе же явно надо.

Андрей действительно прикурил и, сделав глубокую затяжку, прикрыл глаза.

– Что у тебя случилось? – не отставала Олеся.

– Ничего, – тихо произнес Андрей, – просто устал.

О том, что устал он от сухих и бестолковых дней, Андрей промолчал.

– Работаешь тут? – она кивнула на высоченную башню.

– Угу.

– Круто. Давно мечтаю работать в Сити.

– А кто ты по специальности? – Андрей еще раз затянулся сигаретой.

– Никто, – девушка громко рассмеялась. – Все никак не могу закончить институт. А ты кем работаешь?

Андрей скривился и пожал плечами, на которые все же попадал дождь.

– Фиг его знает. Что-то делаю.

– О, так ты философ? Поехали со мной!

Андрей серьезно посмотрел на девушку, потом на самокат, но Олеся не унималась:

– Давай, не бойся. Мы оба худенькие и стройные, поместимся. Вставай сзади, держись за меня, и ты не пожалеешь!

Андрей подумал, что хуже, чем ему было сейчас, уже точно не будет, встал на подножку самоката и обнял Олесю сзади.

Они действительно добрались быстро и без приключений. Олеся привезла его в кафе «Шинок», заказала ассорти из шести видов сала, попросила дополнительно принести им чеснока, на горячее была ножка молочного поросенка, запеченная на ольховых дровах, а на десерт варенье из земляники.

Только когда они закончили обедать, Андрей понял, что вышел на набережную и не захватил с собой кошелек.

– Да не парься ты, я оплачу. Будешь должен, – Олеся задорно засмеялась.

– Тогда я тебя подвезу до дома, – предложил Андрей.

– На чем? – продолжала веселиться девушка.

– Майбах тебя устроит?

– А где он? До него мы будем добираться опять на самокате?

– Нет, водитель подъедет и заберет нас, – успокоил ее Андрей, улыбаясь.

С этой девушкой ему впервые за последних четыре года было нормально. Нет, не хорошо, просто нормально. Она его не напрягала, не раздражала. Наверное, если бы у него была сестра, то она походила бы на Олесю.

– У тебя есть водитель? – удивилась девушка, а потом прищурилась и шепнула ему на ухо: – А может, у тебя еще есть деньги снять на ночь «Four season» на Красной площади?

Андрей хмыкнул и задумался: надо ли ему это? Так хорошо сидели, говорили по душам, Олеся рассказала про строгих родителей и как она назло им вышла замуж за первого встречного. А теперь эта замужняя дама предлагает ему переспать с ней?

Пока он думал, девушка тяжело вздохнула и махнула рукой:

– Понятно, нет у тебя таких бабок. Да и у меня нет. А вот мечта переночевать в крутом отеле в пентхауса на Красной площади – есть.

– Будет тебе пентхаус! – Андрей взял телефон и выдал инструкции водителю.

Через полчаса они уже были в отеле. Пентхауса не оказалось, но им предложили номер люкс «Королевский юг» с частной террасой и видом на Красную и Манежную площади.

Олеся прыгала и радовалась, как ребенок от красивой конфеты или игрушки, а когда она увидела