Испания от И до Я. Двойники Дали, сервантесовская вобла и другие истории заядлого испаниста - Татьяна Ивановна Пигарёва

еще не взошедшего на живописный Олимп. Именно в этот приезд Рубенс написал конный портрет герцога Лермы, фаворита Филиппа III и реального правителя государства. Это один из первых в истории (если не первый) конных портретов некоронованного всадника и очередной архетип парадного портрета (испанские терции готовятся к атаке у ног белого коня с роскошной гривой).

В эпоху «малых Габсбургов» реальная власть переходит к фаворитам, и всесильный герцог Лерма, блестящий, но алчный и циничный аристократ, был первым в этой чреде. Придворный анекдот повествует, как некий дворянин добился аудиенции у Филиппа III. Король посоветовал обратиться с ходатайством к герцогу Лерме. «Если бы это было возможно, я бы сейчас не говорил с вами», — ответил идальго.

На поприще искусства Лерма весьма преуспел: от отца в наследство он получил 21 картину, а в момент отставки в 1618 году в описи его имущества значилось более 2700 работ: Эль Греко, Антонис Мор, Санчес Коэльо, Пантоха Де ла Крус, Тициан, Рубенс, Фра Анджелико. Предвидя опалу, он подстраховался, получив от папы Павла V кардинальскую шапку, и часть коллекций раздарил по церквям и монастырям. Из собрания Лермы Музей Прадо унаследовал не только «Конный портрет», но и полный цикл «Апостолов» Рубенса, а также «Саломею» Тициана и «Благовещение» Фра Анджелика. За одно «Благовещение» Лерме многое можно простить.

В семье Михаила Лермонтова жило предание об испанском предке герцоге Лерма, и в юности поэт написал его портрет (ныне в музее Пушкинского Дома в Петербурге). Родство с Испанией всегда радовало русскую душу, и маловероятно, что Лермонтов вдавался в детали махинаций легендарного пращура.

Куда более блестящей наследницей Филиппа II была его любимая дочь — Изабелла Клара Эухения, та самая девочка с венком с парного портрета Санчеса Коэльо. Вместе с мужем эрцгерцогом Альбрехтом VII Австрийским они правили южными провинциями Нидерландов и щедро поставляли живописные шедевры в Мадрид. Придворным художником штатгальтеров Испанских Нидерландов был сын Питера Брейгеля, Ян Брейгель Старший по прозвищу Райский или Цветочный. Роскошные букеты этот рафинированный и каллиграфически изящный мастер писал всегда с натуры, сочетая цветы разных времен года. Большая часть запечатленных им ботанических раритетов происходила из оранжерей Изабеллы Клары Эухении в Брюсселе. Туда из «Новой Индии» поставляли лучшие образцы флоры, а также фауны — для придворного зоопарка. Обезьяны и попугаи на аллегорических картинах Яна Брейгеля также написаны с натуры.

В эти годы Испания, разоренная бесконечными войнами и неумением распоряжаться богатствами, текущими из колоний, была вынуждена проводить миролюбивую внешнюю политику, заключив не только мир с Англией, но и Двенадцатилетнее перемирие с Республикой Соединенных провинций.

Питер Пауль Рубенс. «Конный портрет герцога Лермы». 1603

Белый конь с портрета Лермы перекочует в райские сады Яна Брейгеля Старшего, близкого друга Рубенса, и его сына Яна Брейгеля Младшего.

Ян Брейгель Старший и Питер Пауль Рубенс. «Зрение» (фрагмент). 1617

В «Зрении» из живописной серии «Пять чувств» за спиной Венеры виден парный портрет эрцгерцога Альбрехта VII Австрийского и Изабеллы Клары Эухении — штатгальтеров Испанских Нидерландов.

