Моя жизнь и мои путешествия. Том 2 - Ной Мышковский

Выходим из поезда — сначала новая беда на нашу голову: опять детектив. Он останавливает нас, и опять начинаются новые вопросы, расспросы и исследования. Он задерживал нас где-то час. У меня кончается терпение. Бесполезно объяснять его благородию, что мы едем в Россию, что к Японии мы больше не имеем никакого отношения, что я уже по горло сыт японскими сыщиками. Он, несмотря на это, задаёт мне вопросы и вопросы, пока я серьёзно не разозлился, не перестал отвечать на его вопросы и не напал на него за то, что он заставил меня опоздать на час: «Я не могу задерживать корабль, а станция полностью закрыта. Все уже разошлись, разъехались, а у меня нет даже рикш, чтобы отвезти нас с багажом на корабль». И это сработало. Он извинился и посоветовал нам остаться на ночь в Цуруге. «Сегодня опасный шторм, даже опасно ехать. Вчера тоже был такой шторм, и корабль ночью затонул». Я категорически заявил ему, что не останусь у них в Японии ещё на одну ночь. Будь что будет, я ночую в Пусане, Корея, и так как у меня много багажа, я прошу его либо помочь нам нести вещи до тех пор, пока не найдутся рикши, либо он должен привезти рикш сюда. Он объясняет, что не должен этого делать. Тем не менее после долгого препирательства, он забирает большую часть вещей, и мы уходим с вокзала. Мы прошли несколько кварталов, пока он не нашёл для нас рикш и не организовал, чтобы нас отвезли на корабль. Он тоже путешествовал с нами и здесь показал нам свою японскую вежливость: позаботился о багаже, устроил для нас хорошую каюту. Ребекка категорически возражала против того, чтобы в нашей каюте вместе с нами находились два японца. Она ни за что не хотела ехать с ними в одной каюте, и я был вынужден пойти к капитану с требованием, чтобы либо он перевёл двух японских пассажиров, либо дал нам другую каюту. Итогом переговоров с капитаном стало то, что он тут же предоставил нам собственную каюту. И нам досталась замечательная комната. Но получить удовольствие от каюты мне было не суждено. Как только корабль вошёл в воды японского моря, мне стало плохо. Морской болезнью я заболел в первый и, можно сказать, в последний раз в своих путешествиях. И всю ночь я был без сознания, и только когда наш корабль стал приближаться к берегам Кореи, я пришёл в себя и, сойдя с корабля в Пусане, почувствовал себя в совершенно нормальном состоянии здоровья. Но Ребекка не спала всю ночь, она присматривала за мной.

Мы сошли с корабля. Позаботились о багаже и пошли гулять по городу, типичному азиатскому городу жёлтой расы. Где-то я читал, что корейцы — это смесь европеоидной и монголоидной расы. Если это так, я думаю, монгольская раса в них представлена больше, чем европеоидная. Потому что почти вся их физическая структура монгольская. Жёлтый цвет лица, косые глаза, сильно выступающие скулы, выражение лица. Ну что ещё? Не столь жёлтые, благородные черты лица.

Все в городе одеты в белое, как будто в саваны. Мужчины носят белые толстые блузы с широкими белыми брюками, женщины — белые широкие халаты. На ногах они носят грубые, мягкие туфли, а на голове различные одноэтажные, двухэтажные цилиндры или кучмы[24]. Женщины заворачивают головы в платки. На улицах жизни больше, чем в японских городах. Люди ходят пешком, люди ездят на рикшах, богатых носят на носилках. Все защищены зонтиками, на которых какие-то странные надписи на их иероглифическом языке. Многие молодые женщины, возможно, не старше 14-15 лет, носят своих детей на спине. Много криков, звона, стука. Этим они привлекают внимание прохожих к товарам, которые продают на улицах. Я покупаю у них рисовые лепёшки, даю продавцу американские десять центов. Он очень внимательно рассматривает монетку со всех сторон и даёт мне много корейских мелких денег. Думаю, он дал мне гораздо больше, чем десять центов. Но я всё равно не могу с ним поговорить. Я не встречаю белых людей.

Захожу в пару магазинов, рассматриваю рынок, но ничего не покупаю. Товар не для меня. Я вошёл в банк. Бизнес ведётся на устройстве, похожим на российские «счёты». Только у них есть два отдела. В конце концов я зашёл в отель, а оттуда в ресторан, который находится при отеле. Пообедав, я встретил человека, который немного знал английский, и он повёл меня к поезду. Позаботившись о моем багаже, мне показали, где сесть, и через полчаса поезд повёз меня через Корею к границе Маньчжурии. Корея — страна гор и долин, полей и рек. Кажется, что Корея — маленькая страна на карте, окружённая с трёх сторон водой. Однако, когда вы начинаете путешествовать по Корее, путешествие не имеет конца. И поезд идёт быстро, останавливаясь только на станциях крупных городов. Это экспресс. Принадлежит японскому правительству. Вагоны очень комфортабельные, с удобствами, как в японских поездах. Вагоны исключительно чистые — хоть с пола ешь. Поезд продолжает проезжать через огромные горы и часто проходит через длинные туннели. Горы настолько высоки, что трудно разглядеть их вершины. Весь путь — игра тьмы и света. Также, как и в Японии, здесь на заливных полях выращивают рис. Почти везде все поля засеяны рисом, и, как и в Японии, на полях работают семьями. В семье все работают. А лес! Корейский лес известен во всём мире. Русско-японская война произошла из-за лесов. Из-за лесов Япония завоевала Корею. Леса разбросаны по всей Корее. В лесах много кедров, но растут все деревья. В лесах много животных, и многие корейцы занимаются охотой. Те, кто охотятся на тигров, считаются самыми смелыми в Корее и пользуются уважением по всей стране. Мужчины и женщины здесь выше и сильнее японцев. Кореянки рано выходят замуж. Девочки до 12-13 лет. Но здесь женщину не покупаешь, наоборот, женщина дарит мужчине подарок. Потому что женщины здесь более угнетены, чем в Японии, и к тому же на них лежит всё бремя семейной жизни. Женщина целый день работает на кухне, стирает, в поле, а мужчина — её начальник. И именно поэтому они увядают очень молодыми. В тридцать лет она уже старуха, в то время как её муж выглядит моложаво.

Разговариваю в поезде с корейцем, большим молодцом, он секретарь Верховного суда Кореи.