Испания от И до Я. Двойники Дали, сервантесовская вобла и другие истории заядлого испаниста - Татьяна Ивановна Пигарёва

курфюрст Саксонии, станет лидером протестантского союза и в сражении при Мюльберге будет взят в плен и низложен. Через десять лет после коронации в Ахене, когда Карла V в Болонье (в 1530) будет короновать сам папа Климент VII, Федерико Гонзага представит императору Тициана. Карл V пообещает прославленному венецианцу свое покровительство, но за поясной портрет заплатит один дукат. К счастью, герцог Мантуанский загладил неловкую ситуацию круглой суммой. Логично, что и сам герцог кисти Тициана (о, незабываемый ультрамариновый бархат!) украшает собрание Прадо, напоминая о ключевой роли Гонзага в обретении Карлом своего Апеллеса.

Он же по прошествии трех лет организует новую аудиенцию для Тициана. Ее результатом стали восторженно принятый «Карл с собакой» (в Прадо этот портрет в полный рост соседствуй с «Битвой при Мюльберге») и монаршая награда: титул графа Палатинского и рыцаря Золотой шпоры. Карл V возвел Тициана в графское достоинство — таким образом впервые в истории художник становится аристократом. И хотя Веласкесу через век спустя еще придется доказывать, что он не ремесленник, а творец, и к кавалерам ордена Сантьяго его причислят лишь по ходатайству Филиппа IV перед папой римским (вопреки козням испанской знати), начало процессу было положено.

Альбрехт Дюрер. «Автопортрет». 1498

На автопортрете Дюрер предстает в облике итальянского gentiluomo, в изысканном костюме и лайковых перчатках. Эта деталь должна была в очередной раз подтвердить, что труд художника не является «ручным» и кустарным, а относится к свободным искусствам.

Тициан. «Портрет Изабеллы Португальской» (фрагмент). 1548

Платье Изабеллы, императрицы Священной Римской империи, на портрете украшает жемчужина грушевидной формы. Считается, что это легендарная Перегрина, которая перейдет к Марии Тюдор, а в XX веке Ричард Бёртон подарит ее своей жене, актрисе Элизабет Тейлор.

Когда умрет Изабелла Португальская, любимая жена Карла, Тициан получит заказ на ее посмертный портрет. Ранние изображения, взятые за образец, уже не отвечали вкусу императора, очарованного венецианцем. На первой версии портрета Карл лично попросит Тициана исправить форму носа королевы, придав ему античное совершенство. На основе этого, ныне утраченного образца Тициан, специально приехав в Аугсбург, напишет портрет Изабеллы — украшение коллекции Прадо. Этот образ, рожденный в «сотворчестве» Карла и Тициана, останется потомкам.

Тогда же, в Аугсбурге, Тициан создал и «Карла V в битве при Мюльберге», и портрет Иоганна Фридриха Саксонского в доспехах с кровоточащей раной на щеке. Мог ли подумать Тициан, что портрет пленного курфюрста окажется в собрании Прадо символической репликой на «Охоту» Кранаха, где курфюрст пытался заманить Карла V в свои сети?

Выполняя заказы Карла V, — который в живописи видел прежде всего способ утверждения династических ценностей, а также величия короны и церкви, — Тициан создал архетип парадного портрета и стал «королем живописцев и живописцем королей». Потомки Карла окружали себя картинами художников, напоминавших венецианца по стилю, поэтому его справедливо считают «отцом» Прадо.

Не менее важно, что Тициан был для Карла ключевой фигурой не только в искусстве, но и в политике. В Испанском обществе Америки хранится письмо императора от 1549 года, где он повелевает удвоить пенсию художнику за «дополнительную услугу»: Тициан отказался от обещанного визита к папе Павлу III, а «поехал к нам, в Аугсбург». В то время как раз шел Тридентский собор, и Карлу было важно указать папе, на чьей стороне истина и сила. Император настаивал на «очищении» и «опрощении» католической церкви во имя триумфа над протестантами. Движение Тициана на шахматной доске европейской политики легко считывалось главными игроками.

Тициан. «Глория» (фрагмент). 1551–1554

Монументальное полотно «Глория» было написано Тицианом по указаниям самого Карла V. Здесь и Святая Троица, и ветхозаветные персонажи — от Адама до Ноя, — и семья императора. Рядом с наследником Филиппом II три его сестры — Хуана, Леонор и Мария.

В 1556 году Карл I передал власть над Испанией своему сыну Филиппу II и удалился в монастырь Юсте. Правителя, истерзанного болезнями и утомленного бременем власти, сопровождали любимые творения Тициана: портрет Изабеллы Португальской, «Скорбящая Богоматерь» и «Глория», которую он попросил показать себе перед смертью. На огромном холсте в лавине фигур перед Небесным Престолом склонились сам император Карл (на нем лишь белый саван, корона оставлена у ног), красавица Изабелла, наследник Филипп II. Изображен там и сам художник: он пристально наблюдает (у ног Богоматери), как каются монархи. Подпись Тициан оставил на свитке в руках пророка Иезекииля.

Филипп II в «Саду земных наслаждений»

В судьбе королевских коллекций огромную роль сыграли женщины — Маргарита Австрийская, тетка Карла V, а также его сестра Мария Венгерская, которая после гибели мужа и смерти Маргариты сменила ее на посту штатгальтера Испанских Нидерландов. Это они, покровительницы искусств и наук, обладательницы завидного вкуса, опекали Карла I и заказывали его портреты, пока Тициан не разбудил интерес к живописи в любителе доспехов.

Рогир ван дер Вейден. «Снятие с креста». До 1443

В готическом декоре в верхних углах «Снятия с креста» великого Рогира можно разглядеть миниатюрные арбалеты: заказчиком выступала гильдия арбалетчиков фламандского города Лёвена. Форму арбалета повторяет положение рук Христа и Богоматери.

Марии Венгерской, например, принадлежала одна из лучших работ в коллекции Прадо — «Снятие с креста» Рогира ван дер Вейдена, визитная карточка беспримерной по ценности коллекции нидерландских мастеров — пионеров масляной живописи. Пиршество цвета, тканей и складок, доступное для новой технологии (струйка крови Христа виднеется под прозрачной повязкой), служило заодно и рекламой местных мануфактур: от мехов трагически небритого Никодима до красных чулок Иосифа Аримафейского.

Второго великого Габсбурга, Филиппа II (1527–1598), адепты «черной легенды» и сторонники протестантов сравнивали с царем Иродом. Недаром в «Избиении младенцев» Питера Брейгеля предводитель войска так похож на герцога Альбу, рыцаря «святой непримиримости». Сам же Филипп осознавал себя в образе царя Соломона: справедливого властителя величайшей в мире империи, защитника веры, строителя «второго храма» — Эскориала, оплота Контрреформации. Истина всегда сложнее расхожих представлений.

Король-труженик, великий бюрократ, лично отвечавший на множество писем, законотворец и человек живой веры, «строителем» был несомненно — и во многих сферах своей деятельности. Он создал уникальный свод законов. Он не просто страстно любил и коллекционировал искусство, но и построил «здание» коллекции: если раньше сокровища принадлежали лично монарху (пример тому — наследие Изабеллы, разрозненное после ее смерти), то Филипп II объявил королевскую коллекцию, полученную им в наследство от отца и Марии Венгерской, неделимым целым и собственностью испанской короны.

Вместе с Нидерландами Филипп II унаследовал от отца фамильную любовь к местным мастерам: он покупал работы Ван