Отстань от меня! От контроля к доверию: как пережить подростковый возраст вместе - Даниэле Новара

ночи выяснилось, что одна из ее подруг попала в отделение неотложной помощи с алкогольным отравлением. Похожая ситуация и с курением. Для прежних поколений сигареты были способом влиться в группу. Лично я в четырнадцать лет избежал этой ловушки только потому, что после первой выкуренной сигареты мне стало невыносимо плохо.

Мне повезло уберечься от этой привычки, но в те времена ни один подросток не понимал, какой вред наносит себе, вдыхая табачный дым. Сегодня к курению, алкоголю и наркотикам прибавилась новая угроза — подростки не осознают своей зависимости от видеоигр и социальных сетей. В этом возрасте они проводят в Сети от четырех до семи часов ежедневно, отказываясь ради этого от реальной жизни: встреч с друзьями, спорта, приключений. От простого общения со сверстниками.

Цифровое вторжение в подростковый мозг: как он реагирует на современные технологии?

Хотя в обществе мнения по этому вопросу разделились, научные данные [8] не оставляют сомнений: воздействие гаджетов настолько сильно, что даже способность принимать простые решения — например, выключить компьютер — у тех, кто проводит за экраном слишком много времени, заметно ослабевает по сравнению с теми, кто соблюдает меру. Подобно запрещенным веществам — алкоголю и наркотикам, — цифровые устройства влияют на дофаминовую систему мозга, то есть на центры удовольствия [9].

«Подростки всегда совершали импульсивные и безрассудные поступки, но цифровые инструменты, доступные сегодня, многократно усилили как возможные риски, так и, несомненно, последствия этой безрассудности» [10].

Эта проблема оказалась для родителей неожиданной — в их время ничего подобного не было. Поэтому нам необходимо выработать четкую стратегию действий. Важно помнить главное: виртуальный мир — это не реальность, где люди смотрят друг другу в глаза. Через экран такой контакт невозможен.

8. Q. He, T. Ofir, A. Bechara, Brain anatomy alterations associated with Social Networking Site (SNS) addiction, Sci Rep 7, 45064 (2017). doi.org/10.1038/srep45064; M. J. Koepp, R. N. Gunn, A. D. Lawrence, V. J. Cunningham, A. Dagher, T. Jones, D. J. Brooks, C. J. Bench, P. M. Grasby, Evidence for striatal dopamine release during a video game, in «Nature», 1998 May 21; 393(6682):2668. doi:10.1038/30498. PMID: 9607763.

7. F. E. Jensen, op. cit., p. 45.

9. Si veda L. Petrini, Il circuito della ricompensa. Ecco perché si fa fatica a staccarsi dai videoschermi, in «Conflitti. Rivista italiana di ricerca e formazione psicopedagogica», n. 4/2021, pp. 22–24.

10. F. E. Jensen, op. cit., p. 220. Si veda anche J. Haidt, La generazione ansiosa. Come i social hanno rovinato i nostri figli, Rizzoli, Milano 2024.

Конфликты с подростками

Мой сын Маттиа, кажется, думает только о своей внешности — часами торчит перед зеркалом. Его поведение доводит меня до бешенства. Не понимаю: как он мог стать таким поверхностным и легкомысленным?

Мне бы хотелось, чтобы он больше внимания уделял учебе и серьезнее относился к жизни.

Однажды вечером за ужином Маттиа уткнулся в телефон и начал выбирать себе кроссовки. Это стало последней каплей. Я сорвалась и накричала на него: обвинила в безделье, сказала, что из него не выйдет ничего путевого и что теперь я сама буду контролировать, чем он занимается дома. Муж попытался сгладить ситуацию, но только подлил масла в огонь: я считаю, что он тоже виноват — во всем потакает сыну. После этого Маттиа ведет себя как прежде, но теперь старается делать все за моей спиной.

Если поедет мой друг, то поеду и я

Я годами уговаривала своего шестнадцатилетнего сына Алессандро поехать на курсы английского за границу, но он все время отказывался. До семнадцати лет я могла бы записать его по льготному тарифу, который предоставляет компания, где я работаю. Дети моих коллег уже много лет пользуются этой возможностью. Но сын не соглашался. Что мне оставалось делать? Тащить его силком? В итоге я сдалась и перестала настаивать. И вдруг однажды вечером он спрашивает, можно ли ему пройти собеседование, чтобы попасть на эти самые курсы. Он наконец решился, только потому, что один друг из его школы собрался туда ехать. Меня охватила одновременно радость и досада… хочется высказать сыну все, что я об этом думаю, но я сдерживаюсь и помогаю собирать чемодан.

Обычные, повседневные конфликты. Эти два парня словно говорят: «Я такой, какой есть, и не собираюсь ни под кого подстраиваться». А вот кто действительно страдает от ситуации, так это их матери. На самом деле поведение Маттиа и Алессандро совершенно нормально для их возраста. В отношениях между родителями и детьми-подростками всегда присутствует элемент конфликта — именно он помогает подросткам окончательно распрощаться с детством и выпорхнуть из родительского гнезда.

Не стоит забывать: подростки стремятся «взорвать» мир вокруг себя, заявить о своем существовании самыми неожиданными способами, а именно через конфликт. Они намеренно ищут столкновений, сознательно противостоят ожиданиям взрослых, чтобы обозначить новый этап своей жизни. Подростковый возраст без конфликтов с родителями — это почти мертвое время и уж во всяком случае точно не норма.

Мы привыкли ставить знак равенства между словами «конфликт», «война» и «насилие». Часто эти понятия воспринимаются как синонимы, что мешает нам верно оценивать и разрешать неизбежные противоречия, возникающие при любом человеческом взаимодействии. На самом деле слово «конфликт», происходящее от латинского cum-fligere, не имеет ничего общего с разрушительными понятиями войны и насилия — неслучайно они имеют совершенно иные этимологические и смысловые корни.

Cum-fligere относится к той группе латинских слов, где приставка cum- («вместе») указывает на соприсутствие, соучастие. По сути, это означает «страдать вместе». Почему в конфликте мы страдаем вместе? Потому что в нем сталкиваются разные взгляды и ожидания, потому что все идет не по задуманному сценарию и отношения попадают в зону противоречий и разногласий, которые можно разрешить двумя путями: мудро или разрушительно.

В этой книге, как и в своей предыдущей работе «Не кричите на детей» [11], я ставлю перед собой цель помочь родителям с достоинством пройти через неизбежные сложные ситуации — особенно в подростковом возрасте.

Одевайся как мама

Мне пишет Грация.

Моей дочери недавно исполнилось тринадцать, но она продолжает разговаривать со мной дерзко и агрессивно, часто использует в речи грубые выражения. Несколько дней назад случился крайне неприятный инцидент. Мы собирались выходить из дома: я должна была отвезти ее в центр города, чтобы купить ей туфли. Она сидела у себя в комнате и не выходила. Я несколько раз пыталась ее поторопить, потому