После подписания Альбрехтом перемирия в 1609 году придворная, общественная и церковная жизнь в Нидерландах вступила в эпоху особого расцвета. Холсты Яна Брейгеля Старшего из коллекции Прадо тому подтверждение: дворцы и процессии, но также сельские праздники, свадьбы и гулянья. Всюду с народом мудрые правители — Изабелла Клара Эухения и Альбрехт. На свадьбах они, конечно, не пляшут, но созерцают с умилением.

В год перемирия придворным живописцем правителей Нидерландов вслед за Яном Брейгелем стал Рубенс. Позже он в качестве дипломата — талант проявляется во всем — будет вести переговоры с Республикой Соединенных провинций и с Англией от лица Изабеллы Клары Эухении. В коллекции Прадо есть ее портрет кисти Рубенса, где пейзаж написан Яном Брейгелем. Два художника были почти что родственниками: Рубенс называл Яна Брейгеля старшим братом, был крестным отцом двух его детей и душеприказчиком. Они часто работали вместе, хотя сложно представить более противоположные творческие индивидуальности: монументальность и пластичность крупноформатных полотен Рубенса и утонченная тщательность камерной живописи Яна Брейгеля. Лед и пламя уживались в гармонии.

В Прадо «Эдемский сад с грехопадением» подписан дважды: в левом нижнем углу — «PETRI PAVLI RVBENS FIGR» и в правом нижнем — «IBRVEGHEL FEC». Лучшая их совместная работа — цикл «Пять чувств», где фигуры писал Рубенс, а все детали, фоны и пейзажи — Ян Брейгель. В «Зрении» Купидон показывает Венере картину, а кругом в традиции жанра «кабинета редкостей» развешаны, расставлены и нагромождены работы Рубенса, Снейдерса, Тициана, Микеланджело и Рафаэля, а также армиллярные сферы, россыпи медалей и драгоценные сосуды. Вот оно, предвестие музея. В коллекцию короны серия из «Пяти чувств», камертон фламандской коллекции Прадо, попадет уже при Филиппе IV.

Филипп IV, король с портретов Веласкеса

Правление Филиппа IV (1605–1665) началось с событий, напрямую связанных с историей коллекций. Через два года после его коронации — в 1623 году — в Мадрид инкогнито прибыли герцог Бекингем и принц Уэльский, будущий Карл I (под именем Тома Смита). «Два милых мальчика» (как называл их в старческом маразме Яков I) тайно покинули Лондон и пересекли Европу, чтобы просить для принца руки инфанты Марии, сестры Филиппа IV. В эпоху строжайшего этикета поступок немыслимый, но театральный, в духе той же эпохи.

Инфанта грозилась уйти в монастырь — только не замуж за англиканца-еретика, но Филипп IV решил разыграть эту карту, надеясь, что там, где проиграла Непобедимая армада его деда, восторжествуют свадебные колокола. Шесть месяцев пышные празднества тянулись нескончаемой чередой, принца-протестанта всячески обольщали, дабы вернуть на путь истинный.

На мадридской Пласа-Майор состоялось главное торжество — королевская коррида с процессией всех действующих в Испании орденов. Монахи — в терновых венцах, рубищах, с черепами и распятиями — шествовали, посыпая голову пеплом и истязая свою бренную плоть железными цепями. Затем последовали парад с участием 500 всадников, рыцарский турнир и фейерверки. С рекламой католицизма Филипп IV явно перестарался (переход принца в «истинную веру» был необходимым условием брака), и договориться не удалось.

Франсиско Риси. «Аутодафе на Пласа-Майор». 1683

Религиозная церемония в честь бракосочетания Карла II состоялась в 1680 году. В центральной ложе сам король, Мария Луиза Орлеанская и вдовствующая королева Марианна (та, что отражается в зеркале в «Менинах»). На этой же площади на полвека раньше его отец, Филипп IV, устроил празднества в честь «испанского сватовства» наследника английского престола.

Диего Веласкес. «Филипп IV». 1626–1628

Это один из первых